Тайная стража России. Очерки истории отечественных органов госбезопасности. Книга 6: читать начало книги онлайн

С начала военных действий для работы по розыску и задержанию официальных сотрудников и агентуры японских разведывательных органов и активных участников, действовавших в Маньчжурии контрреволюционных белоэмигрантских организаций, было создано 35 оперативно-разыскных групп. Последние выбрасывались вместе с десантными подразделениями и передовыми отрядами в занимаемые города и крупные населенные пункты, прежде всего в те населенные пункты, где по имевшимся данным дислоцировались разведывательные и контрразведывательные органы.

По состоянию на 8 сентября 1945 г. подчиненными органами и оперативными группами УКР фронта было задержано и арестовано 2249 чел., из них: официальных сотрудников Японской военной миссии (ЯВМ) – 317, агентов ЯВМ – 349, официальных сотрудников японской полиции и жандармерии – 569, диверсантов и террористов – 5, агентов японской жандармерии и полиции – 108, изменников Родины – 162, разведчиков Красной армии, перевербованных японской разведкой – 10, крупных японских ставленников – 38, военнопленных – 465 и т. д.

В целях успешного розыска и задержания интересующих органы военной контрразведки лиц, опергруппами и органами «Смерш» фронта из числа задержанных главным образом русских и китайцев, приобретались агенты – опознаватели, через которых разыскан и опознан ряд лиц, представляющих оперативный интерес.

Всего по органам «Смерш» фронта было приобретено и использовалось по состоянию на 8 сентября 1945 г. 124 агента-опознавателя. С их помощью было опознано и задержано 210 чел. Наряду с использованием агентуры для опознания, часть ее использовалась в разведцелях.

По данным, полученным от агентуры и местного населения, опергруппами «Смерш» фронта был выявлен и ликвидирован ряд диверсионно-террористических групп. Так, 16 августа 1945 г. отделом «Смерш» 316-й истребительной авиационной дивизии было установлено, что в 8–9 км от станции Халахой скрывается диверсионно-террористическая банда в 200 чел., которая совершает налеты на базы Красной армии и уничтожало местное население. На ликвидацию была выслана оперативная группа. Во время боя было убито 40 японцев, потерь с нашей стороны не было. В процессе следствия органами «Смерш» было установлено, что в соответствии с планом и указаниями командования Квантунской армии по подготовке к войне с Советским Союзом японские военные миссии по указанию Харбинской ЯВМ еще в 1942 г. в местах возможного продвижения частей Красной армии на территории Маньчжурии и Внутренней Монголии создали разведывательно-диверсионные группы[478]. Аналогичным образом была организована работа в органах контрразведки «Смерш» 1-го Дальневосточного фронта.

С момента начала военных действий наших войск против Японии основное внимание было направлено на розыск и задержание на территории Маньчжурии официальных работников и агентуры японской разведки и контрразведки, изменников Родины, членов антисоветских формирований из числа белоэмигрантов, а также на захват документации.

Для развертывания разыскной работы были использованы списки, ориентировки по розыску, ранее заведенные наблюдательные дела на действовавших против войск разведывательные и контрразведывательные органы противника, а также разыскные дела на японских агентов с установленными связями на нашей территории.

Исходя из оперативных направлений наступления начальники органов безопасности были обеспечены необходимыми ориентировками по тем населенным пунктам, которые подлежали занятию их соединениями.

В целях организации розыска были созданы оперативно-разыскные группы во главе с квалифицированными работниками. В органах контрразведки 1-й Краснознаменной армии действовало 7 таких групп. Они были сформированы за счет сил аппарата отдела «Смерш» армии – 3 опергруппы, подчиненных органов – 4 опергруппы.

Кроме того, вместе с танковым десантом была выброшена опергруппа в г. Харбин, где вошла в состав оперативной группы УКР 1-го Дальневосточного фронта. Для проведения следственных действий задержанные сдавались в оперативные группы управления контрразведки «Смерш» фронта. Наряду с задержанием был проведен захват документов разведывательных и контрразведывательных органов: Японской военной миссии в г. Лижучжень, отделения ЯВМ на станции Хандаохэцзы, полицейского отделения в г. Бамянтунь. После занятия частями и соединениями 1-й армии мест дислокации дальнейшая розыскная работа стала строиться исходя из изучения непосредственного окружения[479].

Заслуживают внимания действия отдела контрразведки «Смерш» Тихоокеанского флота по выявлению и пресечению деятельности японских разведывательных, контрразведывательных органов и белоэмигрантских организаций на территории Северной Кореи, Маньчжурии и Южного Сахалина.

