Кулинарная битва: читать начало книги онлайн

– Ты совсем не изменился, – проворковала она другому старому знакомцу, оставив без внимания седые волосы и за два десятка лет задубевшее под солнцем лицо.

Подошли Кеннет и Патрик. Отщипывая корочки со специально для него поджаренных Барбарой куриных ножек, Кеннет облокотился на прилавок, и Мэй показалось, что она никогда не уезжала из Меринака. Ее жизнь по-прежнему неразрывно связана с этим городком.

Вечер прошел с триумфом. Когда внимание Сабрины переместилось во «Фрэнни», Мэй, которой больше не надо было работать на камеру, сменила у плиты Энди. Барбара посылала ей заказ за заказом, а она тарелку за тарелкой подталкивала на раздачу. Окруженная знакомыми звуками и пряными запахами, она совсем потеряла счет времени. На сковородке шкворчала курица, в котле булькала в масле наструганная картошка. Зорко наблюдая за плитой, Мэй ловила мгновения, когда цвет и запах подскажут ей «пора встряхнуть» или «сейчас же переворачивай». Она без остатка отдалась во власть выкрикивающего заказы голоса матери и ритма, заданного кухней «Мими». Ей не хватало только Аманды на другой стороне окошка раздачи рядом с Барбарой. Мэй стряхнула масло с последнего в этот вечер куска курицы и поняла, что счастлива.

– Ну что, почувствовала себя дома? – спросил Энди. Она не ожидала, что он все еще на кухне. Мэй вытащила полотенце из-под завязки фартука, вытерла им лицо и только потом ответила:

– Ты еще в раздевалке средней школы болтался, а я уже здесь курицу жарила. Эта кухня – моя кулинарная школа.

– Не знаю, не знаю. Удастся ли тебе прозрачный бульон, это еще посмотреть надо. Но с курицей ты управляешься ловко. Я и сам поем. Я сегодня последний клиент. Ты-то тоже небось голодная? – Он протянул ей тарелку.

Мэй кивнула, и он отложил ей кусок цыпленка и отсыпал половину своей картошки.

– Твоя мать просила передать, чтобы ты ждала ее на заднем крыльце ее дома. Иди, я один с уборкой закончу.

Даже не сняв фартука, Мэй направилась со своей тарелкой за угол через парковку к дому матери, стараясь не смотреть на сваленную в раковину грязную посуду, постучала в окно кухни. Барбара открыла раздвижную дверь, вышла и, опустившись на ступеньку веранды, поставила рядом с дочерью тарелку с куском торта с шоколадным кремом. Мэй тут же подцепила на вилку побольше, да так, чтоб отправить в рот и крем, и шоколад, и хрустящую корочку, а потом вернулась к своей курице и картошке. Она уже зовсем забыла, как сильно можно проголодаться, когда готовишь. Все, что говорил про пустые калории ее бруклинский персональный тренер, теперь само собой вылетело у нее из головы. Она голодна как волк и съест сейчас что угодно.

Дверь открылась еще раз. Тетя Эйда, которая весь вечер тоном королевы вопрошала посетителей, как они поживают, и полностью игнорировала их ответы, особенно если они просили принести им салфетки, выставила на веранду стул. Барбара подвинулась, и Эйда выплыла из двери, неся еще два куска испеченного Патриком пирога. Отдала один Барбаре и, сев на стул, возвестила:

– Все прошло великолепно. Я такого удовольствия от работы в «Мими» не получала с тех пор как… как… Никогда. По-моему, та молодая женщина была от меня без ума. Она обещала добавить в программу сцены из моих старых фильмов. Я ей предложила «Бонанзу», где я в прерии встречаю ковбоя.

Мэй предпочла бы, чтобы тетка осветила какой-нибудь другой аспект своей актерской карьеры, к примеру комедию «Золотые девушки». Она многозначительно посмотрела на мать, но сегодня все было так хорошо, что даже любовные приключения Эйды с ковбоями в прерии не могли ничего испортить.

– Все действительно было отлично, – сказала Барбара. – Это благодаря тебе, Мэй.

С набитым картошкой ртом Мэй могла только кивнуть. Ложная скромность здесь совершенно неуместна. Она знала всю механику «Мими», она знала, что нужно Сабрине и куда ведущая клонит, а значит, не хуже любой рок-звезды сумела задать вечеру необходимую ей оркестровку. ей совершенно не нужно было привлекать к себе внимание камер – камеры сами за ней следовали, и она наслаждалась своей природной магнетической силой, предвкушая, как ее в конце концов оценят миллионы зрителей. Она была собранной, энергичной, говорила все в самую точку. Короче, как и обещала Энди, она блистала. Во «Фрэнни» Аманда наверняка была размазня-размазней. Может быть, с Мэй у «Мими» все-таки есть шанс на победу.

