Царевна-лягушка (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   - Макс, куда ты катишься, в какую компанию попал, что за выражения! Ты же литератор, тебе писать надо, люди ждут твоих книг, а ты?.. Мерзавчика... Я к нему как к писателю, как к другу, а он...

   - К черту! - обронил Максим и крикнул кому-то у входа в пивную, где было многолюдно и шумно: - Костик!

  Какой-то типчик в серенькой кепчонке набок обернулся, поискал глазами и быстренько подбежал.

  - Чего, Макс?

  - Сбегай за "маленькой".

  - Сей секунд, давай "шайбы".

  Максим полез в карман, вынул пятерку, какую-то мелочь, стал считать. Потом досадливо сплюнул:

  - Черт, мало...

  И выразительно посмотрел на Андрея. Тот ни слова не говоря добавил недостающее, и Костик тут же испарился, как пар на морозе.

  Помолчали. Максим закурил, выпустил кольцами дым и, внезапно широко улыбнувшись, сказал:

  - Погода-то какая! Благодать! Сейчас бы на речку - с пивком, с девочками...

  И покосился на друга, с любопытством ожидая взрыва энтузиазма по этому поводу. Но тот только вяло кивнул как человек, которому все равно с чем соглашаться, и сунул в рот сигарету. Максим, не гася улыбки, долго глядел на него, потом ухмыльнулся:

  - Это тебе верно сказали. О журналах. Туда не просто попасть. Тут, брат, кормушка, чужих не пускают. Хотя, конечно, не без исключений... Может, не о том пишешь?

  - Да нет, как и все - о деревне. Как гуси гоготали на большаке, на плетне надрывался петух, а мальчик Сеня из Улан-Удэ в это время погнал стадо к водопою. Излюбленная тема толстых журналов. Кстати, редактор одного из них, возвращая рукопись, сказал: "Не литературно". Другой редактор по поводу того же самого изрек: "Грамотно написано, чувствуется, что вы уже печатались". Представляешь?

  Максим усмехнулся:

  - Да-а... Россия... Сколько голов, столько умов... Только вот что: ты бы о чем-нибудь другом. Знаешь, я где-то читал: научиться писать может каждый, но все дело в том, есть ли тебе что рассказать людям? Сможешь ли поведать им такое, чего они еще не знают?.. Вот ты говоришь, деревня... Согласен - неярко, серые тона. А ты - о городе, нашем современнике, из своей жизни что-нибудь возьми, да характеры цветистые, сюжетец поострее - чтобы рвало, а не царапало.

  - Есть у меня все это - новелл двадцать, наверное. Еще десятка полтора в плане, так и просятся на бумагу, но, знаешь, если честно, не хочу больше писать. Когда тебе без конца по рукам - то ничего уже не хочется делать этими руками. Отбиты. Вот и думаешь: для кого, для чего? Снова в стол? Там уже и места нет, около трех тысяч страниц...

  - М-да, невесело, - обронил Максим. - Хотя, припоминаю, у меня поначалу так же было: не брали. А потом что-то кому-то понравилось, наверное, под хорошее настроение попал. Тут ведь тоже, иной раз - как угадаешь... Ну, и пошло... С Сашкой вместе начинали, тоже печатался. Помнишь Сашку-то?

  - Еще бы! Я его сто лет уже не видел! Слушай, где он сейчас, как он? Вот бы собраться всем втроем!

  - О Сашке и не мечтай, - хмыкнул Максим, - он теперь другого полета птица. С литературой завязал, говорит, неблагодарное это занятие и не прибыльное. Подался в бизнес. Сейчас у него бензоколонка.

  - Жаль, - протянул Андрей. - Давно его не видел... Ну, а ты? У тебя какая колонка, пивная? С тобой-то что творится, отчего зачах? Ведь так гремел, так купался в лучах славы! Фамилия твоя была на слуху у всех: Бельский! Вы разве не читали? Да быть того не может! Все читают!..

  Максим не отвечал. Невесело усмехнулся, потянулся к початой бутылке, которую давно уже принес вездесущий Костик. Плеснул в кружку, махнул, запил пивом, стал жевать леща.

  Уныло согласился:

  - Что было, то было. Все в прошлом. А теперь я никто. Законченный алкаш - вот кто я, вот кем стал Максим Бельский.

  Андрей глядел на него, словно не узнавая. Выдержал паузу, подождав, пока собеседник закурит, и бросил жестко:

  - Почему?! Да что случилось с тобой, Макс, какая муха тебя укусила? Набрался славы, почил на лаврах - и в тину, в грязь, на дно! А талант? Его туда же, в ту же грязь? А как быть с теми, которые спрашивают, куда подевался Бельский? Уж не умер ли? Нет, что вы, надо им ответить, он еще живой для пивной и бутылки с водкой, но для вас как писатель - умер! Знайте это и не ищите его новых произведений!.. Макс, Макс, что за хандра полонила тебя, оплела паутиной мозги! Может, это связано с женщиной, и всему виной, как ни банально это звучит, несчастная любовь?

  Максим посмотрел на друга уже осовелыми глазами и обнял его, положив руку на плечо:

  - Связано, брат... Да еще как. Хочешь, расскажу? Только это не то, о чем ты думаешь, и дело вовсе не в несчастной любви. Я не был в рабстве у Омфалы и не прял на прялке подобно Гераклу; и все же паутину эту - ту, в которой я сейчас запутался, сплели для меня женщины... А началось все, как ты и сам догадываешься, с известности, со славы... Это, брат мой, омут, на краю которого ты стоишь, ежеминутно рискуя свалиться туда и утонуть. Все зависит от твоих мозговых извилин. Дали они трещину - и ты упал в пасть Харибды, которая высосала из тебя кровь, обглодала кости, а потом выплюнула их обратно. Многим удается удержать равновесие на краю этой бездны, и тогда они проходят опасный участок. Иные срываются, и у них уже нет сил, чтобы подняться. Я и есть тот самый, кто вознесся на Олимп, но не удержался и свалился с обрыва.

  Помолчав немного, словно собираясь с мыслями, Максим продолжал:

  - Туманом заволокло мозги, потом глаза. Появились сомнительные знакомства с некими одиозными личностями, меня закружил торнадо и швырнул в пропасть, в другой мир, где обитали эти самые личности-паразиты. Вместо здравого рассудка и желания работать на умах этих фланеров были рестораны, вечеринки, карты, вино и... женщины. Культурой там и не пахло, они понятия не имели, кто такой Мусоргский и в каком году произошла революция, зато виртуозно обыгрывали в карты, пили водку и подсылали к тебе слюнявых размалеванных девочек, которые смешно морщили носики при слове "работа". Вот в такую компанию гуляк - великовозрастных лоботрясов с фальшивыми улыбками и девочками-подстилками - я и попал. Надо ли говорить, что они сделали со мной за несколько месяцев? Я стал нищим, они обобрали меня до нитки, высосали из меня все! А когда им стало больше нечего из меня тянуть, они просто вышвырнули меня вон и протянули свои щупальца в другом направлении, ища следующего дурака, не знающего, куда деть свои деньги.