— Мы прошли по лесам вдоль полей. Шли назад, и когда проходили по горной дороге, — он ткнул сухим пальцем в мост, располагавшийся неподалеку от одинокого здания с подписью «Таверна» на языке морра. — Когда шли под мостом, нас обстреляли сверху из арбалетов. Они засели на мосту и на скалах, пустили шесть болтов и побежали, как крысы. Когда мы собрались, оказалось, что наш проводник тоже сбежал. Хорошо еще, что до города недалеко и тропы знакомые, иначе бы заблудились…
Мубрак сделал над собой усилие, чтобы не выругаться. В последнее время он стал слишком раздражителен.
— Вы расслабились, — он цедил слова, сдерживая накопившийся гнев.
За шесть дней Мубрак успел понервничать больше, чем когда руководил войсками в сражении на полях. Что ж, про ту битву военачальник вполне может рассказывать потомкам. Мубрак чувствовал, что именно здесь, в этой глухомани решилось будущее орочьей расы.
Потери были не слишком большие, орков восемьдесят-сто, да несколько десятков варгов. Для такого сражения — сущие мелочи. Морра же потерпели сокрушительное поражение, после которого немногие выжившие разбежались по всему острову. И теперь первоочередной задачей Мубрака являлось их уничтожение. Но уничтожить маленькие подвижные группы морра, хорошо знавшие, в отличие от орков, местность, было очень и очень сложной и вдобавок совершенно новой задачей. Если Мубрак раньше сам скрывался и точечными, кинжальными ударами наносил урон войскам морра, то теперь они поменялись местами, и орк вынужден защищаться.
Одно радовало — надвигалась зима, время, лучше всего подходящее для орков и наименее подходящее для морра. Им нужно тепло, им нужно укрытие, им нужна пища. И задача орков — лишить морра всего этого.
Чем и должен сейчас заниматься Гранак.
Мубрак отчитал его за расслабленность и неуважение к противнику, но наказывать не стал и отпустил своего помощника отдыхать. Слишком уж много должен военачальник Гранаку. Точный выстрел из арбалета во тьме, в суматохе приближающегося сражения… Мубрак стал уже забывать голос того шамана, Ур-Шака. И не винил себя в смерти самозванца.
Завтра необходимо отправить еще один отряд, орков тридцать, в лес на севере. Предположительно, именно там скрывается по меньшей мере половина выживших воинов морра.
В ратуше Хориниса стало тихо. Кроме Мубрака сейчас здесь можно было найти разве что скучающих стражников. Никого более. На остров наступала ночь, лучшее время для маленького отряда, чтобы перейти с места на место или же прокрасться в город и поджечь склад с едой. Надо надеяться, что стража не проспит. Никогда еще Мубрак не думал, что у коменданта острова такое количество проблем. Орков нужно было чем-то кормить, выставлять охрану, сторожить рабов, заботиться о поставке ресурсов на материк. Кстати да, сейчас этим и стоит заняться.
Борясь с наваливающимся сном, Мубрак немного походил по первому этажу ратуши и сел за стол, принявшись читать отчет орка Фаррега о состоянии шахт с магической рудой.
Продираясь сквозь дебри отвратно начертанных слов, он понял, что ситуация плачевна. Морра не смогли толком наладить стабильную работу шахт, находясь под гнетом огромнейшего числа проблем, а когда уходили, подрубили часть опор и некоторые проходы обвалились.
Так. Шахта на севере. Примерный ресурс — до пятидесяти ящиков руды, но это в самом лучшем случае. В худшем — около десятка, может двух десятков. Содержание руды в породе крайне мало. Такая же плохая ситуация и на южных рудниках. Вдобавок, в одной из шахт отряд Фаррега наткнулся на ползунов. Потеряли проводника из местных.
Мубрак помрачнел. Отношения орков из местных с нордмарскими орками и так были очень натянутыми, а гибель одного из хоринисцев только осложняла дело. Ур-Грекк, казалось бы, навсегда загнанный в угол еще Хош-Паком, внезапно понял, что сейчас может взойти его звезда. Именно тогда, сразу после захвата города, в рядах хоринисских орков поползли слухи о скором геноциде всех местных орков, и что нордмарских пора бы скинуть с занимаемых позиций. Основывалось это большей частью на том, что большинство погибших в кампании орков были из местных.
Глупость, конечно. Мубрак был уверен, что это произошло только потому, что хоринисские орки практически не имели доспехов и презирали смерть, посему лезли в бой безо всяких раздумий. Правда, какая-то часть вины была и на военачальнике — во время битвы на полях Мубрак отправил большой отряд местных на центр построений морра. Против них стояли закованные в латы и закаленные в боях паладины. Жертвы были неминуемы.
