Избранные циклы романов о любви. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Брось теперь! – поморщился Туманов. – Не до тебя… Химик! Химик он из Университета. И все дела.

– Ладно, химик, – примирительно сказал Иосиф. – Я, между прочим, так и подумал. Химия, как наука о превращениях наличных в природе веществ, всегда меня интересовала преизрядно. Еще в алхимическом трактате Константина Скримулта, который некоторые датируют концом четырнадцатого, а некоторые пятнадцатым веком…

– Кончай, Иосиф! – предупреждающе пророкотал Туманов.

– Уже. Но где ж мы говорить будем? В ресторане, я видал, тоже полный разор. А к тебе я не пойду. У меня там сразу мозги скукоживаются и начинается меланхолия. Да и сидеть там негде. Только на кровати, а от этого, ты знаешь, я всегда неуместно возбуждаюсь…

– Ничо! Теперь пойдешь. И мозги целы останутся, и где сидеть, отыщем… Пока ты свое расследование вел, я тоже без дела не сидел.

– Ну-у…

– А еще-то что-нибудь сказать можешь? – настойчиво спросил Туманов, положив руку на тощее плечо Иосифа, разглядывающего обновленный интерьер.

– Я должен теперь дать оценку?

– Да что вы все, в самом деле! – разозлился Туманов. – Кого ж мне спросить, как не тебя? Не Мартынова же с подъезда звать?

– Изволь. Это в любом случае лучше, чем то, что было. Хотя и очень не похоже на тебя. Я бы сказал, просто-таки перпендикулярно тебе, если ты позволишь мне выражаться в алгебраических терминах и не озлишься на упоминание царицы наук также, как только что озлился на безвинную химию. Кто это сотворил?

– Софья. Софья Павловна Домогатская. Ты с ней знаком.

– Однако, Михаил…

– Что ты хочешь сказать?

– Ничего. Я абсолютно ничего не хочу говорить по этому поводу. Ты сам меня вынуждаешь. Я пришел говорить абсолютно о другом.

– Говори же. Садись куда хочешь и говори. Что тебе дать выпить? Или поесть?

– Того и другого. На закуску я бы предпочел мясо. Его нынче нигде толком не сыщешь.

– Так пост же… – равнодушно напомнил Туманов.

– Вот именно, – согласился Иосиф, уселся в кресло, обитое серой кожей, и закинул ноги на низкий столик. – Значит, мясо. Распорядись… И один вопрос, коли уж так: как ты себя теперь здесь чувствуешь?

– Щекотно.

– ?!

– Иногда кажется, что на мне пробиваются не то веточки, не то корешки. Как будто я прямо сейчас превращусь в дерево или заколошусь, или врасту где-нибудь, или еще чего в том же роде. Бывает, вроде, и хочется даже… Спасаюсь, гляжу на картинку, где эти дерутся…

– А! Бедняга Парсифаль!

– Почему бедняга? Что не сумел эту чашку удержать? Как ее там?

– Грааль? Нет. Грааль – это всего лишь символ. Печальный символ самоактуализации этого мира. Обрести его в личное или даже в коллективное пользование нельзя по определению. А бедняга он потому, что так и не сумел разгадать свою истинную природу и примириться с ней. Как я его понимаю!

– Зато я не понимаю ни хрена! Рассказывай, наконец, по делу!

– Как будто это я тебя все время отвлекаю! Это я, видите ли, пригласил в игорный дом всяких химиков, и устроил из своих комнат грядку со шпинатом! – картинно обиделся Иосиф, явно напрашиваясь на утешения и извинения. Утешения воспоследовали в виде огромного дымящегося и исходящего соком куска жаркого, переложенного тушеным картофелем, золотистыми пикулями и свежей петрушкой.

Утолив первый голод и отхлебнув вина, Нелетяга аккуратно вытер пальцы и рот салфеткой и приступил к рассказу.

– Сейчас ты будешь смеяться, мой герцог. Но это будет, уверяю тебя, горький смех. В прошлый раз мы насчитали шестерых информированных и вроде бы первично заинтересованных лиц. Простая задача: найти того, чьи деловые или уж личные интересы так или иначе пересеклись с твоими – и злоумышленник у нас в руках. За истекшее время я более-менее проверил всех…

– И что ж? – не сдержался Туманов.

– Пожалуй что, старая баронесса Шталь тут не причем. На первый, да и на второй взгляд не просматривается абсолютно никаких причин, зачем ей тебя изводить и желать тебе гибели или иных неприятностей. Ты, кажется, говорил, что никогда не пересекался делами с ее вторым покойным мужем, бароном?