Десять: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Понимаешь… я первый раз с подобным сталкиваюсь.

– Не понял.

– Как тебе сказать. Фотографировал я на флешку, вот она, – он протянул зелёную флешку с серебристым штекером. – Ничего не пойму, помню точно, что на неё снимал. Уже сотый раз вставляю в компьютер, слушай, это мистика какая-то… Фоток нет.

– Как нет, Козлов, ты что? Ты соображаешь вообще, что… ты… Нет, слушай, ты вообще понимаешь, что это такое? Может быть, ты на другую снимал?

– Анатольич, помню точно. Да и я всё уже тут пересмотрел. Нигде этих кадров нет. А эта… – он помолчал минуту, а потом добавил: – А эта пустая, понимаешь? Словно, кто-то стёр всё. Наверное, кто-то зашёл ко мне сюда, вытащил её и стёр.

– Да кому нужно было сюда входить, в твое бомбоубежище… Ну ты даёшь. Мне сегодня нужно фотки ставить в газету, мэр завтра меня разотрёт об стену. А я…. А я тебя. Ищи где хочешь эти фотографии, чтобы они были у меня через час.

– Ага… где я их найду…

Медведев так хлопнул дверью в подвал, что слегка осыпалась засохшая штукатурка. Козлов остался один на один с пустой флешкой, не понимая, что именно могло произойти.

Ближе к ночи, настала очередь Медведева думать о том, как сказать мэру о происшествии в редакции. Он уже точно знал, что говорить нужно не о пропаже, а об умышленном уничтожении улик. Ясно, что подать случившееся, как уничтожение улик было для него хоть каким-то спасением в случившейся ситуации.

Мэр не просто орал. Он матерился в трубку так, что было слышно в конце длинного коридора. Материл он лично его, главного редактора Медведева, Костю Волкова, который не смог ничего путного написать в статье, Витю Козлова, которому нужно было оторвать… в общем оставить его без фотоаппарата и других приборов. Он ругался, словно кипел огромный чайник на плите, к которому было страшно подходить, чтобы уменьшить газ или отключить конфорку. Чайник «пыхтел» носом в разные стороны, кипяток выплёскивался через край, всё вокруг плиты было залито водой и стены, и потолок и пол.

Мэр успокоился только тогда, когда Медведев, не выдержав горячего и обжигающего напора, вспомнил что-то о возможности изготовления фотоколлажа, в котором можно скомбинировать фотографию одного с фотографиями других. Такими приёмами они когда-то пользовались при самой крайней необходимости. Сейчас другого выхода просто не оставалось.

В ответ на предложение на другом конце трубки послышалось какое-то причмокивание, взволнованное дыхание, кашель, а затем мэр выругался и бросил трубку.

5.

Нужно было быстро что-то решать.

День клонился к вечеру, а сдавать номер в печать нужно было до полуночи. Оставалось буквально три часа с небольшим, чтобы успеть изготовить нужный фотоколлаж.

Медведев позвал в кабинет Костю, быстро объяснил, к кому нужно было быстро съездить за нужными фотографиями, и показал дорогу. Пока Костя ехал на другой конец города к опытному фотомонтажёру, Медведев по телефону давал точные указания, какие фотографии и как нужно было смонтировать.

Косте оставалось лишь привезти готовый фотоколлаж на флешке в редакцию – поздним вечером интернет в городе работал слабо и надеяться на то, что по электронной почте эта фотка сможет пройти, уже было нельзя. Оставалось совсем немного, чтобы закончить эту эпопею и… забыть, как страшный сон в новом кабинете, где всё будет по-другому. Так думал Георгий Анатольевич Медведев, сидя в своем ещё старом кресле и выкуривая одну за другой горькие сигареты. А Костя тем временем уже на всей скорости летел обратно с заветной флешкой с новой, состряпанной фотографией.

Он летел так быстро, что не видел ни пешеходов, ни машин, ни светофоров, – почему-то именно в этот день он сильнее жал на педаль, невнимательно смотрел по сторонам, был напряжён и взволнован. Он чувствовал, как могут зашататься под ним все его привычные устои – как могут выгнать Георгия Анатольевича, и его, Волкова, вместе с ним, как могут не взять его в другую газету после этой… и после этого случая тем более… Чувствовал он, каким сильным человеком был Чугунов, и как давил он всех, кто вставал у него на дороге. Вспоминал слова мэра, сказанные тогда, в бане, что чугун самый крепкий металл в природе, и очень сильно сомневался, хотя про химию и металлы помнил из школьного курса плохо. Так мысли одна за другой метались в его голове, и лишь некий внутренний автомат следил за переключением скоростей, сигналами светофоров и машинами, которые он обгонял.

Почему именно на этом перекрестке не работал светофор, так и осталось невыясненным. Не работал и всё. Не работал именно в тот момент, когда Костя на всей скорости «летел» в сторону редакции, сжимая заветную флешку и не замечая присутствия неработающего светофора на этом перекрестке.

С другого конца дороги, наперерез старенькой и видавшей виды Костиной «Вольво» спешила на разгрузку «Газель», доверху набитая коробками со сладостями.

Удар был очень сильный. Костину машину развернуло несколько раз от удара, который пришёлся в правый бок автомобиля, смяло полмашины, правую дверь вплющило внутрь, и через какую-то секунду, которую невозможно уловить и почувствовать, Костя оказался зажатым между рулем, креслом и дверью автомобиля.

Газель, проехав ещё несколько метров, ударилась в деревянный забор и заглохла. Водитель газели, испуганный высокий молодой парень, быстро выпрыгнув из кабины, быстро зашагал куда-то, потом вернулся, потом опять быстро ходил взад-вперёд около места столкновения, словно соображая, как всё происходило. И только через несколько минут подбежал к искореженному Костиному автомобилю.

Костя в этот момент не подавал признаков жизни.

Следом за водителем газели к Косте подбежал ещё водитель какой-то машины, остановившейся неподалеку. Мужчина быстро выбил остатки стекла на двери и они вместе вытащили Костю на асфальт, затем аккуратно приоткрыл ему глаза и пощупал пульс на шее.

– Живой. Давай его ко мне, быстро, – командовал молодым водителем этот неизвестный мужчина с бородой. – Давай, давай, вон машина стоит. За ноги бери, за ноги. Живой, живой….

Они донесли Костю до автомобиля, мужчина открыл заднюю дверь, и они аккуратно положили Костю на заднее сиденье.

– ГАИ вызови, или милицию там… давай, номера запиши только. Мужчина быстро сел за руль, завёл машину и, взвизгивая колесами, машина быстро набирая скорость, скрылась за домами.

– ГАИ… – руки у молодого водителя Газели дрожали. Он искал телефон по карманам. Достав телефон и продолжая дрожать, он вспомнил про номера и подумал, что успел заметить лишь марку машины, которая увезла пострадавшего в больницу.

– Мазда, по-моему…, да, мазда… наверное, – перебирал он в памяти марки машин.

В редакции в этот момент был аншлаг. Съехались все, кто хотел лично принять участие в будущем скандале, – приехал Чугунов с двумя помощниками, приехал какой-то руководитель, которого Чугунов представил Медведеву, как главного по всем средствам массовой информации в городе, ещё какие-то люди, имён и должностей которых Георгий Анатольевич уже не запомнил. Какая-то пелена стояла у него в глазах после того, как мэр перешагнул порог редакции: он понял, что новой должности теперь, после всего случившегося, ему уже не видать. И лишь одна надежда оставалась у него, одна единственная надежда.