— Хорошо. — согласилась Серана и, освободившись из его объятий, направилась по каменной лестнице к верхним этажам постройки.
Довакин же, обшарив карманы главаря, что лежал неподалёку и найдя в них двести золотых, пошёл далее по мосту, попутно проверяя карманы двух разбойников, и зашёл в башню. Зайдя в дверную арку, что была на два этажа выше главного входа и оказавшись в круглом и вытянутом ввысь помещении, с потолком, вымощенным из досок, через которые проглядывалось небо, Дова увидал перед собой большой деревянный сундук с металлическими вставками. Открыв крышку, он обнаружил в нём деньги, различные ювелирные украшения и парочку драгоценных камней. Положив это добро себе в сумку, он, поднявшись выше на ещё один этаж, не обнаружил там ничего интересного и спустился обратно, где его уже ждала Серана.
— Есть там что-то? — поинтересовался Довакин.
— Нет. Только пару зелий слабо восстанавливающих здоровье, которые я прихватила с собой, а так ничего. А у тебя? — поинтересовалась она в ответ.
— Как обычно: золото, украшения, драгоценные камни.
— И сколько теперь у нас денег?
— Ну-у, навскидку около шестисот семидесяти септимов.
— Хорошо.
— Идём дальше?
— Пошли.
Закончив разговор, они начали спускаться к выходу из башни.
Быстрая и убегающая от них дорога, ведущая вниз по склону, делала большой крюк влево и обгоняла выросшие из-под земли невысокие скалы, пытаясь как можно скорее оказаться на более-менее ровном подножье. Во время спуска по этой дорожке, путники наблюдали за падением высоченного водопада и восхищались его величием, не заметив, как оказались у его конца, где бурлящая вода начала потихоньку сменяться спокойной речкой. Суровые, высокие и вечно зеленные старые сосны, что очень хорошо себя чувствовали на берегу близ воды, создавали подобие некой зелёной стены, а по правую же руку была каменная стена – длинный утёс, что вместе с деревьями создавал ощущение некого ущелья для этого длинного и прямого отрезка дороги.
** **
Дойдя до старого и разрушенного форта Амол, в котором опять обосновались некроманты, дорога, что была окружена соснами и огромными валунами, провела их через каменный мостик и вывела к очередному мосту рядом с многоуровневым водопадом, падающим с самых верхов горы.
Вид, который открывался слева, заставил героев немного замедлить ход. Их взору была предоставлена одна из живописных картин величественной природы Скайрима: сквозь сплошные деревья, что стояли непроглядным забором, вдруг резко стала видна бугристая долина горячих источников, с растущими по всему её периметру высоченными деревьями, которая расстелилась на самой низменной части, по отношению к уровню моря, до самых восточных гор Велоти, что разделяли Скайрим и Морровинд, – родину тёмных эльфов, или как их ещё называют данмеров. В центре гейзерной долины, что была окружена рекой, красовалась маленькая каменистая гора, или холм, на которой находилась уже ранее изученная Довакином Стена Слов, которая, как бы главенствовала над этой равниной действующих гейзеров, иногда стремительно выплескивающих горячую воду вверх до пятидесяти метров в высь.
— Ух ты. Впечатляет. Я рада, что ты со мной. — заявила Серана, поразившись красотой здешних мест.
— Действительно, красиво. Завораживает. — спокойно послышалось от мужчины, который смотря на всю эту красоту, вдыхал свежий и чистый воздух, будто он находится в гармонии с природой.
Постояв так минутку, они двинулись дальше, обращая внимание на могучий водопад метров сто в высоту и падающий куда-то под мост, в спокойное озерцо, которое перетекало следующий водопад.
Солнце медленно перекатывалось к горам. Начинало потихоньку вечереть.
— Слушай, Серана, я не хочу идти в темноте. Может, сократим путь через горы? Я знаю один срез, который приведёт нас к форту Гринвол, а оттуда мы и выйдем к северным воротам Рифтена.
— А если мы не успеем до прихода темноты?
— Тогда, придется переночевать где-нибудь, потому что мне как-то не по себе от ночных прогулок в этих местах.
— Хорошо, веди. — согласилась она.
Поднимаясь всё выше по нескончаемой и выматывающей своими резкими подъёмами дороге, они наконец уперлись в Т-образную развилку, которая разделяла дорогу на двое: левая уходила в самый старый и снежный город Виндхельм – первую столицу Скайрима, а правая шла в портовый город Рифтен – прославленный своим рыбачьим ремеслом и изготовлением мёда, распространившегося на весь и Скайрим и за его пределы.
— Та-а-ак… — вновь доставая карту из своей сумки, протянул Дова — Где-то тут должна быть сворачивающая и проходящая между гор тропинка, которая пролегает по середине между этими главными дорогами — сказал он, разворачивая свою большую бумажную карту, сложенную в несколько раз — М-хм… — лишь задумчиво прозвучало от него, когда он внимательно рассматривал местность на бумаге — Вот, — ткнув указательным пальцем, показывая Серане — сейчас направо, а там увидим эту дорожку.
— Пошли.
Довакин спешно свернул карту, поместив её обратно в сумку, и они повернули направо, продолжив длительный подъём в гору.
Забираясь всё выше по каменной дороге, что была уже практически полностью погружена в землю, они наконец увидели эту незаметную тропку, что ответвлялась и убегала влево под гораздо более резким углом.
— Вот она. — заметил её Дова.
Уже начало смеркаться. Подъём по еще более отвесной тропинке, начал лишать сил. Оказавшись на пригорке, откуда дорожка, сжалившись над уставшими путниками, начала свой спуск в красивейший осенний лес. Молодые и старые берёзки покрыли огромную площадь. Эти деревья, нарядившись в золотую листву, волшебно шуршали ею, словно шепчась между собой.