– Все в порядке. Спрашивай.
– Ты нечасто говоришь о своем детстве.
Ох.
Мара убрала руку.
– Не о чем говорить. Мои родители сумасшедшие. Я – нет. Я сбежала, и теперь моя жизнь наконец-то начинается правильно.
Нил гладил ее по голове, но ей хотелось, чтобы он перестал. Было жаль портить приятные ощущения неприятными воспоминаниями.
– Я знаю, что они занимались спиритуализмом. Пытался узнать побольше про это все, но далеко не продвинулся. Это верование распространилось в девятнадцатом веке, если не ошибаюсь?
– Все так. – Она закрыла глаза. – «Приходите на спиритический сеанс к миссис Смит в эту субботу. Поздоровайтесь со своим покойным мужем, посмотрите, как стол поднимается в воздух». Многие восприняли это как забавную новинку.
Нил молчал, но Мара знала, что ему любопытно. Глубоко вздохнув, она продолжила:
– Конечно же, среди всей аристократии, превративший спиритуализм в своего рода салонное развлечение, даже спорт, были и те, кто искренне, на самом деле верил – как и в случае с любой сумасбродной теорией. А у некоторых таких важных исследователей были дети, и у их детей дети, и… в конце концов родилась я.
– Спиритуалистов осталось немного, да?
Мара неловко пожала плечами. Ей очень хотелось сменить тему, в груди уже поселилась ноющая боль.
– Когда я росла, казалось, что в это верит целый мир. Но только потому, что родители приглашали к нам таких же бредящих приятелей. Почти каждый день заглядывали друзья, рассказывали о своем опыте, планировали встречи или обсуждали сообщения из мира мертвых. Такой герметичный мирок. Людей с другими взглядами либо вычеркивали из нашей жизни, либо они вычеркивали нас. Меня не приглашали поиграть с соседскими детьми на нашей улице. Они устраивали дни рождения, а я наблюдала из окна, но так никогда и не…
– Мара, Мара, прости. Ш-ш-ш… – Нил коснулся ее лба быстрым, озабоченным движением, пытаясь разгладить гримасу боли. А Мара и не заметила, что морщится.
– Я в порядке. – Она заставила себя расслабиться.
Нил взял ее за руку и поцеловал пальцы.
– Не будем говорить об этом, раз так ты так расстраиваешься. Мне очень жаль, прости.
– Все в порядке. С той частью моей жизни покончено. – Слова, что она как заклинание повторяла каждое утро все эти четыре года. – Больше меня оно не коснется.
Перекатившись на спину, она глубоко вздохнула и задержала дыхание, уставившись в потолок. Разводы и пятна от воды на сером дереве напоминали рисунки, и Мара позволила глазам рассматривать их.
– Отвечая на твой вопрос, вряд ли вообще кто-то остался. От тех теорий камня на камне не оставили, даже несмотря на рост популярности спиритуализма в викторианской Англии. Медиумы были просто фокусниками, утверждавшими, что у них прямая связь с мертвыми. Ловкость рук, колокольчики на ботинках, подсадные утки и многое другое – все, чтобы обмануть публику. Они двигали карандаши и клочки бумаги, задували свечи. А все эти хлопки, стуки и звоны колокольчиков? Тоже дело рук медиумов, как и что-то посложнее, вроде левитирования стола или призрачных фигур. Все придумано и сделано руками человека.
– А как подделывали призраков?
Мара только фыркнула.
– Белое платье, белила на лицо – и вот уже помощник неожиданно появляется из-за занавески, пугает толпу и вновь прячется во всеобщей суматохе. Большинство сеансов проводили в темноте, с парой свечей максимум, так что обмануть доверчивых участников было несложно.
– Надеюсь, ты меня не возненавидишь, но, похоже, было весело.
Мара снова повернулась к Нилу. Несмотря на тяжесть в груди, губы сами растянулись в улыбке.
– Уверена, многим нравилось именно это – эдакие фокусы. Но люди продолжали верить, несмотря на доказательства обратного – в том-то и проблема. – Улыбаться расхотелось. – Порой мне не дает покоя, как же так: мои родители не дураки. У папы степень по биологии, а мама почти все мое детство работала в службе экстренной помощи. Они не были изгоями, ничего такого, но они искренне верили, что с ними говорят призраки. Даже спустя десятки лет в этой системе, где всем заправляют шарлатаны и поверившие им простофили, мои родители так и не поняли, как их надули.
– Такие убедительные фокусы?
– Я видела их насквозь. Все рухнуло, когда мне было одиннадцать, и из кармана медиума выпал колокольчик. До того времени я слепо верила, но вскоре семена сомнения дали всходы, и я видела лишь обман. И с тех пор все паранормальные явления можно было легко объяснить. А доступ в интернет помог разобраться с уловками похитрее.
Нил притянул Мару к себе, обнимая, и она уткнулась ему в плечо.
– Так тебе правда нравится этот дом? – спросил он.