Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Фишер включил дворники, и его глаза сосредоточились на дороге, идущей через темный лес. Он постарался связать в уме обрывки мыслей.

Прежде всего Барретт оказался прав. Энергия дома была мощным остаточным явлением после электромагнитного излучения. Барретт нейтрализовал его, и она исчезла. И куда же делись верования Флоренс? Теперь они оказались полностью несостоятельны? Стало быть, она, как заявлял Барретт, сама создала свою одержимость, бессознательно манипулируя энергией дома, чтобы доказать свою точку зрения? Похоже, все сходится. Это также потрясло и его верования, но все сходится.

И все же почему ее бессознательная воля решила вызвать явления, которые она никогда не вызывала в жизни? Ответ пришел на ум немедленно: чтобы убедить Барретта, для которого физические явления были единственным осмысленным доводом.

«Хорошо, — подумал он, — Дэниэл Беласко действительно существовал. Кто-то его замуровал живьем в стену — вероятно, отец. Это Флоренс обнаружила физически, прочитав энергию дома, как память компьютера. Стало быть, этот Дэниэл Беласко и был той темной силой, ее ошибочной интерпретацией фактов».

Но почему она довела ее до таких самоубийственных крайностей? Вопрос озадачил его. Прожив целую жизнь разумным медиумом, почему она буквально убила себя ради доказательства своей правоты? Разве такой личностью была она на самом деле? Неужели ее внешнее поведение было совершенным обманом? Это представлялось невозможным. Много лет она выступала экстрасенсом, не причиняя никому вреда и ни на кого не навлекая зла, как, очевидно, навлекла на Барретта. Или энергия Адского дома оказалась столь подавляющей, что Флоренс просто не справилась с ней? Барретт, несомненно, сказал бы «да», и это было правдой, учитывая, что в тот единственный раз, вчера, его чуть не погубила ее сокрушительная сила. И все же…

Фишер закурил и выпустил струю дыма. Придется заставить себя вернуться к неопровержимому факту, что теперь дом чист. Барретт был прав, это нельзя отрицать. Его теория имеет смысл: бесформенной энергии в доме для того, чтобы действовать, требуется сосредоточение вторгающихся потоков. На что же дом был похож между 1940 годом и прошлым понедельником? Он молчал? Спал? Ожидал, когда придет кто-то разумный? Несомненно — если Барретт был прав.

Прав.

Фишер постарался побороть закрадывающиеся сомнения. К черту! Он же был в этом доме. Бегал из комнаты в комнату, совершенно раскрывшись. Там ничего не было. Адский дом был чист. Почему же тогда его осаждают эти дурацкие сомнения?

И вдруг до него дошло: потому что все это слишком просто.

А как же катастрофы в 1931 и 1940 годах? Он был одним из участников и знал, как невероятно запутанно развивались события. Фишер подумал о списке Барретта. Там должно быть записано более сотни различных явлений. На этой неделе происшествия поразительно различались между собой. Невозможно представить, что стоило лишь выключить излучение как лампу. Правда, в возвращении к опасениям не было никакой логики, но он не мог рассеять их. В прошлом было так много «окончательных ответов», и люди каждый раз клялись, что поняли тайну Адского дома. Флоренс сама поверила в это и попалась на приманку, на эту веру, что и привело ее в конечном итоге к самоубийству. А теперь Барретт считает, что он нашел окончательный ответ. Полагая, что полностью подтвердил свою теорию. А что, если он тем не менее ошибается? Если у дома существует рецидивный метод, и, когда человек думает, что нашел окончательный ответ, дом наносит решительный удар?

Фишер покачал головой. Не хотелось верить в это. Логически он не мог поверить. Барретт прав. Дом очищен.

И вдруг он вспомнил кровавый круг на полу церкви с буквой «Б» внутри. Очевидно, Беласко. Зачем Флоренс начертила это? Или ее мысли помрачились от неминуемости смерти? Или, наоборот, прояснились?

Нет. Это не мог быть Беласко. Дом чист. Ради Бога, он же сам почувствовал это! Барретт абсолютно прав. Ответом было электромагнитное излучение.

Но тогда почему нога все сильнее и сильнее жмет на акселератор? Почему так заколотилось сердце? Откуда это ледяное покалывание в затылке? Откуда этот все возрастающий страх и неотступная мысль, что нужно, пока не поздно, вернуться в дом?

Барретт в халате и шлепанцах вышел из ванной. Он подковылял к кровати Эдит и сел на край постели. Эдит лежала, натянув на себя стеганое одеяло.

— Тебе лучше? — спросила она.

— Мне чудесно.

— Как палец?

— Надо будет осмотреть его, как только окажемся дома.

Он не сказал, что пытался снять повязку в душе, но пришлось остановиться, так как чуть не потерял сознание от боли.

— Дома. — Эдит удивленно улыбнулась. — Кажется, я все еще не могу поверить, что мы действительно снова будем дома.

— Мы будем там завтра. — Барретт состроил гримасу. — Мы бы оказались там сегодня вечером, если бы Дойч-младший не был таким…

— Сукиным сыном, — договорила она.

Барретт улыбнулся.

— Мягко выражаясь. — Его улыбка погасла. — Боюсь, наша обеспеченность так и останется мечтой, дорогая.

— Ты и есть моя обеспеченность. Покинуть этот дом вместе с тобой для меня стоит миллиона долларов. — Она взяла его за левую руку. — Это действительно закончилось, Лайонел? Все это?

Он кивнул.

— Все закончилось.

— Так трудно поверить.

— Понимаю. — Он сжал ее руку. — Не возражаешь, если я скажу, что предупреждал тебя?