– Без тебя Сабрина со своими вопросами ходила бы за мной по пятам и страшно бы меня отвлекала. Тебе в общем-то и делать ничего не надо было, поговорила с ней – и хватит. Я тебя позвала и как-то не подумала, что без тебя можно обойтись. Патти можно было бы позвать.

– Мама, ты серьезно?

Мэй вышла из себя. Ей, видишь ли, «делать ничего не надо было», она, видишь ли, «просто поговорила»! Да без нее ничего бы не получилось. Надо быть Мэй, чтобы из «Мими» что-то толковое вышло.

– Патти не знает и половины того, что мне известно. а Сабрина бы на нее никакого внимания не обратила.

– Патти тоже у меня когда-то давно работала – еще до твоего рождения, – сказала Барбара и улыбнулась. «Ты, милочка, тоже всего не знаешь», – говорила ее улыбка.

Мэй откусила изрядный шмат курицы, положила на тарелку косточку и взялась за торт.

– Патрик печет на славу. Конечно, не так классно, как ты, – уступка материнскому косому взгляду, – но учитель из тебя получился отличный. Ты бы могла здесь «Уроки выпечки» проводить. – Фантазия Мэй заработала на полной скорости. – У людей еще одна причина появится ехать к нам из Канзас-Сити. Всем твои уроки понравятся, будь уверена.

Барбара не ответила, и Мэй отправила в рот очередной кусок торта. Ничего столь жирного она не ела со студенческих времен. Калории не одну ее будут заботить. Уроки, конечно, идея хорошая, но поесть к ним часто возвращаться не будут. Так что, на что бы мать ни согласилась, если про здоровую пищу не думать, развивать «Мими» будет трудновато.

– Мам, нам действительно надо добавить в меню хоть одно низкокалорийное блюдо.

– У нас есть салат, – отрезала Барбара таким тоном, что было ясно: разговор окончен.

– Листовой салат – это не здоровая пища, мама. Это практически одна вода. Я думаю о каких-то по-настоящему полезных продуктах, чтоб народ думал: «Я, конечно, ем жаренного на масле цыпленка, но я ведь ем и что-то полезное, так что мне себя упрекнуть не в чем». Листовая капуста, к примеру. Очень подойдет. Что, если мы, для начала, предложим салат с листовой капустой? Это ведь тоже салат.

– Никакой капусты, – стояла на своем Барбара. – Не смеши народ. За капустой в «Мими» никто не пойдет. И вообще, это страшная дрянь. От капусты запоры.

– Нас в детстве мать заставляла капусту есть, – вставила Эйда. – Она всюду сама по себе росла. Жесткая такая была. Сплошные волокна. Я ее ненавидела. Не пойму, что в ней люди нынче нашли?

Некоторым одно и то же надо сто раз повторить, прежде чем они твою идею усвоят. Мэй оставила тему. Временно. Но она уже загорелась. В голове у нее уже роились идеи о том, чем может стать «Мими». Люди «Мими» любят. Готовы сюда ходить. Им не нужна очередная сеть «демократических ресторанов» «Олив Гарден». Кристал, Джулии, Морти Раундтри, всем ее давним знкомым и всем остальным, кого она никогда прежде не видела, всем им хотелось поесть приготовленное с душой. Блюдо для них – не просто еда. Блюдо – это история.

– Всем нравится наша салатная заправка, – примирительно сказала Мэй. – И курица – просто объедение. Энди говорит, он позвонил Касвелам, чтобы они удвоили наш заказ свежих цыплят на завтра. Не знаете, они своим цыплятам дают с кормом какие-нибудь искусственные добавки? Сабрина спрашивала. Я сказала ей, что не дают, но точно сама не знаю. Если не дают, надо в меню поставить, что цыплята на естественных кормах выращены.

Надо бы вообще где-то написать, что цыплята местные, что их здесь, в Меринаке, выращивают. Аманда объявление нарисовать сможет. Ну… Нет, Аманда, наверное, это делать не будет. Но все-таки объявление не помешает. Она открыла было рот, но почувствовала, как мать рядом с ней напряглась и сердито на нее уставилась.