В частности, с началом военных действий было организовано и направлено на территорию Кореи, Маньчжурии и Южного Сахалина 5 оперативных групп в составе 30 оперативных работников. В результате проделанной работы оперативными группами было задержано и профильтровано 1407 чел. Из их числа передано органам «Смерш» НКО для ареста по их линии 62 чел., командованию для направления в лагеря военнопленных 584 чел. ОКР «Смерш» ТОФ арестовано 77 чел., в том числе: по шпионажу – 30; изменников Родины не военнослужащих – 15; активных деятелей различных белоэмигрантских и других организаций – 21; террористов – 3, диверсантов – 1; за контрреволюционный саботаж – 4.

В процессе агентурно-следственной работы получены данные о деятельности отдельных разведывательных и контрразведывательных органов Японии, работавших против Тихоокеанского флота, а также контрразведывательных белогвардейских организаций, работавших под руководством японских военных властей против СССР. В частности, деятельность Японской военно-морской миссии в г. Сейсине, Расинской военной миссии (территория Кореи), Хунчуньской военной миссии (Маньчжурия), Харбинской военной миссии. Кроме того, получены материалы о деятельности «Бюро по делам российских эмигрантов» (БРЭМ), «Монархического объединения», «Российского фашистского союза» (РФС), «Национальной организации русских разведчиков», «Союза мушкетеров»[480].

В этих условиях, находясь в составе морского десанта, совершил подвиг сотрудник отдела «Смерш» Владивостокского морского оборонительного района ТОФ лейтенант М. П. Крыгин. Действуя в составе оперативной группы, перед которой была поставлена задача захватить Японскую военно-морскую миссию в г. Сейсине, он был включен в состав первого эшелона десанта морских пехотинцев. В ходе высадки 13 августа 1945 г. катер, на котором находился М. П. Крыгин, подошел к берегу в стороне от основных сил десанта. Прорываясь к своим, лейтенант прикрывал отход оставшихся в живых десантников и погиб в неравном бою. Он был похоронен в братской могиле на одной из центральных улиц г. Сейсина. За проявленное бесстрашие и героизм Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1945 г. ему было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. В 1965 г. одна из улиц Владивостока названа именем офицера-контрразведчика[481].

Значительное внимание в подготовительный период и ходе военных действий руководством ГУКР НКО, УКР фронтов уделялось совершенствованию оперативно-следственной работы. Так, в течение июля 1945 г. следовательским составом 4-го отдела УКР 1-го Дальневосточного фронта, ОКР армий и соединений был проведен ряд занятий по изучению структуры, форм и методов работы японских разведывательных и контрразведывательных органов. Кроме того, была проведена проверка знаний оперативным составом директивных указаний по следствию и умения самостоятельно вести дела в боевой обстановке. С этой целью непосредственно в органы «Смерш» объединений и соединений 4-м отделом управления фронта были посланы наиболее подготовленные следственные работники, которые кроме проверки знаний оперативного состава, занимались практическим показом ведения следствия по делам и направлениям их подсудности.

С началом войны с Японией управлением контрразведки было создано 9 фронтовых оперативных групп для производства розыска и задержания разыскиваемых лиц на освобожденной территории Маньчжурии. Для организации следствия по делам арестованных в районах их задержания во все группы была включено по 2–3 следственных работника, которые в основном и вели следствие по делам.

Крыгин М.П.

За отчетный период аппаратом УКР и органами «Смерш» 3-го Дальневосточного фронта было арестовано и привлечено к уголовной ответственности 811 чел., в том числе на территории Маньчжурии и Южного Сахалина – 778 чел., в частях и соединениях фронта – 33 чел., из них: официальных сотрудников ЯВМ – 248; агентов ЯВМ – 267; террористов – 4; диверсантов – 50; изменников Родине и перебежчиков – 141; участников белогвардейских группировок, организаций и формирований – 69; антисоветчиков – 15; за прочие преступления – 17.

По всем законченным делам следствие было проведено в предельно сжатые сроки. Через судебные инстанции рассмотренные дела прошли без каких-либо замечаний.

Вместе с тем имели место и существенные недостатки, одним из которых являлось то, что расследование ряда дел было проведено некачественно. Так, в первый период операции в Маньчжурии отдельными органами «Смерш» и оперативными группами в числе официальных сотрудников и агентуры в числе официальных сотрудников и агентуры японской полиции и жандармерии было арестовано 33 чел. без достаточного сбора материалов в отношении их преступной деятельности, в результате чего в процессе следствия все дела производством были прекращены, а арестованные из-под стражи освобождены, за исключением 11 чел., направленных для дальнейшего содержания в лагеря военнопленных.

