В дверях его остановил подглядывающий за напарниками помощник конюха и потребовал объясниться, но Алекс просто оттолкнул его плечом и пошел в сторону склепа, где их ждало еще одно испытание. Пусть они и уничтожили артефакт, но драугр до сих пор обитал в заветной комнате кладбищенских подземелий, а у напарников почти не осталось времени, чтобы уничтожить его до того, как появятся призраки. Особых надежд на простую победу охотник не строил – вряд ли найденная ими вещь действительно была филактерием – однако Энида была довольно сильным магом и вполне способна превратить мертвеца в прах, пока охотники на нечисть будут отвлекать его.
Главное, чтобы чародейка не подвела его снова и не стала жертвой собственной гордыни. Именно из-за подобных считающих себя выше остальных «героев», Алекс и работал в одиночку, лишь иногда пересекаясь с Блэкхардом или другими охотниками. Все они знали, что их ждет, если броситься сломя голову на врага или просто недооценить его, и поэтому во время охоты превращались в машину для убийства, которая использовала любую возможность, чтобы убить тварь.
-Я могу рассчитывать на тебя? – Спросил охотник, когда Энида наконец догнала его, и замедлился. – Ты должна понимать, что сейчас мы не можем разделяться, давать волю своей гордости или другим эмоциям, которые могут ослабить нас. От этого напрямую зависят наши жизни, и тебе придется слушать каждое мое слово, иначе повторится то, что случилось в Ареноле… в лучшем случае.
-Я понимаю, - произнесла чародейка, проводя рукой по появившимся на шее синякам, которые оставили грубые пальцы Алекса, и вспоминая участь изуродованного къярда. Охотник почувствовал упрек в ее голосе и тяжело, почти с сожалением, вздохнул.
-Послушай, от меня никто и никогда не дожидался извинений, но я хочу, чтобы ты знала – мне пришлось сделать это с тобой. Выработанные рефлексы нельзя подавлять, иначе в определенный момент они просто не придут на помощь, и тогда этот мир потеряет еще одного защитника. Пусть грубого и жестокого, но все же защитника.
-Ты оправдываешь себя или приносишь извинения в своей деревенской манере? - перебила его Энида с совсем не фальшивой доброй улыбкой на лице. Из ее голоса снова пропала обычная резкость и осталось только то неумение говорить с обычными людьми, в которых нет ни капли «голубой крови».
Алекс заметил эту перемену в чародейке и понял, что фон Рейнор начала привыкать к нему гораздо больше, чем требовалось для того, чтобы спокойно дойти до места, где они должны найти клинок, забрать его и разойтись в разные стороны. И ему это не нравилось, как не нравилась и сама необходимость работать вместе с чародейкой, чтобы заполучить желаемое. Но, как и в случае с драугром, охотник просто не может обойтись без нее, если хочет выполнить свою задачу, а не просто иметь цель, которая придавала его жизни призрачный смысл.
-Мне незачем оправдываться, - произнес охотник, отводя взгляд. – Я просто сообщаю тебе, что делаю то, что должен. Пусть зачастую это и означает идти напролом, наплевав на последствия, ломать черепа и резать глотки, но все же мои методы действуют. Я до сих пор живой, значит, не убежал, не скрылся от опасности, а каждый раз смотрел ей прямо в лицо, и, как видишь, мне до сих пор удавалось избежать встречи с Пустотой.
-Почему ты так веришь в нее? – чародейка заинтересованно подняла брови. – Почему ты веришь во все эти россказни про Пустоту, Аскаила и кучу других тварей, существование которых не доказано или имеет только косвенные доказательства? Разве скептицизм не в духе охотников?
-Мы не живем по правилу «то, что нам неизвестно, не навредит нам», - хмуро ответил Алекс. – Оно вредит, и зачастую - смертельно. В великанов никто не верит, но все же они существуют – я лично видел одного из них! В древних лесах, в самой глуши, обитают вендиго, а далеко на западе, по пути на чудесный архипелаг, полного удивительных красот, можно встретить кракена – огромного головоногого моллюска, способного своими размерами запросто покрыть всю моравольскую академию. Хотя, наверное, северяне даже и не знают, что такое моллюск.
-Мы не настолько бедны на живность, как ты думаешь. - Энида вернула в свой голос ушедшую язву, и в этот момент охотник мысленно вздохнул с облегчением – ему удалось снова обидеть чародейку и на время избавиться от ее привязанности, которая появилась против воли обоих напарников.
-Ты просто обязана побывать на архипелаге Хинги, - заметил Алекс. – На нем встречаются много удивительных и прекрасных существ: огромные птицы, которые у нас не больше сжатой ладони, животные, передвигающиеся на двух ногах и переносящие своих детенышей в сумке на животе, но самые удивительные из них – маленькие черно-белые медведи, которые ползают по деревьям и питаются исключительно листьями и маленькими ветками.
-Чепуха, - недовольно фыркнула Энида, осознавая, что охотник видел за свою жизнь изгнанника гораздо больше красот, чем женщина, которую давно окружало только самое лучшее и самое прекрасное из того, что было на севере. Даже Августин во времена своей молодости не мог устоять перед ней и иногда дарил украшения из сокровищницы Моравола, но все эти прелести жизни не идут ни в какое сравнение с сокровищами остального мира, которые, как известно, всегда будут лучше того, что лежит под рукой и доступны в любой момент.
