Он тронул Ярослава за плечо.
— Вы правы, — ответил Одонецкий.
Владимир Петрович продолжил говорить:
— Я буду с ней рядом, всё время пока будет идти обследование, и когда получу информацию, сразу сообщу тебе обо всём. Пойдём, сынок…
Он обнял Ярослава за плечи, и они вернулись к Полине.
****
Дягилева открыла глаза и увидела перед собой отца. Он сидел возле неё на стуле в белом халате и внимательно смотрел на её лицо.
— Папа! — почти шёпотом, произнесла Полина. — Где я?
— Ты в больнице. Как ты себя чувствуешь?
— Мне лучше. А где все? Где Алина, мама, Ярослав?
— Он поехал за ними домой. Скоро привезёт сюда. Мы Алине сказали, что ты купалась ночью, простудилась и заболела.
— Ясно. Что со мной?
— Сейчас, уже всё в порядке. Тебе придётся недельку, вторую полежать здесь и интенсивно полечиться. Там в коридоре ждёт следователь. Он хотел задать тебе несколько вопросов. Ты готова поговорить с ним?
— Но, о чём?
— Как, о чём? Мы нашли тебя в тяжёлом состоянии. Твоя одежда была разорвана, на теле многочисленные синяки и царапины. На тебя напали? Похитили? Ты помнишь, кто?
Полина отвернулась от него к окну и задумалась, словно пытаясь восстановить события, произошедшие с ней двадцать четыре часа назад. Обрывки воспоминаний… Большой корабль, темнота, её прыжок в воду, холодная, невозможно холодная вода, которая даже сейчас вызывала мурашки на коже и… бабушка! Она помнила её с чёткостью, словно та была до сих пор жива, и они расстались только вчера вечером.
Дягилева снова посмотрела на отца.
- Я не знаю, что сказать следователю. Я не помню лиц этих людей. Не могу вспомнить их папа, понимаешь, не могу! Придумай что-нибудь, пусть он уйдёт. Я не хочу сейчас с ним говорить! Не хочу, не хочу…
Она заплакала.
Мужчина обнял её, прижал к себе и погладил по голове.
— Успокойся, девочка моя, я поговорю с ним сам. Ты всё вспомнишь. Такое иногда бывает… Сильный стресс, большая доза психотропного препарата в твоей крови. Успокойся! Я пойду, мне нужно поговорить с твоим лечащим врачом. Скоро приедет мама, Алинка и ты отвлечёшься от этих мыслей.
Он поцеловал её в щёку и поднялся со стула. Подошёл к двери, но она его окликнула:
— Папа, я видела бабушку…
Дягилев резко обернулся.
— Когда я тонула. Она спасла меня.
Владимир Петрович с волнением во взгляде, смотрел на дочь.
— Полина, такое, иногда бывает. Это просто галлюцинации, побочный эффект препарата в крови, который тебе ввели в большой концентрации.
— Нет, я уверенна. Она пришла специально ко мне, и если бы не она, я бы утонула.
— Полина, не думай об этом. Тебе нужно отдыхать и восстанавливать силы.
Он вышел в двери и на выходе столкнулся с женой и внучкой.