- Это правда? - Николя ворвался в кабинет отца, который лично изучал полученные данные, пытаясь проанализировать ситуацию с аварией "Неистовой Леди". Да, искины Центра изыскателей сами просчитают маршрут, угол отклонения, разберутся с проекцией звездного неба системы и просмотрят наличие в отснятом пространстве пульсаров для определения точных координат... Но его интересовал другой момент, чисто человеческий фактор. Если на одном и том же маршруте через глубокий или, как его ещё называли, глубинный слой гипера пропали подряд две экспедиции, то не учитывать все возможные риски Владо Шони не мог. Просто не имел право. Слишком большая ответственность за людей, их жизни и судьбы лежала на плечах Главы Центра изыскателей. Здесь нельзя было допустить новой ошибки.
Можно будет, конечно, отправить новую команду через первый, или верхний слой. После того как выяснятся координаты той злосчастной системы, где пропала "Леди". Рано или поздно, по пульсарам (если их уловили), или по тщательно изученному рисунку звездного неба, но адрес будут найден. Вот только путешествие через гипер-1 займёт гораздо больше времени. И появится опасность столкновения с чужими космическими цивилизациями, которые вполне могут подстеречь почти невооруженный корабль-изыскатель Союза и... Уничтожить, взять в плен, превратить в рабов, продать на опыты - мало ли что придумает общество, достигшее космоса, но оставшееся варварским внутри каждого отдельного индивида? Очередной риск.
Поэтому, задумавшись, он не сразу отреагировал на младшего сына, который ну о-о-очень требовательно смотрел на него. А, даже отвлекшись от размышлений, ответил не сразу. С Николя нужно было тщательно подбирать слова - сын был слишком порывистым, совсем как в юности, несмотря на... все прожитые годы и опыт. Наконец, он медленно кивнул:
- Да, корабль Алека и Мэриен потерпел аварию.
- Где? - судя по вспыхнувшим глазам Николя, тот готов был немедленно отправиться на выручку.
Владо охладил его пыл:
- Пока неизвестно.
Ник скрипнул зубами:
- Но будет известно?
- Надеюсь, - Владо не повёл бровью на брызнувшую вокруг эмоциональность сына. Да, быть поголовно эмпатами - не всегда благо. Несложно экранироваться от приёма чужих или передачи своих эмоций, имея дело с обычными людьми. Но вот с такими же сильными сенситивами - просто проблема. Это всё равно, что пытаться заткнуть уши при сильном ударе грома. Не всегда получается закрыться. Чужие эмоции при сильном стрессе бьют по чувствам и организму, так что приходится терпеть дискомфорт (сенсорная перегрузка, зараза).
- Я буду в составе спасателей, - решительно заявил Николя Шони, традиционно, как и все мужчины многих поколений их семьи, ставший в своё время пилотом. Он проработал в Патруле, потом был изыскателем и разведчиком, а последние годы занимался испытаниями различных новинок в навигации и пилотаже, которые были необходимы, несмотря на все расчеты конструкторов и виртуальные симуляции при испытаниях. Всё-таки, наука и техника, пусть не так торопливо, как в Содружестве, развивались, и просто виртуалом при создании новинок не всегда можно было обойтись.
Владо оставался спокойным:
- Нет! - и предваряя возражения, скинул ему пакет уже расшифрованной информации по выходу "Леди" из гипера и сопутствующей обстановке, - ты не справишься, - последние слова он подчеркнул голосом.
Николя, прежде чем продолжить спор, углубился в изучение файлов, после чего только покачал головой. Он просто представил себя в этой ситуации (волосы дыбом от ужаса, несмотря на весь опыт) и вздохнул:
- Насколько вероятно, что они живы?
- Сергей даёт полную уверенность. Но пока не высчитаны координаты и астрофизические параметры системы и планеты - неизвестно, как долго им удастся выжить.
В глазах Николя плескалось... А сложно сказать что! Он и сам понимал, что вероятность попадания на планету с подходящими для выживания условиями гораздо меньше, чем на абсолютно непригодный мир. В серых, как у отца, глазах были и боль, и ярость, и упрямство: полный коктейль чувств, охватывающий человека при осознании собственного бессилия, когда хочется стиснуть кулаки и заорать в равнодушное небо: "Нет!"
Старший брат с ранней юности был для него идеалом и примером для подражания. Николя всегда стремился достичь его уровня: стать пилотом-экстра, но пока не получалось. А с Мэриен он несколько лет был в одной патрульной группе, гоняя пиратов из Содружества, которые, пользуясь тем, что на карте Галактики Земля находилась ближе к их Фронтиру, чем к основным планетам Союза, повадились особенно нагло беспокоить корабли, оказавшиеся в районе рукава Ориона (по земной системе обозначений). Тогда между ними возникла настоящая дружба, как бывает у всех, кто сражался плечом к плечу и спасал друг другу жизни. Правда, и Владо, и Алек, и Мэриен подозревали, что здесь замешано более глубокое чувство, но Ник всегда вёл себя по отношению к жене брата безупречно, так что все дружно молчали - говорить-то, в сущности, не о чем. Именно поэтому такой сильной была реакция Николя на невыносимо тяжкое известие.
Усилием воли взяв себя в руки, Ник спросил несколько отстранённо:
- Кто возглавит экспедицию?
Владо поднял бровь, как будто удивляясь вопросу:
- Сергей Сэнд, конечно! - мол, кто ещё справится с такой сложной задачей, как не другой пилот-экстра, и, вдобавок, менталист-родственник, у которого найти пропавших гораздо больше шансов, чем у кого-либо ещё.
Николя кивнул:
- Держи меня в курсе, - и, резко повернувшись, покинул кабинет отца, чем вызвал вздох Владо:
- Мальчишка!
Алек продолжал крутить-изучать виртуальный глобус планеты, на которой они оказались. Она была... гармоничной: соотношение воды-суши, много зелёных пятен растительных массивов, равнинные и горные ландшафты перемежались тоже в оптимальных пропорциях. Много рек, озёр и внутренних морей практически полностью исключали возможность появления пустынь. Внешне - планета-рай.
Алек мельком глянул на информацию биокомплекса: даже вредоносных для человека микроорганизмов пока не обнаружено.
Вот только эти странные аномалии, одни из которых охватывали планету по четкому контуру, а другие создавали идущую почти ровно по прямой линию. Да, мелкие аномалии были интересным феноменом: начинаясь почти у восточного побережья их материка, они на разном расстоянии друг от друга тянулись на юго-запад до самого океана, достигнув берега и немного углубившись линией по дну моря. Характер аномалий был явно энергетический. То есть какие-то сильные энергоносители оставили свой след на карте, составленной сканером. Такой вывод можно было сделать только по косвенным признакам, но опытному космолётчику это удалось. Причем большие пятна отличались не только размерами (в несколько сотен метров в диаметре), но и мощностью излучения. Более мелкие выглядели "бледнее" и по размерам не превышали нескольких метров. Таких "малявок" было 6 штук. Ещё одно - слабоизлучающее и бесформенное пятно располагалось значительно южнее и не вписывалось в "цепочку".
"Похоже, выход радиоактивных руд, - мельком подумал Алек, - именно они оставляют на сканерах такие отметки." Потом он поднял глаза на жену: