Тайная стража России. Очерки истории отечественных органов госбезопасности. Книга 6: читать начало книги онлайн

Ж) выполнение специальных заданий Народного комиссара обороны.

2. Установить, что органы «Смерш» освобождаются от проведения всякой другой работы, не связанной непосредственно с задачами, изложенными в пункте 1 настоящего Постановления.

3. Назначить тов. Абакумова Виктора Семеновича заместителем народного комиссара обороны[432] и начальником Главного управления контрразведки НКО «Смерш», освободив его от работы заместителя народного комиссара внутренних дел СССР, заместителями начальника Главного управления контрразведки НКО «Смерш» [назначить] тов. Мешика Павла Яковлевича, освободив его от работы в НКВД СССР, тов. Селивановского Николая Николаевича, освободив его от работы начальника О[особого]О[тдела] НКВД Южного фронта и тов. Бабича Исая Яковлевича, освободив его от работы начальника ОО НКВД Северо-Западного фронта.

Председатель Совета Народных Комиссаров СССР И. Сталин»[433].

Таким образом, командование фронтов и военных округов сразу информировалось о задачах и полномочиях органов военной контрразведки.

Указанные в телеграмме задачи содержались и в утвержденном наркомом обороны И. В. Сталиным Положении о ГУКР НКО «Смерш» и его органах на местах (утверждено Постановлением ГКО СССР от 21 апреля 1943 г. № 3222 сс/ов).

Положение о ГУКР НКО обязывало управления и отделы контрразведки информировать командование и Военные советы соответствующих фронтов, частей, соединений и учреждений РККА «по вопросам своей работы: о результатах борьбы с агентурой противника, о проникших в части армии антисоветских элементах, о результатах борьбы с изменой Родине и предательством, дезертирством, членовредительством»[434]. Помимо этого, начальники управлений и отделов «Смерш» фронтов и военных округов имели право присутствовать на заседаниях соответствующих Военных советов.

Причиной карьерного взлета Абакумова являлись оценки его деятельности и характеристики, дававшиеся Л. П. Берией при личных докладах И. В. Сталину.

В дальнейшем у Сталина сложились собственные оценки деятельности Абакумова в процессе их личного общения. Хотя В. С. Абакумов пребывал в должности заместителя наркома обороны только до 20 мая 1943 г., но и после этого у него сохранилась привилегия прямого и экстренного доклада И. В. Сталину, что существенно повышало его влияние и авторитет в военных кругах.

Центральный аппарат ГУКР «Смерш» насчитывал всего 646 штатных единиц и располагался, совместно с аппаратами НКВД и НКГБ СССР – их повторное разделение состоялось 14 апреля 1943 г.[435] в доме 2 на площади Дзержинского, на четвертом и седьмом этажах.

Непосредственно работу по выявлению и розыску агентуры противника и ведению с ним радиоигр в центральном аппарате ГУКР осуществлял 3-й отдел (его возглавлял полковник Г. В. Утехин, позднее – Д. П. Тарасов), а ведением разведывательной и контрразведывательной работы на временно оккупированных территориях (зафронтовой деятельностью) занимался 4-й отдел (его возглавляли полковник П. П. Тимофеев, затем Г. В. Утехин).

Штаты управлений «Смерш» в Действующей армии составляли: для фронтов, имеющих в своем составе более 5 армий, – 130 чел.; для фронтов, имеющих в составе менее 5 армий, – 112 чел. Численность отделов контрразведки (ОКР) «Смерш» армий была установлена в 57 чел., а численность ОКР «Смерш» военных округов – от 102 до 193 чел.

В УКР «Смерш» фронтов 2-е отделы занимались борьбой с агентурой противника, разведработой за линией фронта, контрразведывательной работой среди военнопленных и фильтрацией вышедших из окружения красноармейцев, 3-и отделы курировали работу подчиненных органов, а 4-е отделы были следственными.

По инициативе Абакумова, приказом наркома обороны СССР в июне 1943 г. «для подготовки и переподготовки оперативного состава» органов военной контрразведки были образованы 4 постоянные срецшколы (2 – в Москве, по одной – в Ташкенте и Хабаровске) со сроком обучения от 6 до 9 месяцев, а также 4-месячные курсы в Новосибирске и Свердловске. Первоначальный штат курсантов устанавливался в 1 750 человек, но в дальнейшем он был увеличен как за счет создания новых школ (Новосибирск, Ленинград), так и за счет расширения контингентов обучаемых.

В мае 1943 г., для обеспечения скрытности подготовки контрнаступления на Курской дуге, по настоянию Абакумова, в ГУКР НКО из НКВД СССР было передано ведение радиоигр с противником. В этот период для дезинформирования германского командования были задействованы 9 уже использующихся в радиоиграх с Абвером радиостанций в районе Курска, две радиостанции перевербованных германских агентов в Москве, по одной радиостанции в Пензе и Саратове. При этом, как Л. П. Берия докладывал в ГКО в июне 1943 г., о том, что НКВД продолжалось ведение еще 24 радиоигр с противником.

В этой связи обращаем внимание на некорректность встречающегося утверждения о том, что органами военной контрразведки в годы войны были проведены 183 радиоигры с противником, поскольку не менее трети из них, особенно в 1942 – начале 1943 г., велись органами НКВД-НКГБ.

При знакомстве с мемуарами председателя КГБ читателю следует также иметь ввиду затяжного конфликта И. А. Серова с министром госбезопасности СССР В. С. Абакумовым. В связи с чем Серов даже просил защиты лично у Сталина. И, как следствие этого конфликта, пережитые Серовым унижения и опасения, при его немалых амбициях и эгоцентризме, не могли не сказаться на его отношении и к Абакумову, и к его подчиненным, на объективности приводимых им в мемуарах оценок. Впрочем, он в своих воспоминаниях не отзывался объективно практически ни о ком из своих многочисленных сослуживцев.