Одной из причин наличия недостатков являлось:

– во-первых, к работе с арестованными было привлечено значительное количество молодых оперативных работников из числа резерва, только пришедших в органы и не имевших никакого практического опыта оперативной работы, впервые взявшихся за следствие;

– во-вторых, крайним дефицитом переводчиков китайского и особенно японского языков, вследствие чего к работе с арестованными привлекались слабо подготовленные переводчики, что снижало качество допросов и исследования состава их преступлений в целом.

Кроме того, имели место случаи неконкретной постановки вопросов, неграмотной записи ответов и небрежного оформления следственных дел, на что было указано в устной и письменной форме руководством управления контрразведки фронта[482].

В течение двух месяцев, прошедших с начала военных действий на территории Маньчжурии, было арестовано 502 чел., в том числе 480 из числа жителей Маньчжурии, и 22 в войсках округа из числа военнослужащих. Из них: официальных сотрудников ЯВМ – 37 чел.; агентов ЯВМ – 180; сотрудников полиции, жандармерии – 41; агентов полиции, жандармерии – 72; террористов и диверсантов – 5; изменников Родине – 82; руководителей БРЭМ – 25; руководителей РФС – 17; белоэмигрантских организаций и формирований – 14. В числе 22 чел., арестованных в частях округа: офицеров – 4, сержантов и рядовых – 15, гражданского персонала – 3.

Закончено следствием 76 дел на 199 чел. Из этого количества 2 дела на двух белоэмигрантов – японских шпионов направлены в Особое совещание при НКВД СССР, остальные дела на рассмотрение в военные трибуналы. По законченным следственным делам осуждено70 чел. на сроки: к высшей мере наказания – 1 чел.; на 25 лет – 1 чел.; на 20 лет – 5 чел.; на 15 лет – 6 чел.; на 10 лет – 47 чел.; на срок менее 10 лет – 10 чел. Передано в другие органы и направлено в ГУКР «Смерш» 34 следственных дела на 34 чел. Прекращено в процессе следствия 7 дел на 7 человек. Органами военной прокуратуры и трибунала прекращено 2 дела на двух человек.

Работа по всем следственным делам за отчетный период проведена без нарушений уголовно-процессуальных норм. Однако в ряде опергрупп в виду недостаточной квалификации следственных работников и отсутствия достаточного контроля со стороны начальников этих групп, имели место и серьезные недочеты в следствии по делам, сводившиеся, главным образом, к тому, что следствие проводилось поверхностно, не вскрывалось всей преступной деятельности арестованных, и в ряде случаев, неисследованные дела направлялись по подсудности. Эти недочеты своевременно устранялись.

Руководство следственной работой в подчиненных органах «Смерш» и опергруппах осуществлялось путем командирования на места для проверки и оказания помощи в следствии опытных работников управления «Смерш», а также путем вызова следственных работников с докладами по делам в 4-й отдел и дачи по ряду дел письменных указаний. В целях устранения имеющихся недочетов и повышения качества следственной работы был усилен контроль подчиненных органов «Смерш» и оперативных групп. Наиболее важные дела велись в управлении «Смерш» фронта[483].

Так, 29 августа 1945 г. в освобожденном частями Красной армии от японских оккупантов г. Хайларе на территории специальной тюрьмы особого отдела губернской полиции и Японской военной миссии местными жителями были обнаружены две ямы с закопанными трупами. Созданной местным самоуправлением комиссией с участием сотрудника отдела «Смерш» 36-й армии лейтенанта Гончаренко из ям было извлечено 43 трупа с отрубленными головами. При осмотре установлено, что все убитые за исключением одного монгола являлись русскими и евреями. Произведенным расследованием установлено, что в день начала войны Японии и СССР, по приказу начальника ЯВМ Ямано по заранее составленному плану (спискам) на советских граждан на случай войны с СССР сотрудниками этой миссии чиновниками Особого отдела городской полиции и жандармерии были произведены аресты советских граждан, проживавших в Хайларе. В этот же день на территории секретной тюрьмы японцы зверски умертвили перед бегством из города[484].

[478] Там же. С. 392.

[479] Там же. С. 348–349.

[480] Там же. С. 456.

[481] Смерш. Исторические очерки и архивные документы. М., 2003. С. 289–290.

[482] Там же. С. 516–517.

[483] Там же. С. 490–491.

[484] Там же. С. 364–365.