Избранные циклы романов о любви. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Слабо! – заметила Светка и я кивнула ей, соглашаясь.

– Вариант второй: Алина хотела, чтобы кто-нибудь умный и взрослый переубедил ее – все это чепуха, старый муж ни в чем не виноват, можно спокойно жить дальше, наслаждаясь материальным благополучием и молодым любовником.

– Тогда ей не надо было проводить свое расследование, – сказала Ленка. – Меньше знаешь, крепче спишь.

Я помотала головой.

– Не согласна. Ей скучно жить. Ввязавшись во все это, Алина уже не могла остановиться, к тому же она – девушка жадная ко всему, и пропавшая загадочная пластинка тревожила ее воображение. Да еще и вина за пропажу ценной вещи, которую она, наверное, чувствовала перед любовником. Откуда же она могла заранее знать, что на конце ниточки – жестокое убийство?… Теперь вариант третий, самый, на мой взгляд, вероятный: Алина рассказала мне не все. Что-то во всей этой истории с пластинкой угрожает ей самой. А может быть, ее любовнику, Студенту. Легко допустить, что умный муж не так уж поверил ее на скорую руку сварганенным объяснениям, что-то заподозрил, выставил какие-то условия… Теперь, используя меня наполовину втемную, она пытается найти выход из сложившейся ситуации… Ирка, а что ты сама-то думаешь?

– Она, как Любаша… – пробормотала Ирка, откровенно засыпая.

– Что – Любаша?! – хором удивились мы со Светкой.

– Хочет, чтобы ты пошла в милицию, – с трудом шевеля губами, сказала Ирка. – И мужа сдала. Она сама не может, он же бандит, он их раньше кончит. А так его посадят, а им все достанется. А пластинка и Федор тут вообще не при чем. Может он его правда убил, а может и не знал вообще. Может, она его специально к Федору послала, унитаз поставить или еще чего починить. Чтобы их вместе видели…

– Блеск! – воскликнула Ленка. – Ирка, не спи – замерзнешь! Тебе с Анджей напополам надо детективы писать. Ты будешь сюжет придумывать, а Анджа – литературную часть, у нее слог хороший. Заработаете славу и деньги…

– Не-а, я не могу детективы, у меня балансы… – неразборчиво пробормотала Ирка. – Спасибо, Лен, мне не холодно…

– В девятнадцатом веке из Иры получился бы неплохой медиум, – заметила Любаша. – Глупость все это – то, чем мы здесь с твоей, Анджа, подачи занимаемся…

Однако, про милицию не сказала. Проняло, значит.

– Точно, глупость! – подтвердила Светка. – Расследования какие-то. Это у нас, как Анджа говорит, от недолюбленности. Хочется же, женщины, совсем другого…

– Любви? – предположила я. – Водки? Или секса?

– Понимания, – строго сказала Любаша.

– Надежности и опоры, – шевельнув в полусне губами, влезла Ирка.

– А мне, когда фиброму вырезали, заодно и все остальное удалили, – безмятежно сказала Ленка. – Для профилактики онкологии. Поэтому ничего не хочется и живу спокойно.

Глава 8. Вадим

– Анжелика Андреевна, он засмеялся и я его пустила. Как вы велели, – сказала Дашка и протяжно шмыгнула носом. – Он теперь под вешалкой сидит, ждет, когда вы его примете.

Недавно на улице похолодало прямо в течении дня. Дашка утром ушла на работу на рынок в осенней куртке и в тонких носках и к концу смены застыла до полусмерти. Долго-долго отогревалась в ванне, пила по совету Фроси чай с протертой клюквой, но, по-видимому, горячая вода и витамины так и не вытянули скопившийся в организме холод, о чем на следующий утро возвестил Дашкин оглушительный чих и трубный простуженный бас.

– Что-о? – по утрам рядовая иррациональность бытия иногда застает меня врасплох. Ригидность мышления нарастает с годами – никуда от этого не денешься. – Кого приму? Куда?

Почему-то подумалось о приеме в комсомол и о красной книжечке – комсомольском билете, которая до сих пор лежала у меня в папке вместе с остальными документами. Но принимать в комсомол кого-то, кто сидит под вешалкой…

– Даша, войди и объясни, пожалуйста, подробнее, – почти жалобно попросила я.

– Пришел человек, мужчина, на вид приличный, пальто дорогое и шапка, – Дашка добросовестно начала выгребать подробности из доступного ей пласта реальности. – И портфель. Все – не у нас на рынке купленное. И ботинки тонкие и чистые – видать, по Лиговке не шел, на своей машине приехал. Спрашивал про колдунью Анжелику Аполлонскую. Мол, очень надо повидаться. Я ему сказала про звезды Сад-аль-Забих, что колдунья из-за них не принимает. Он сразу же стал хохотать, я еще и договорить-то не успела. И потом сказал, что тоже любит и уважает Ходжу Насреддина, но увидеть вас ему все равно непременно надо. Я говорю: да спит она! – но в коридор пустила, как вы и велели, кто смеяться станет. Он говорит: готов ждать, пока Анжелика Андреевна соблаговолит меня принять. Так и выразился культурно, я не сама придумала. И сел под вешалкой. А я решила вам все же сказать, потому что чего он там сидит: Семен уже выпивши к нему приглядывается и Наталья шипит. Как бы после чего не вышло!

– О, Господи! – я спустила ноги с кровати и на ощупь сунула их в тапки. Один из тапков, естественно, оказался Хлопси или Мопси. Придавленная свинка истошно завизжала и спряталась под кровать. Дашка сочувственно хлюпнула носом, но мне некогда было жалеть обиженное животное. Я лихорадочно соображала.

Какой-то незнакомый мужик с утра в субботу явился ко мне по делу, причем не нашел ничего лучшего, чем спросить про колдунью Анжелику. Стало быть, мой адрес он разыскивал через… через опрос соседей? Через районное отделение милиции? Зачем же я ему сдалась?… Ну это я, положим, прямо сейчас и узнаю, но… Но он сидит под вешалкой в коридоре, черт его побери совсем! А это значит, что я до встречи с ним даже умыться не смогу! И в туалет сходить! Да еще Дашка здесь маячит, и выгнать ее нельзя, потому что он сразу же ее спросит… Стало быть, придется сейчас при ней одеваться и… Боже мой, а что это такое в зеркале отражается? Да это же моя рожа!

И тут Дашка меня добила.

– Наверное, мне не надо было… – опустив голову и ковыряя тапком потемневший паркет, сказала она. – Но к вам, Анжелика Андреевна, так редко мужчины ходют. Хоть вы же умница редкая и собой еще вполне. А этот такой весь из себя подходящий. И по возрасту. Вот мы с Фросей и подумали… Вы уж простите меня, дуру, если что…

Я тихо и злобно зашипела. Оказывается, здесь не чистая Дашкина самодеятельность, здесь, изволите ли видеть, – заговор. Шерочка с машерочкой – Дашка с Фросей.

Я натянула джемпер и подвернувшиеся мятые, но вроде бы чистые брюки и, тяжело вздохнув, сказала: