Сколль. Холод и мгла: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

По сравнению с грядущей катастрофой вулканическая зима — детский сад! Как только Сколль заморозит Солнце, температура начнёт немедленно падать. Через два дня везде, даже в тропиках, поверхность Земли покроет лёд. Спустя неделю температура опустится ниже минус двадцати градусов Цельсия, а через год похолодает до минус ста градусов, после чего, в течении семи лет температура будет постепенно падать до минус двухсот шести градусов. Скорее всего всё будет значительно хуже, мои расчёты не учитывают зону холода, которая образуется вокруг Солнца.

— Поясните.

— Солнце очень массивный объект. При теплообмене с окружающим пространством он неизбежно понизит температуру в ближнем космосе с нынешних минус ста градусов, до минус ста восьмидесяти или даже двухсот, что значительно увеличивает тепловые потери через атмосферу.

Пока есть три графика понижения температуры, — я достал папку с графиками, нашёл нужные и разложил на столе. — По самому жёсткому сценарию, через неделю температура на поверхности планеты достигнет минус пятидесяти четырёх градусов, в результате чего погибнет девяносто процентов биосферы, а океан стремительно начнёт покрываться льдом. К концу года температура снизится до минус ста тридцати градусов. Через какое-то время неизбежно начнётся бомбардировка поверхности Земли ледяными метеоритами, образовавшимися из-за схлопывания фотосферы Солнца. Мелкие будут сгорать в атмосфере, а крупные….

— Что-то вроде ледяных протуберанцев?

— Секунду! — я включил монитор компьютера и вывел обработанное изображение звезды WISE 1135434+45353. — Видите, тёмные и светлые струи? Визуализация процессов построена на основе реальных данных, — пояснил я. — Это области восходящих и нисходящих потоков жидкого водорода смешанных с льдом, которые образуются вследствие разной скорости вращения ядра и вязких внешних слоев. Очень похоже на те процессы, что идут в атмосферах планет гигантов типа Юпитера. В криосфере формируются чудовищные циклоны и антициклоны.

— Жесть какая! — не выдержал Андрей.

— Не то слово! Как вы понимаете, ни одно здание на Земле не рассчитано на такие температуры. Уровень потерь тепла запредельный. Можно оборудовать отдельные здания, но сколько для этого нужно утеплителя, сколько потребуется энергии? Отдельные счастливчики ещё могут устроиться, но теплицы, даже им не сделать.

— Так что же нам делать?

— Уходить под землю! Без вариантов. Причём, метрополитен исключаю: неглубокое залегание, а значит быстрое промерзание, большое количество вентиляционных отверстий, дверей, станций — в итоге, сифонить там будет изо всех щелей. Если утеплить, то какое-то время в нём ещё можно перекантоваться, а потом туши свет. Да и драка за него развернётся.

— Андрей Владимирович. Как вам вариант размещения бункера в заброшенных Куровских шахтах.

— Что за шахты?

— Недалеко от Калуги. В пятидесятых годах там активно уголь добывали, а в начале девяностых забросили. Оказалось, уголь выгодней с Кузбасса завозить, чем местный добывать. Шахты законсервировали. Сейчас они большей частью затоплены. На прошлой неделе мы обследовали это место и нашли несколько сухих штреков.

— А точнее? Глубины?

— От десяти, до двадцати пяти метров, годная площадь порядка тысячи квадратных метров, но можно осушить…

— Не пойдёт. Слишком близко к поверхности. Мы не знаем, какой силы будут удары метеоритов. Лучше перестраховаться.

— Тогда, — вставил слово, молчавший до этого Сергей, — есть другой вариант — Новомосковское месторождение гипса. Там и глубины за сотку и тоннелей шестьсот километров.

— Это вы комбинат Росрезерва имеете ввиду? — я знал это место.

— Он самый.

— Забудьте.

— Почему?

— Потому что это ближайшее к столице, а по факту единственное в Европейской части пригодное для выживания место. Тем более, там выработки очень широкие. Представляете, сколько потребуется денег чтобы построить подземную теплицу, рассчитанную на пропитание одного человека?

— Не совсем. Вернее, совсем не представляем.

— Если брать теплицу с традиционным грунтом, то на одного человека необходимо шестьсот квадратных метров, без учёта коммуникаций и служебных помещений. И учитывайте, что эти квадраты вам придётся отапливать. На глубине двести метров температура пять градусов, а для роста большинства растений необходимо двадцать-двадцать пять. А как думаете, сколько вам светодиодов потребуется?

— Не задавались этим вопросом. Просветите.

— На человека порядка сто пятьдесят тысяч баксов. Датчики, системы кондиционирования, вентиляции, автоматическое капельное орошение, распылители искусственного тумана и прочая мелочь, так же не бесплатные. На одних растениях долго не протянешь, а если рассчитывать площади теплиц с учётом кормов для животных то их можно смело увеличить раза в три. А ещё техника имеет свойство ломаться. Те же светодиоды через два, три года деградируют и где, чёрт пообери, брать энергию для их работы? Там такой ворох проблем всплывает, что голова кругом идёт.

— А если выращивать грибы?

— Вижу, что «Метро 2033» Глуховского вы прочитали, — я усмехнулся. — Грибы растут в тепле, причём для них нужно регулировать температуру в пределах от двадцати пяти до десяти градусов, и навоз, нужен навоз. Вы его где брать будете? Чем свиней кормить? Дебет с кредитом сводили? Посчитайте на досуге, сколько в реальности сможет прокормить людей московский метрополитен. Есть, конечно, варианты. Мицелий делать из коры или торфа, а вешенку и вовсе на опилках можно выращивать, но в любом случае нужен тёплый подвал. А с теплом, как вы понимаете, будет очень и очень большая проблема.

— Дела… Опустили вы нас, Андрей Владимирович, с небес на грешную Землю. Уж лучше сразу убиться, чем в этом ледяном аду пытаться выжить. Извините, что отвлекли, поедем мы.

— Да куда? Подшофе, ночью?! Смотрите, столько снегу навалило. Оставайтесь. Утром я трактор вызову, он хоть дорогу расчистит, тогда и поедете.