Прямо напротив меня сидел странный тип слегка поношенного вида. Наружность скорее богемы, чем нашего брата. Длинные волосы и отрешённый взгляд прозрачно-серых глаз только усиливал впечатление, что товарищ явно не вписывается в окружающую обстановку.
Сначала он сидел молча, как бы прислушиваясь к общему разговору, честно говоря, обратила на него внимания после того, как почувствовала пристальный взгляд. Остановившись на полуслове (в тот момент мы мило щебетали с одним моим старым приятелем, директором рекламной газеты), я вопросительно посмотрела на него.
— Не хотите шампанского?
— Э… Я предпочитаю приличное красное вино… С кем имею честь?
— Меня зовут Борис, газета «На завалинке».
— Впервые слышу о такой газете. Это что, кодовое название?
— Считайте, что так.
— Хорошо. А меня зовут Наталья. Агентство «Рога и копыта».
— Шутить изволите?
— Какие тут шутки. Вела интеллектуальную беседу с умным человеком, о высоких материях, понимаешь, а вы просто свалились с бревна какой-то завалинки, и взгляд ваших чудесных глаз вызвал спазм в моем горле.
— Красиво говорите. Интеллектуальная беседа, значит?
— Ну да. Что главное в мужчине — его способность вести интеллектуальную беседу.
— Жаль, что в этом я не мастер…
— В чём мастер?
— Говорят, что талантлив.
— Вот как! Талантлив. И в чём?
— Во всём.
Меня определенно начинал бесить этот тип. Самое интересное, что он мгновенно перевоплотился. У него оказался приятный баритон, хорошо поставленный, который выдавал в нём какую-то школу, и я с удивлением ощутила в себе два противоречивых желания — отвязаться от него и продолжить беседу. Незаметно беседа от пустяков перешла к чуть ли не глобальным вопросам. Странно… Мне казалось, что я пребываю в состоянии, близком к трансу, когда очнулась от его фразы:
— Материальное привязывает человека, не даёт ему раскрыться. Человек начинает молиться вещам, словно богам.
— Стоп. Так вы тоже увлекаетесь всей этой чушью? Тоже познаете себя?
— Я этого не утверждаю.
— Мир точно сошёл с ума. Все что-то читают, все хотят о чем-то знать. Мужчины, ау! Есть ещё и более тривиальные вещи, которые необходимо кому-то делать. Зарабатывать деньги, например, воспитывать детей, давать им образование. Почему-то все взвалили на женщин. Пока вы летаете в других мирах, здесь проходит жизнь.
— Ну, начнем с того, что жизнь — это довольно абстрактное понятие. Так же, как и смерть. Что делается с душой человека после его физической смерти, не знает никто.
— Ой, только не надо, Борис, об этом. Я через это прошла. Давайте лучше потанцуем, страшно хочется потанцевать. Ну их, эти рассуждения, сейчас жить хочется, а не потом.
— Хорошо.
Больше мы к этим темам не возвращались. Борис вызвался меня провожать, по дороге читал стихи Северянина, чем меня приятно удивил и порадовал. Мы расстались добрыми друзьями и обменялись визитками. Самое веселое, что на визитке действительно стояло название газеты «На завалинке», только адрес был московский.
Переступив порог собственного дома, я вспомнила про все проблемы, которые никуда не исчезли. Под влиянием выпитого, моя храбрость возросла, и я решила не терять времени даром. Надоело ходить вокруг да около, почему-то решение проблемы мне виделось в звонке к пресловутой Анне Васильевне и расставлении всех точек над «и».
— Алло, Анна Васильевна? — начала я телефонный разговор довольно агрессивно.
— Да. Кто это?
— Это та, которой вы испортили жизнь.