— Е… ладно, — произнес он.
Уэйд откинулся на спинку кресла, начиная ощущать, как жар смущения заливает все тело. Он помотал головой и поморщился при этой мысли.
— Поразительно, — пробормотал он.
Он опустил голову, чтобы укрыться от взгляда пожилого полицейского. Затем, подняв глаза, он увидел, что Каслмоулд снова подглядывает под покрывало с волнением подростка, впервые попавшего в стрип-бар.
— Господин комиссар.
Похожий на крысу старик дернулся в кресле, углы рта растянулись, от испуга он с шумом втянул в себя воздух. Он силился взять себя в руки.
— Да, да, — произнес он, с трудом сглатывая комок в горле.
Уэйд поднялся. Он снял тряпку и расстелил на столе. Потом сложил предметы посередине и завязал углы. Пододвинул узелок к себе.
— Я не хочу осквернять ваше общество, — сказал он. — Будем считать, что я уже узнал о вашей эпохе все, что хотел, и теперь я отправляюсь обратно и забираю свою… забираю это с собой.
Страх исказил худое лицо комиссара.
— Нет! — выкрикнул Каслмоулд.
Уэйд посмотрел на него с подозрением. Верховный комиссар взял себя в руки.
— Я хочу сказать, — зарделся он, — нет нужды уезжать так быстро. В конечном счете…
Он взмахнул худосочными руками в непривычном жесте.
— Будьте моим гостем. Давайте пойдем ко мне и…
Он шумно откашлялся. Встал и поспешно обошел вокруг стола. Похлопал Уэйда по плечу, и его рот растянулся в ухмылку гостеприимного шакала.
— Вы сможете почерпнуть всю необходимую информацию из моей библиотеки, — сказал он.
Уэйд ничего не отвечал. Пожилой полицейский виновато огляделся.
— Но только… э-э… не стоит оставлять здесь этот узелок, — сказал он, — Лучше забрать его с собой.
Он заговорщически захихикал. Уэйд глядел с еще большим подозрением. Каслмоулд заговорил жестче.
— Не хотел об этом говорить, — произнес он, — но нижним чинам доверять нельзя. Все отделение могут охватить беспорядки. Вот из-за этого, как вы понимаете.
Он подчеркнуто беспечно взглянул на узелок. Он втянул в плечи тощую шею, выказывая искреннюю озабоченность.
— Никогда не знаешь, что может произойти, — продолжал он. — У некоторых людей нет никаких принципов, знаете ли.
Он произнес это так, словно подобная чудовищная мысль только сию секунду непрошено явилась в его незамутненный разум.
Он двинулся к двери, избегая дискуссии. Взявшись за ручку, развернулся.
— Подождите здесь, — велел он, — я подпишу ваше освобождение.
— Но…
— Не стоит благодарности, — произнес Каслмоулд, поспешно выскакивая в коридор.
Профессор Уэйд покачал головой. Затем сунул руку в карман пальто и вынул плитку шоколада.
— Лучше как следует припрятать ее, — сказал он самому себе, — а не то меня отправят на костер.