— Банально напоил! — огрызнулся Максимилиан. — Это один из самых простых способов убрать препятствие с дороги. Хотите — можете пойти и на него полюбоваться.
— Хочу.
— Замечательно! — расцвел он. — Я стал бояться, что вы и впрямь тут до утра просидите. Запах, знаете ли…
Он галантно помог мне выбраться из-за баков. Цепляясь за его рукав, я добрела до ворот школы искусств. Пережитое потрясение дало о себе знать — ноги были ватными и плохо повиновались. Максимилиан отпер сначала калитку, потом дверь. Дотащил до учительской и предложил:
— Любуйтесь.
В учительской витал характерный запах, тут же напомнивший о громиле, хватавшем меня за руку. Я мельком покосилась на посапывавшего старичка и простонала:
— Я хочу домой.
— Наконец-то! — похвалил меня Максимилиан. — Нагулялись, Мария Александровна?
Надо было ответить ему что-нибудь саркастическое, но у меня уже не было сил. Покидая школу, наглец проявил неожиданный интерес к вазе с парафиновыми фруктами. Долго расспрашивал меня о муляжах и украл грушу, положив ее в карман. Я попыталась протестовать, но это было бесполезно. Не отнимать же мне у него грушу? А уговоры на нахала не подействовали.
Домой мы возвращались мимо памятного мне места драки. На асфальте никого не было, и я поежилась при мысли о полицейской облаве.
— Кстати, — пробурчал Максимилиан. — Я шел проверить, сработал ли манок.
— Что? — переспросила я.
— Ничего, — неожиданно холодно сказал он. — Зачем вопросы задаете, если ответы не слушаете?
Я слабо пожала плечами. В молчании мы добрались до калитки. Максимилиан вытащил из кармана грушу и подкидывал ее с задумчивым видом.
В кухне хозяйничала Розочка в застиранном байковом халате. Она поставила чайник на плиту и пробормотала:
— Ты гулял, да? Ой, какая груша!
— Это брату! — сообщил Максимилиан.
— Да… ты же о нем так заботишься, — закивала Розочка. — Мы с тобой так похожи. Думаем о родственниках. Я тоже без мамы — никуда.
Я невольно поморщилась. Еще бы — никуда. Мама и постирает и приготовит.
— Чай будешь? — спросила она, глядя на меня, как на пустое место.
— Завари, — кивнул Максимилиан.
— Только не вздумайте тащить эту драную кошку в мамину комнату! — прошипела я ему, прежде чем уйти. — Мне не нужны пересуды и стенания Амалии!
— Успокойтесь, — отмахнулся он. — Никого я в мамину комнату тащить не буду. Там все равно кровать неудобная.
От такого заявления я остолбенела.
— Макс, чай готов! — сообщила Розочка.
— Спокойной ночи, Мария Александровна, — церемонно склонил голову он и развернулся.
И тут я догадалась, что так и не поблагодарила его за спасение. Дура! Идиотка! Если бы не он…
— Максимилиан! — негромко позвала я. — Простите… Я плохо соображаю! Я хочу сказать вам спасибо! Огромное спасибо. Просто я сразу как-то не подумала…
— Не стоит благодарности, — хмыкнул он. — Если надо — обращайтесь.
В душ я брела в растрепанных чувствах, поневоле прислушиваясь к звукам из Розочкиной комнаты.