Напев Чанакьи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

‘Я буду выглядеть слабым и нерешительным, если не арестую его. Как это будет выглядеть? Вам, бюрократам, никогда не придется беспокоиться о борьбе с выборами. Для вас выжить - значит продержаться до пенсии; для политиков вроде меня выжить-значит дожить до воскресного утра!’

‘Я понимаю ваши чувства, сэр. Могу я сделать скромное предложение?’

- Продолжайте, - сказал взволнованный министр.

‘Почему бы вместо этого не обыскать его известных сообщников? Позже мы выпустим их под залог. Это послужит сигналом, что вы не потерпите неподчинения, и все же вы остановитесь, чтобы не наброситься на него прямо. Вы уберете ветер из его парусов, сэр. У него не будет ноги, на которую можно было бы опереться.’

Министр внутренних дел штата Уттар-Прадеш улыбнулся. Это был семидесятипятилетний старик. Его зубы были заменены зубными протезами, которые двигались во всех направлениях, кроме того, которое он хотел. Одарив шефа полиции улыбкой, вдохновленной зубными протезами, он сказал: "Какого хрена ты не занимаешься политикой? Видит Бог, ты достаточно хитер.’

Он перестал раскачиваться в кресле.

- Посмотрите на этих воюющих преступников, друзья мои. Они говорят, что серьезно относятся к вашей безопасности. Правда в том, что они заняты тем, что защищают друг друга—будь проклята ваша безопасность!- взорвался Икрамбхай под звуки аплодисментов.

‘Почему этот негодяй, Раджо, разгуливает на свободе, несмотря на двадцать шесть незавершенных уголовных дел?- прогремел он. Раздались аплодисменты.

‘Почему ему позволено тыкать носом в Министра внутренних дел, разгуливая по его избирательному округу? Разве это не говорит вам, что они не хуже воров?- Раздались еще более громкие аплодисменты.

- Почему этот министр внутренних дел защищает известных преступников? Наш умелый полицейский комиссар собрал сотни сообщников Раджо. В каждом случае его политические хозяева оказывали на него давление, требуя отпустить этих людей под залог. Почему бы нам не потребовать отставки этого бесхребетного существа, которое осмеливается называть себя министром внутренних дел? Последовали громовые аплодисменты и одобрительные возгласы.

‘Ты мгновенно превратил Икрама в героя, - заметил Агравалджи. ‘Он вполне может претендовать на пост главного министра, если АБНС достойно выступит на выборах.’

‘Это как раз моя проблема, - сказал Гангасагар. ‘Он не подходит для этой работы.’

‘Ты психически неуравновешен, Ганга? Ты создал его с нуля. Теперь, когда он на грани захвата власти в Уттар-Прадеше, ты хочешь, чтобы он отступил? Невероятно!- пробормотал Агравалджи.

‘Ты слышал об атропине?- спросил Гангасагар.

‘Нет. Что это?’

‘Это яд. Его добывают из растения под названием смертоносный Паслен.’

‘Ты собираешься отравить Икрама, Ганга? Разве это не перебор?’

‘Я просто говорю тебе, что этот опасный яд— атропин—также используется в качестве противоядия от нервно-паралитических веществ. Даже если это яд, он может бороться с большей угрозой, когда используется в небольших дозах.’

‘Значит, Икрам-это яд, который следует применять в малых дозах?’

- К сожалению, срок его годности на этикетке уже истек.’

Она направилась к своей хижине, перекинув сумку через плечо. Ее карманные деньги за день были потрачены на пакетик пряного арахиса—острый арахис со вкусом лимона и красного перца чили был ее любимой закуской. Пока девочка-подросток напевала мелодию из последнего болливудского фильма, на который ее отец потратился на прошлой неделе, она думала о том, чтобы улететь в новый мир—тот, в котором нет нищеты, болезней, упадка и нищеты. Чандини не заметила пьяного головореза, который следовал за ней.

Она была в нескольких минутах езды от дома и свернула направо, что привело ее в переулок без окон между двумя многоквартирными домами. Она уже приближалась к изгибу изолированного участка, когда он протянул руку и схватил ее сзади за плечи. Она резко обернулась и посмотрела на него, арахис упал на землю, рассыпавшись вокруг нее.

Он рванулся вперед, пытаясь схватить ее за грудь. Его зловонное дыхание отталкивало ее, и она закричала, но что-то помешало ее голосу быть услышанным. Это была его рука. Ему удалось развернуть ее, зажать ей рот рукой сзади, оставив другую руку свободной, чтобы приставать к ней. Он прижался к ней сзади своей твердостью, и она отчаянно сопротивлялась, пытаясь освободиться от его похотливых объятий.

Она открыла рот и сильно прикусила его, захватив часть плоти его пальцев. Он вскрикнул от боли и инстинктивно отпустил ее. Она повернулась, посмотрела ему в глаза, улыбнулась, прицелилась и пнула его прямо между ног. Он согнулся пополам в агонии, держась за яйца и бормоча проклятия.

Чандини улыбнулась. Слабая маленькая девочка исчезла на этот одинокий миг. - В следующий раз, когда ты попытаешься прикоснуться ко мне, я буду настолько могущественна, что просто прикажу тебя кастрировать.’

Потом она, рыдая, побежала домой.

‘Я хочу ее, - сказал Гангасагар. ‘Она мне очень нужна.’

- Но Гангасагарджи, крошке Чандини уже шестнадцать. Теперь я должен выдать ее замуж. Как я могу оставить ее с тобой?- спросил Гупта.

‘Разве я не выполнил все свои обещания?- спросил Гангасагар, указывая на новую школу и больницу вдалеке. - Более того, однажды она станет невероятно могущественной. Ты будешь гордиться ею. Я обещаю!’

- Какую работу она будет выполнять в партии?’