Вот был слуЧай 2. Сборник рассказов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Я, конечно, не спорю, я мужик уважаемый, заслуженный дворник, так скажем. В конторе у себя, определенный вес имею, одних этих грамот у меня, как бигуди на бабе, в комоде цельный ящик занимают. Но вот, что я тебе скажу. Из-за Люминия, я бы напрягаться не стал, – ответил тот.

– Да ты чего? Ты же с ним в корешах ходишь? – удивился ответу Емеля.

– Ворюга он, – отозвался Мурзик, – на прошлой неделе, он у меня все банки, что я ему на сдачу приготовил, сплющенные в пакете. Вот смотри, – задрал Мишка ногу, показывая стоптанный до «нуля» каблук, – скомуниздил. За мои банки, наверное, и грамоту получил. Как же больше всех собрал. Вот и иду, чтоб хоть утрату компенсировать. На пару пузырей точно банок было.

–Оттого он и Люминий, что носом чует Алюминий, – скаламбурил Емеля, – теперь с грамотой, он имеет право на «ветерана труда». А там льгот выше крыши, вплоть до замены всех зубов и жующей челюсти. Резцы вставляют титановые, чтоб коренья там, траву, могли перетирать. Не хуже чем у бобров. К пенсии готовят, чтоб значит, на подножный корм.

–Ты, Емеля, пельмени мне не лепи, какие, на хрен льготы? Какой такой ветеран? Эти бумажки, только место в комоде занимать, больше никому не нужны. Я два раза продать их хотел, оптом за бутылку. И что? Под лупой посмотрят, говорят, артефактом не является, подожди лет сто, тогда купим.

–Чудак ты человек, потереть, потоптаться на них надо, – посоветовал Мишке Емеля, – с Васьки, с соратника своего по труду пример бери. Он рукавицы свои дранные, в прошлом году,

антиквариату – комуняке, за пять тысяч втюхал.

4

Под бревном, сказал, на Красной площади нашел, не иначе, как Ленин оставил. А вымпел свой

«Лучший дворник – советского дворика», Васька Зюганову отправил наложенным платежом.

Написал, что, мол, расстаюсь, со слезами, но вы Геннадий Андреевич, его более достойны. Тот его за это, и в Кремль пригласил, и в ресторан сводил. А ты, схватил бумаги свои, заслуженные и на базар, кто ж так делает. Ладно, Мурзя, побежал я, – постучал Емеля по стеклу наручных часов.

– Так чего? К Люминию не пойдешь? Не хорошо, друзьями брезговать, – попытался остановить его Мурзик.

– Пойми ты, чудила, некогда мне. Успею, так загляну, – пошел Емеля, ускоряя шаг.

–А бежишь – то куда? Щуку, что ли поймал? – смешно перебирая ногами, поспешил за ним Мурзик.

–Да достали вы меня с этой щукой? С детства только и слышу, – Ну-ка скажи по щучьему велению? А чего пешком идешь, не на печке? А то еще начнут, – вот житуха и тебя. Шепнул и в шоколаде. А шоколад, с тем, в чем живу, только цветом схожий. Задолбали, уже во! – мазнул Емелю ладонью по горлу.

–Шутками что – ли? Ты же вроде не из интеллигенции? Мне так по барабану, чего там у меня спрашивают? С детства, правда, осадок остался. Батя, бывало, как спросит, – как в школе дела? Так сразу через колено и ремнем. С тех пор, как про дела спросят, сразу по заднице мурашки наперегонки бегать начинают.

–Вот теперь в дворниках и ходишь, – засмеялся Емеля, – задницу в детстве отбили, в кресле сидеть не можешь.

– Ага, а ты в министрах,– остановился Мишка, – с галстука хоть бы паутину стряхнул.

Емеля посмотрел на галстук, смахнул не замеченную дома ниточку паутины, – Ничего, ты обо мне еще услышишь, – бросил он Мурзику, резко ускоряясь вперед.

Тот еще некоторое время смотрел на удаляющуюся спину приятеля, на закинутый, от быстрой ходьбы на плечо, кончик «ленинского» галстука.

– Наше, вам, с прихлопом, – наконец проговорил он, саданув три раза, приплюснутым каблуком по асфальту, – неправильным путем пошел, товарищ. Все верные путя, туда ведут, – развеселился Мишка, повернув в направлении пивбара «Не проходите мимо» с ожидающейся там презентацией главного события района, вручение грамоты Люминию.

Отделавшись от назойливого приятеля, Емеля двигался ускоренным шагом, то и дело, поглядывая на часы. К входу в здание, Медведева 5, он прибежал за пять минут до встречи.

Увидев свое отражение в зеркальной двери парадного входа, Емеля поправил галстук, удовлетворено отметив, что бывшая жена имела глаз – алмаз. Галстук отмерила точно до пряжки ремня. Носок с прорехой, выглядел пристойно. Убедившись в своем достойном виде, он решительно потянул на себя входную дверь. И тут же замер, ослепленный блеском труб турникета, смонтированных так хитро, что он, ничего не понял в их загадочном переплетении.

Покрутив головой в поисках входа в это блестящее сооружение, он в недоумении двинулся в сторону охранника.

Страж этого хромированного великолепия, сидел сбоку от него в стеклянном кубе, что сразу напомнило Емеле, популярное некогда шоу «За стеклом».

– Как он там умещается? – пришла Емеле, первая мысль, при приближении к этому сооружению, – собаке, и то конуру попросторнее ставят.

Узнавать у охранника, еле втиснувшегося своими габарита в стеклянный куб, он не стал, опасаясь неприятности при первом знакомстве. Подойдя к окошку будки, он вежливо поинтересовался,

– Мне бы нужно пройти в тринадцатое помещение. На четырнадцать часов назначено.

– А по мне, так хоть бы и к двум, – гавкнул трубный голос из будки, – в списках на пропуск есть?

– Я не знаю, – опешил Емеля, испугавшись препятствия на его пути к перспективам.