С палками решили. Но как население заставить ходить, да еще с палками?
– Я когда изучал демократию Древнего Рима, – задумчиво сказал Владимир Владимирович…
Все, впервые слыша об этом, уставились на него.
– Так вот у них, чтоб людей на центральную площадь согнать, ну там выборы или еще что. Так они быков из загонов выпускали, ну те и гнали народ куда надо.
– Ты смотри, с каких это времен с выборами – то маются, – охнул Геннадий Андреевич, – уже и быков на пляски с буфетами заменили, и если не дойти такси подгоняют, а все равно проблема с явкой есть.
– Умница вы наша, Владимир Владимирович, – не обращая внимания на бывшего тестя, расцвел Трехглавый, – много быков не найдем, не в Риме живем все таки, а одного, Борьку, фермерского, привлечем. Он Борька до этого дела, догнать и боднуть, больно охочий.
– Еще как! – подтвердила Людмила Михайловна, – Участкового почти до райцентра гнал, а это ни много ни мало, а тридцать километров без единой остановки.
– А участковый еще впереди себя и мотоцикл с коляской толкал, заглох он у него, бензин закончился, – добавил Геннадий Андреевич, – а разве казенное имущество бросишь? «МЧС ники», еле руки на руле разжали, когда Борьку отогнали.
– Давайте так решим, – предложил председательствующий, – дадим от совета поручение депутату Лигачеву, договориться с фермером на временное пользование быком Борькой. Скажем, на две недели.
– А хватит двух недель? – отозвался депутат, – мы в свое время с пьянством на государственном уровне боролись. И где это государство?
– Ну, Владимир Владимирович, сравнил тоже, елку с ежом, – хмыкнул Геннадий Андреевич.
– Вынужден согласиться, – поддержал скрепя сердцем, своего бывшего тестя Трехглавый, – пример вы привели не убедительный. А двух недель я думаю, хватит, чтоб результатов добиться и перед районом отчитаться. А вам Геннадий Андреевич, у меня будет отдельное поручение. Вы же с Борькой, вроде как дружите. В воскресенье он вас сильно усталого, – усмехнулся Дмитрий Владимирович, подмигнув депутатам, – даже до дому провожал. Вы сами – то такие кренделя выписывали, что если бы за рога его не держались, точно бы не дошли.
–Ну, определенная симпатия есть, – буркнул на это бывший тесть.
–Вот и поручим вам, каждый день выводить быка в начало улицы, часиков, так, скажем в десять.
Ты ему оттуда всех, покажешь, подтолкнешь, как следует. А дальше я думаю, он сам разберется, кого, куда и с какой скоростью гнать. Ну что ж коллеги, повестка дня в основном исчерпана, спасибо вам за участие, – стал закрывать собрание Трехглавый…
Тут скрипнула входная дверь и в комнате появилась невысокая моложавая женщина.
– Извините за опоздание, – сказала она с порога.
– Знаем, знаем про ваши инициативы, и поэтому извиняем, неугомонная вы наша Валентина Матвеевна, – радушно ответил председательствующий, – повестку дня мы обсудили, думаю, что с решениями нашими вы согласитесь.
– Поддерживаю беспрекословно, – заверила всех Валентина Матвеевна, – но я прошу вас дать мне две минуты, для важного, я бы сказала, чрезвычайного сообщения.
Депутаты навострили уши, в предвкушении услышать, важное сообщение.
– Валька, ну чего тянешь? – попросила подругу Людмила Михайловна, на что Трехгорный, намекая на панибратское обращение, погрозил ей пальцем.
– Подруга мне позвонила, в Сочах в прошлом году познакомились. Она там служит, – Валентина Матвеевна, подняла взгляд на потолок, – реформа ожидается, оптимизация управления, называется.
11
– От оптимизации здравоохранения, половина врачей разбежалась, – задумчиво проговорил Геннадий Андреевич, – а тут надеются, что чиновники, что ли разбегутся?
– Вряд ли, – ответил он сам себе, – пару лет назад уже сокращали. Помните?
– Еще как, – подтвердила Наталья, – тогда Шарика сократили. А какая ласковая собака была. К сельсовету подойдешь, она хвостом завиляет, руки оближет.
–Это она от чиновников научилась. Хвостом виляет, мзду выпрашивает. А руки лижет, чтоб к ним крепче взятки прилипали, – пояснил бывший тесть председателя, – Я, о чем хочу сказать, ничего эта реформа не даст. Шарика сократили, а он каждый день к своей миске ходит, привык к кормушке. Так это собака, она прошения, писать не умеет, так как трудно ей в лапе, ручку держать. Кроме своей сторожевой службы, ничего не может. А чиновник наш, он сегодня за спорт отвечает, а завтра уже дома строит. Они на все руки у нас, луной, будут руководить, лишь бы от кормушки не оторвали. А кого у нас оптимизировать?
При этих словах все депутаты посмотрели на Пронырова.
Тот, набрав воздуха, с возмущением начал выдыхать, – А я о чем говорю, одни реформы, работать некогда, беспредел сплошной, – но вспомнив, что говорит о власти поправился, – раз приказывают, будем выполнять.
–Штаны не порви, бесценный наш, – иронизировал Геннадий Андреевич.