На недовольство чародейки Алекс ответил лишь неопределенным пожатием плеч.
-Думай, что хочешь, - спустя несколько секунд произнес он. – Я говорю, что видел сам, и если ты мне не веришь, то можешь нанять корабль и проверить. А заодно и просто отдохнуть. Места там прекрасные, и на месте того же Августина, я бы уже давно построил флот, победил кракена и захватил весь архипелаг себе.
-Возможно, все не так просто, как ты думаешь? – Спросила Энида только для того, чтобы отвлечься и перебороть вновь появившееся желание испепелить своего напарника.
-У него хватает людей для того, чтобы помочь абсолютно ненужному и слабому соседу найти сына, но не хватит средств на захват пустых и не защищенных островов? – Алекс коротко усмехнулся. – Ни за что не поверю. Или ты имела в виду, что кракена невозможно победить? Нет, он смертен, как и любое другое существо. С ним придется повозиться - выманить на мелководье или придумать способ борьбы с ним под водой. Это будет трудно, но все же кракена можно убить.
-Отправить меня в Аренол и собрать мощную флотилию, погрузив на нее всю школу водных магов, это не одно и тоже. – На этой минуте напарники покинули город и вышли на размокший тракт. Еще немного и они окажутся на кладбище, и Алекс был несказанно рад этому – солнце скоро прикоснется к горизонту, и с этого момента у них останется не так много времени, чтобы успеть выбраться из склепа и избежать участи стать жертвой призрачной нечисти.
-Возможно, - согласился Алекс, - но у нас сейчас есть проблемы гораздо важнее, чем способности Моравола. Если мы не успеем до заката разобраться с мертвецами и выбраться из слепа, нас ждут большие проблемы.
-Кстати о большом, - чародейка оглянулась назад и посмотрела на город. – Твой друг, скьярл… тебе не показалось, что ты бросил его? Как он сможет избавиться от стражников или выбраться из тюрьмы?
Охотник промолчал. Ответ был ему неизвестен, но он знал, что не бросил Блэкхарда; знал, что скьярл остался в таверне, чтобы задержать стражу, и догадывался, что неумелые солдаты Ривера уж точно не смогут задержать умелого и закаленного годами воина. Потомок великана уже выбрался – Алекс был уверен в этом…
…Когда чародейка исчезла за прогнившей рамой окна, Блэкхард решил, что должен задержать изрядно взбесившуюся стражу Ривера, и тут же открыл дверь. Скьярл прекрасно знал хозяина грубого голоса, поэтому совершенно не удивился, когда увидел за дверью еще одного великана в неимоверно тяжелых доспехах. Указав рукой следовать за ним, стражник прошел внутрь и брезгливо осмотрелся. Позади всех остальных стоял испуганный трактирщик, который так и не решился заглянуть внутрь, опасаясь гнева чародейки.
-Снова ты, Блэкхард, - с шумом выдохнул великан. – Скажи мне, почему каждый раз твое появление в городе означает чью-то смерть?
-Этот человек умер? Что же, наверное не смог выдержать боль.., - холодно предположил Блэкхард и протянул руки. Он мог бы использовать свое оружие и меньше, чем за минуту, разобраться со стражниками, однако не хотел проливать родную кровь, поэтому решил разобраться обычными методами. – Попытаешься связать меня и бросить в темницу? Как всегда?
-А ты как всегда попробуешь сбежать? – брат скьярла требовательно поднял густую бровь. – Нет уж… в этот раз я дам тебе выбор: или ты навсегда покинешь город или сядешь за решетку, что выбираешь?
-Ты прекрасно знаешь, каким будет мой выбор, Курт, - Блэкхард поднял вытянутые руки на несколько сантиметров выше, напоминая о намерении стражников связать его, как соучастника в пытках – и как следствие убийстве – лежащего внизу человека. – Делай свое дело и каким бы не был исход этого дня, ты больше никогда не увидишь меня в Ривере.
Курт, самый высокий стражник и брат Блэкхарда, посмотрел на остальных стражников и коротко кивнул. Они выдвинулись к скьярлу, схватили его за вытянутые руки и заломили за спину. Великан не сопротивлялся хотя и мог дать достойный отпор. Он позволил скрутить себя, и они направились к выходу. Трактирщик испуганно отскочил в сторону, позволяя пройти в коридор, и прижался к стене.
-Видишь, что вы натворили, Блэкхард? – спросил Курт, бросив короткий взгляд на хозяина заведения. – Ривер был относительно спокойным городом, но стоило тебе снова появиться на наших улицах, и проблемы не заставили себя ждать...
-Спокойным городом? – изобразив на лице удивление, перебил скьярл и тут же получил удар в живот от одного из более мелких стражников.
-Не трогать его, - замахнувшись огромной ладонью, строго приказал брат охотника на нечисть и ответил на почти риторический вопрос родственника. – Да, спокойным. У нас часто воровали, пропадали люди, но никто не устраивал концерты на публику. Все проходило тихо, и граждане жили спокойно.