Впрочем, пока что проблема с местными орками может и подождать. Сейчас важно как можно скорее начать добычу руды и подготовить корабли для отправки в Миртану. Сопротивление морра там сломлено еще не полностью, так что оружие жизненно необходимо. Кан, верховный вождь орков, в последнем письме говорил о мелких конфликтах с южными морра, ассасинами. Это могло перерасти в очередную войну. Оркам она не нужна. Ресурсы орды истощены. Последние пополнения с севера представляли жалкое зрелище: кучка новобранцев и стариков с оружием, которому место на помойке. А южные морра располагали богатством пустыни, многочисленным войском и относительным жирком, который позволял разбить орочьи войска в течение года. Правда, война пока не начиналась…
Мубрак так и подмывало сказать: «Я говорил об этом еще зиму назад!». Но он не стал. Не до того сейчас. Не до того.
Мубрак решил, что завтра стоит заняться морра, бегающими по лесам. Они могут доставить много проблем.
***
Харви громко закашлялся. Настолько громко, что его сосед, ополченец Алан, довольно сильно ударил по спине.
— Тише, твою мать! — прошипел он. — Не хватало еще, что орки нас нашли.
В этом Харви глубоко сомневался. То, что та пещера, где они сейчас сидели, вообще существует, он, уроженец Хориниса, не знал никогда. Самые дебри острова, куда не всякий охотник доберется. Именно здесь сейчас находился самый странный отряд из всех, что он когда-либо видел. Семь паладинов, двенадцать ополченцев, бывшие наемники Онара, маг Огня, послушник и с полдюжины крестьян. Всего тридцать человек. Как они вместились в эту пещеру, непонятно. Хорошо еще, что маг, которого звали Дарон, открыл ее секрет лорду Гаронду. Гаронд оказался правильным паладином, да и начальником вполне неплохим. В отличие от Хагена, который пропал и сейчас находился неизвестно где. Возможно, он пал смертью храбрых в битве на Онаровых полях, которую он бездарно проиграл. О том, что случилось в усадьбе лендлорда, Харви знал лишь понаслышке. Сам он воевал в другом месте.
Их было восемь. Два паладина, которых слегка ранило в Долине Рудников, шесть ополченцев, вчерашних подмастерьев, попавшихся на речи наборщиков в армию. Совсем зеленые, оружие-то кое-как держать научились. И именно их отрядили прикрывать таверну «Мертвая Гарпия» в центре острова. Предполагалось, что самое большее, что им предстоит сделать — задержать на несколько минут передовые отряды орков и отступать к монастырю Инноса или в город. Они задержали. На три часа. Орков было раза в четыре больше. И никто не собирался отступать.
Из оружия у людей были только дешевые мечи и три арбалета. Харви до сих пор удивлялся, как он сумел выжить.
Они пришли строем поздним вечером из основной ставки Хагена. Паладины, даже имен которых Харви не успел толком запомнить, по-хозяйски вошли в пустующую таверну, которую содержал старый Орлан, и заявили, что необходимо собрать всех жителей близлежащих ферм, которые способны удержать в руках топор или копье. Орлан сразу же послал пьянющего забулдыгу на ферму Акила, откуда тот привел пять худосочных крестьян. Остаток ночи воины под руководством паладинов готовились к бою. Срубили все деревья, мешающие обстрелу атакующих орков из луков и арбалетов. Навалили их на дороги. Столы из таверны вынесли и установили в качестве щитов. Из дальнобойного оружия у людей были арбалеты, два лука и еще один паладин владел магией.
Орки пришли, едва забрезжил свет солнца. Судя по голосам, они были удивлены, увидев укрепления. Паладины выдержали время, пока твари, которые, казалось, совсем не ожидали сопротивления, не подошли ближе, а потом дали команду «Стреляй!».
То, что было далее, Харви помнил лишь фрагментами. Помнил, как скрылись орки в лесу, помнил, как они подтянули осадные орудия, помнил, как таверна Орлана разваливалась на глазах, погребая тело уже мертвого к этому времени хозяина. Тогда же начался рукопашный бой. Харви отчетливо помнил, как одному паладину снесли топором голову. Он не смог выдержать этого, и побежал. Так быстро, насколько позволяли доспехи. Те, кто остался у таверны, погибли. Все до единого. А Харви остался жить…
С тех пор прошла неделя. Из-за проклятых холодов Харви заходился кашлем каждые несколько минут. Благо, послушник оказался сведущим травником и алхимиком. Да и вообще, не походил послушник на ревнивого служителя Инноса.
Ему было чуть больше тридцати, что уже довольно много для ученика магов. По мнению Харви, послушник был ровесником мага Дарона. Да и алхимиком он был не последним. В походных условиях, практически из ничего, он создал небольшую алхимическую лабораторию, где варил лечебные зелья из трав, которые он сам же и находил. Вдобавок он сварил лекарство от кашля, благодаря которому Харви в последние дни стало легче, может, он и выздоровеет.
По крайней мере, ополченец на это надеялся. Более ничего не оставалось. Дни тянулись медленно, очень медленно. Единственное, что радовало, так это возможность отомстить чертовым оркам. Один раз два наемника прошли через весь остров, умудрились сжечь заживо орка-стражника на воротах города, забрали его оружие и снаряжение. Когда они вернулись, Гаронд их чуть не казнил на месте, но, кажется, сама идея диверсий и мелких вылазок ему пришлась по нраву.