Нельзя не отметить и того факта, что В. С. Абакумов объективно показал себя талантливым организатором и руководителем военной контрразведки. К числу его важных инициатив следует, в первую очередь, отнести разработку в кратчайшие сроки ряда инструктивно-методических документов для действий оперативного состава подчиненных органов: «Инструкции по организации ведения радиоигр с противником» (объявлена директивой ГУКР НКО от 16 июля 1943 г.) и «Инструкции по организации розыска агентуры разведок противника» (директива ГУКР НКО от 9 сентября 1943 г.). Данные документы были призваны, с учетом приобретенного уже в ходе Великой Отечественной войны опыта, рационализировать работу военных контрразведчиков, что способствовало повышению ее эффективности и результативности.

Отныне уже не 2-е управление НКВД, а ГУКР рассылал в подчиненные органы, а также в НКВД и НКГБ СССР, ориентировки по розыску выявленных агентов немецких, финских и иных разведорганов, действовавших на советско-германском фронте.

К числу важных информационно-аналитических документов, подготовленных в кратчайшие сроки ГУКР, следует отнести и сборники справочных материалов «Органы германской разведки, действующие на советско-германском фронте» (август 1943 г.) и аналогичный справочник об органах финской разведки (март 1944 г.), которые также широко использовались в работе НКВД и НКГБ.

Хорошее знание противника позволяло военным контрразведчикам не только вести с ним радиоигры и осуществлять дезинформационные мероприятия, но и проводить операции по агентурному проникновению в его разведорганы, обеспечивавшие упреждающее выявление агентуры, официальных сотрудников и готовившиеся операции этих спецслужбы.

Добывавшиеся военными контрразведчиками сведения позволяли им так заводить оперативные разработки на конкретные разведывательные, контрразведывательные и карательные органы противника, действовавших на временно оккупированной советской территории в зоне ответственности УКР соответствующих фронтов, готовить и проводить при наступлении советских войск мероприятия по захвату их личного состава, агентуры, зданий и документов. Причем первоначальная информация об интересующих военную контрразведку объектах в тылах неприятельских войск в ГУКР поступала как от 4-го (зафронтового) управления НКВД, так и его территориальных органов, а также добывалась самими военными контрразведчиками в процессе оперативной работы.

Следует также отметить, что контрразведывательную работу по установлению мест дислокации карательных, диверсионно-разведывательных органов, штабов и административных учреждений оккупантов, розыску оставленных на «оседание» на освобождаемой советскими войсками территории агентов противника, начинали подвижные оперативные группы военной контрразведки соответствующих фронтов.

И только затем на смену военным контрразведчикам прибывали оперативные группы республиканских или областных управлений НКВД-НКГБ, из числа сотрудников которых формировались новые территориальные органы госбезопасности, продолжавшие работу по розыску агентуры противника, карателей, коллаборационистов и иных пособников оккупантов, вскрытию и документированию карательных акций и иных преступлений оккупационных властей против гражданского населения.

Но на освобождаемых от германской оккупации территориях европейских государств весь круг контрразведывательных задач был возложен на органы «Смерш».

Вся добывавшаяся органами военная контрразведки информация, в том числе включая сообщения зафронтовой агентуры, допросы подозреваемых, поступала в ГУКР и нередко она докладывалась Абакумовым Сталину или о ней информировались члены ГКО. Вследствие отмеченных обстоятельств, с середины 1943 г. ГУКР стало основным поставщиком контрразведывательных сведений для ГКО, что, безусловно, не могло не сказываться на авторитете его руководителей, и, прежде всего, В. С. Абакумова.

Военная контрразведка также оказывала существенную помощь территориальным органам госбезопасности путем систематического направления «ориентировок по розыску выявленных агентов противника», содержавших установочные данные и приметы, иные сведения, необходимые для организации оперативного розыска подозреваемых. Такое повседневное практические взаимодействие в целом значительно повышало эффективность деятельности органов контрразведки в стране в целом.

В 1944–1945 гг. «Смерш» пришлось вступить в бой с новым противником – с оставлявшимися в тылах наступающей Красной армии разведывательными и диверсионными резидентурами германских спецслужб, а также с поддерживавшимися ими вооруженными формированиями националистов.

С начала мая 1945 г. фронтовые управления контрразведки выполняли на освобожденных территориях сопредельных государств (Румынии, Венгрии, Болгарии, Югославии, Польши, Чехословакии, Германии и Австрии) все функции разведки и контрразведки. Понятно, что объем и специфика решаемых на этом этапе задач во многом определялась как географическими, национальными, демографо-социальными, так и историческими особенностями конкретных регионов.

Отметим, например, что Абакумов докладывал в ГКО, что по состоянию на 8 мая 1945 г., органами «Смерш» в Вене были арестованы 858 сотрудников и агентов абверляйтштелле «Вена», изъят архив со списками агентуры, отчетами гестапо, досье на политических деятелей балканских государств, справками о политическом положении в этих государствах. А по состоянию на 15 мая в Берлине были арестованы 3 470 сотрудников и агентов германских спецслужб.

[432] Заместителем наркома обороны И. В. Сталина Абакумов являлся только до 20 мая 1943 г.

[433] СМЕРШ. Исторические очерки и архивные документы. М., 2005. С. 68.

[434] Лубянка: Сталин и НКВД-НКГБ-ГУКР «СМЕРШ». 1939 – март 1946. Документы высших органов партийной и государственной власти. М., 2006. С. 373–375.

[435] Там же. С. 371–372.