И предлагают ему:
— Видно, проголодался ты с дороги и устал. Бери вот ковш с молоком, если удержишь его своими ручонками.
Запоздалый взял ковш и, пока пастухи обходили стада, поглядывая на гостя, пьет ли он, осушил его и кричит:
— Будьте богаты! Берите свой ковш, я напился. Да будут благополучными дни ваши!
— Счастливого пути, — отвечают ему пастухи, а сами думают: «Никто не осушал до сих пор этого ковша. Видно, осилит этот юноша злого насильника-уаига из Заречья».
Отправился Запоздалый дальше. Немного времени прошло, доехал он до другой равнины. На той равнине паслось стадо быков, и пастухи охраняли его.
— Да умножится ваше стадо! — пожелал Запоздалый.
— Со счастливым прибытием, юный всадник! Скажи, куда держишь путь и почему родители выпустили из хадзара ребенка, который не умеет еще носа утереть?
— Еду я в Заречье, к уаигу-насильнику, — отвечает Запоздалый. — А что будет, то увидим.
— Эй, щенок, куда таким, как ты, в Заречье! Видать, не отстегали тебя хворостиной, а то не отважился бы ехать к уаигу.
— Правда ваша, добрые люди, но нельзя мне не ехать. А если погибну, разве таких, как я, мало отправилось в страну Бара́стыра? Говорят, там еще много места для людей.
— Разними-ка дерущихся быков, — предлагают пастухи, а сами думают: «Разнимет он быков — значит, осилит уаига, не разнимет — погибать ему так же, как и другим».
Запоздалый повернул коня к быкам. Не слезая с коня, схватил желтого быка за хвост и кинул его через семь хребтов. Схватил черного и кинул его за семь морей. Попрощался с пастухами и помчался по дороге в Заречье. Едет, едет Запоздалый по дороге, конь пляшет под ним и мчит его вперед. Пасутся несчетные табуны в шелковой траве, в вике.
— Будьте счастливы, пасите благополучно! — приветствовал он табунщиков.
— Здравствуй, молокосос! Куда едешь? Скажи правду, — спрашивают они.
— Скрывать нечего, — отвечает Запоздалый. — Еду к насильнику-уаигу, в Заречье.
— Где тебе, такому молокососу, идти против уаига Заречья! Видно, мать тебя избаловала, иначе пожалел бы своего коня. Бедный конь! Что, тебе вдруг жить надоело? Как могли отец и мать пустить тебя в такую даль?
— Нана, правда, не пускала, да я не послушался. Нельзя не ехать, нельзя! Хоть и не вернусь обратно, а все-таки поеду.
— Путь к гибели медом полит, — говорят табунщики. — Хорошей дороги! Ты хоть коня замени — оседлай любого из наших, а своего оставь. Уж очень плохой он у тебя, устанет.
— Спасибо за совет, — поблагодарил Запоздалый, — конь не устал и, думаю, не устанет. Счастливо оставаться!
И он двинулся в путь.
Едет Запоздалый. Конь его рвется вперед, играет под седлом.
Юноша натягивает узду:
— К чему спешить? Успеем!
Вот выехали к большой реке, а с башни замка смотрит дочь уаига. Увидела, как Запоздалый подъехал, побежала к матери:
— Нана, один молокосос верховой выехал к реке!
— Счастье мое, следи за ним: коли будет искать брода — значит, пригодится отцу на ужин. Если же напрямик пересечет, то ожидать нам несчастья.
Дочь уаига опять побежала на башню, посмотрела и видит: отважный всадник напрямик переплыл реку. Конь его плыл по большой реке, будто рыба.
Юноша подъехал к замку уаига и соскочил с коня.
— С благополучным прибытием! — встречают его жена и дочь уаига.