Больше, чем я: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Чего ты хочешь? – рявкнула она, повернувшись на каблуках ко мне лицом. – Ты разве не видишь, что я занята?

– Я думала, то ты захочешь узнать… Я имею в виду, я хотела тебе сказать, что…

– Сказать мне что? Что ты чокнутая? – сказала она.

Затем она скосила глаза и три раза стукнула пальцем по своему носу.

Ее противное лицо напомнило мне того ужасного старого сома. Не хватало лишь усов.

Друзья Линдси перестали играть и теперь смотрели на нас, шепчась и смеясь. Начала собираться небольшая толпа. Как и все задиры, Линдси любила играть на аудиторию.

– Эй, Аврора Франклин! – закричала она мне. – Почему бы тебе снова не показать всему миру свои трусики в цветочек?

Я знала, что должна была уйти, но не могла пошевелиться. Словно мои ноги пустили корни в землю. Я хотела сказать Линдси, что (первое) благодаря ей я больше не ношу трусы в цветочек и (второе) тогда я не хотела, чтобы все их видели. Когда это произошло, мы были во втором классе. Как-то раз во время перемены я валяла дурака на шведской стенке. Я зацепилась ногами за одну из перекладин и отпустила руки, забыв, что в тот день была в платье. Следующее, что я помню – мое платье на ушах, а Линдси Тоффл смеется, запрокинув голову, и говорит всем посмотреть на мои трусы.

В тот день я сказала маме, что мне нужны новые трусы.

– Я купила тебе три пары на прошлой неделе, – сказала она. – Желтые с розовыми цветочками. Они на верхней полке, милая.

– С сегодняшнего дня я ношу только белые, – ответила я ей и мигом помчалась в свою комнату, не дав ей возможности опомниться.

– Аврора, вернись обратно на Землю. Такты хочешь мне что-то сказать или нет? – спросила Линдси и ее глаза засияли так, как должны были засиять стеклянноморские глаза Турмана Хилла в тот день, когда Хайди пришла в «Хиллтоп Хоум», чтобы задать ему миллион вопросов, на которые он не хотел отвечать.

Я хотела рассказать ей, что только потому, что человек ведет себя немного по-иному или случайно показал свои трусы на площадке, не означает, что у него нет чувств. Каково бы ей было, если бы никто не хотел играть с ней, или сидеть вместе за обедом, или никогда не выбрал, ни один раз, работать вместе над школьным докладом? Я многое хотела сказать ей, но слова застряли у меня в горле, накапливаясь там до тех пор, пока мне не показалось, что я наложила в рот камней.

– Ну и? – спросила Линдси.

Было ясно, что этот момент не стал моей историей со жвачкой «Ригли». Линдси Тоффл и я не станем друзьями. Никогда.

– Не бери в голову, – сказала я, опуская серебряный колокольчик в свой карман и уходя прочь.

Глава 4

Больше, чем колесо любит крутиться

Когда мы вернулись в класс после перемены, Линдси сидела за своей партой и плакала. Мистер Тэйлор рассказал, что случилось и спросил у класса, не видел ли кто-нибудь пропавшую подвеску. Я положила руки на парту и не сказала ни слова. Раньше у меня никогда не было секретов. В тот момент я почувствовала, словно у меня внутри банка, полная светлячков.

Когда я пришла домой, то сразу отправилась в гараж и нашла в мусорном ящике старую металлическую коробку от лейкопластыря с откидной крышкой. Заполнив ее ватными шариками – всего одиннадцать, – я спрятала в ней маленький серебряный колокольчик и закрыла крышку.

Я придумала несколько мест, куда можно было бы спрятать коробку. Но остановилась на собственной кровати. Каждое утро я сама застилала постель и раз в две недели сама меняла белье. Поэтому никто никогда не смотрел под мои простыни. Подняв матрас за один уголок, я подсунула под него коробку и аккуратно накрыла сверху простыней. Я улыбалась и наслаждалась тем особенным искрящимся чувством, бурлящим внутри меня.

К утру это особенное чувство растаяло, сменившись скрюченным кренделем вины. Хранить что-то, что тебе не принадлежит – не то же самое, что хранить секрет. Это воровство. Но это еще полбеды. Я наврала мистеру Тэйлору, моему любимому учителю на всем белом свете. Я не могла дождаться поскорее прийти в школу. Убедившись, что все чисто, я выронила серебряный колокольчик на пол возле парты Линдси, где она уж точно увидит его. Как только узлы в моем животе начали ослабевать, я поклялась собственной жизнью, что больше никогда-никогда в жизни я не возьму чужое.

Я нарушила это обещание довольно скоро.

Спустя несколько дней, во время пасхальных каникул, моя мама попросила меня выйти во двор, проверить, не пришла ли уже почта. Бяка решил проверить ее вместе со мной. Он рысью побежал по тропинке к почтовому ящику. Его язык болтался из стороны в сторону. Маленький красный флаг сбоку почтового ящика был поднят вверх. Я открыла дверку и поймала кончиком ботинка что-то тяжелое. Сначала я подумала, что это камень или ржавый выкрутившийся или отвалившийся от проезжающей машины болт. Но оказалось, что это сигаретная зажигалка, старомодная металлическая зажигалка, похожая на зажигалку дяди Джеймса. Он прикуривал ей свою трубку.

Бяка быстро ее понюхал, но ему были гораздо интереснее кузнечики, прыгающие в высокой траве. Собачье читос, как я их называла, потому что они были любимым перекусом Бяки. Естественно, когда он был достаточно удачлив, чтобы поймать одного из них.

Я поняла, что зажигалка пролежала там некоторое время, потому что она была полностью покрыта засохшей грязью. Я перевернула ее и соскребла ногтем донышко. Мой папа так же соскребал защитный слой с лотерейных билетов, которые он иногда покупал на заправке. Когда грязь отшелушилась, появились буквы. Z-I-P-P-O. Зиппо.

Однажды, когда к нам приезжал дядя Джеймс, я попросила его показать, как работает его зажигалка. Дядя Джеймс жил в Сакраменто и преподавал химию в частной средней школе для мозговитых ребят. Мы его почти не видели. Он был очень похож на моего папу, но только дядя Джеймс был рыжий и у него были тонкие усы. Он наносил какой-то специальный воск на их концы, чтобы они завивались. Мы сидели с ним на заднем дворе, потому что мама запретила ему курить в доме. Он откинул крышку зажигалки – пшшш! Внутри зажигалки было маленькое металлическое колесико, на которое он нажимал большим пальцем. Появлялась искра, от которой он зажигал фитиль трубки.

– Можно мне попробовать? – спросила я и потянулась к зажигалке.

Моя мама увидела нас через кухонное окно и пулей примчалась.

– Ты совсем рехнулся? – закричала она на дядю Джеймса.

– Руби, я просто показывал ей, как она работает, – объяснил он. – Ей было интересно.