Их враги до самого последнего момента ни о чем не подозревали, ибо были превосходно осведомлены о малой численности форностского гарнизона и уверены в собственной безопасности. Поэтому когда в их спящий лагерь на полном скаку ворвалась сверкающая в свете факелов стальная лава тяжелой кавалерии, орки ударились в самую натуральную панику.
Десять тысяч гоблинов находилось под стенами древнего аванпоста Арнора в восточных землях, но воинов Эведра сегодня это не остановило. Они остервенело рубили податливую зеленую плоть своих врагов, совершенно не думая об опасности и своей жизни. Сегодня они сражались, словно древние герои прошлых эпох, ибо на них ныне из-за призрачных стен Арды смотрели лица их мертвых товарищей, коих они в силу жестокой необходимости были вынуждены оставить умирать там, на охваченном огнем опустошительной войны северо-востоке.
Ныне пришла пора доказать, что их соратники погибли не напрасно, пожертвовав своими жизнями во имя того, чтобы жили они. И бойцы Эведра превосходно справились с этой задачей, сполна выплатив долг за свое тогдашнее спасение. Множество орков перебили они, сами не потеряв практически никого из своих, ибо застигнутые врасплох гоблины даже и не помышляли о сопротивлении, и рассеяв южную орду далеко по окрестностям, и лишь под утро усталые и ликующие вошли во врата Форноста. Вошли не как побежденные, но как победители, которым не стыдно смотреть в глаза тем, кого они были призваны защищать и оберегать пусть даже и ценой собственной жизни.
Однако это был еще далеко не конец. Едва схлынула радость первой по настоящему крупной блистательной победы, Эведр, вновь принявший командование над гарнизоном, отдал приказ срочно укреплять город. Повсюду начали возводиться баррикады, буде враг все же проникнет внутрь крепостных стен. Ковались стрелы, мечи, чинились кольчуги - горожане как могли, готовились к отражению угрозы.
Множество орков сумели перебить дружинники, воспользовавшись темнотой и внезапностью нападения, но гораздо больше их уцелело, плюс ко всему по пятам арнорской кавалерии на Форност шла и северная орда, гораздо более многочисленная и опасная.
С провиантом дела у защитников города обстояли не то чтобы очень плохо, но и не сказать что сильно хорошо. По самым скромным прикидкам запасов продовольствия должно было хватить им недели на три, но не больше. Пополнить его запасы было негде, ибо никто в здравом уме не рискнет ехать в Форност с медленными громоздкими телегами теперь, когда ему угрожают столь исполинские силы. Зато питьевой воды было в избытке, так как в городе существовали подземные источники. Оставалось лишь надеяться, что орда не сумеет обнаружить и отравить их.
Однако не это было главным. У Эведра никак не шел из головы тот белый орк гигант, с такой легкостью расправлявшийся с его лучшими воинами. Опытный воин, прошедший не одну битву, в том числе и в ранге простого дружинника, он с затаенным стыдом ловил себя на мысли, что смертельно боится мистического предводителя вражьей орды.
Это был неконтролируемый додревний ужас перед изначальными силами Тьмы, который старый бывалый тысячник, привыкший к звону стали и жестокой рубке кровавой сечи просто не мог перебороть. Если оружие смертных не действует на отмеченного печатью благословения первородного Мрака вождя орды, то не станется ли так, что у орков окажется немало и иных сюрпризов в рукаве гораздо более гибельных и смертоносных, нежели их обычные стрелы и ятаганы?
Впрочем, тысячник быстро сумел отогнать тревожные мысли прочь. Не к чему сейчас было думать об этом. Как ни крути, он ни майар и даже не эльф, чтобы рассуждать о подобных делах. Он простой воин и его дело воевать честной сталью. И если случится так, что ему суждено пасть на этом поле брани, то он с честью примет подобную судьбу и не бросит своих воинов на произвол судьбы, как, пусть и вынужденно, сделал это в прошлый раз. Более подобного не повториться. На этот раз все они будут стоять до конца.
Орда подошла через неделю после того, как дружина Эведра заняла город. Однако непосредственно перед ее приходом судьба подарила защитникам Форноста один приятный сюрприз в виде двух объемистых подвод под завязку набитых всевозможной снедью с тремя десятками арнорских охотников преимущественно из числа отставных дружинников.
Те, прознав о грядущей осаде, сумели набрать по чудом уцелевшим деревням кое-какой провизии, благо крестьяне делились ей с охотой, прекрасно понимая, что от того, выстоит ли Форност, во много зависит и их собственная участь и судьба, и на свой страх и риск подогнали подводы прямо к стенам города.
Когда глухой ночью в ворота постучали, стража при виде обоза и его сопровождения, даже отдаленно не тянувшего на приспешников орды, лишь широко раскрыла рты от изумления.
-Что смотрите... - Сумрачно усмехнулся старший из охотников, крепкий жилистый чернявый мужик по имени Феорл. - Открывайте быстрее. Орки ждать не будут...
По счастливой случайности их не сумели обнаружить в изобилии рыскавшие по округе гоблины из числа тех, что были рассеяны конницей Эведра во время разыгравшегося под стенами города ночного сражения тогда, когда тяжелая кавалерия только прибыла в восточный форт, и теперь шансы на то, чтобы пережить осаду, у защитников Форноста существенно возросли, благо помимо провианта гарнизон города пополнился еще и тремя десятками опытных воинов, что в сложившихся ныне условиях не могло не радовать.
Всего гарнизон города насчитывал ныне десять тысяч защитников и включал в себя всех боеспособных мужчин от подростков до стариков еще способных держать в руках оружие. Женщины и дети тоже как могли, помогали своим сыновьям, братьям, мужьям и отцам, укрепляя стены и баррикады. Все жители Форноста прекрасно понимали, что в случае поражения им не приходится ждать от захватчиков снисхождения, так что город был намерен стоять насмерть...
Эведр вынул из-за пазухи искусно вырезанную деревянную трубку и неторопливо набил ее табаком. Штурм должен был вот-вот начаться. Это бывалый тысячник ощущал неким глубинным наитием, которое вырабатывается у солдата за годы долгой тяжелой службы, и теперь оно вряд ли могло его подвести.
Эведр успел сделать лишь пару затяжек, когда запели боевые орочьи трубы, и темная лавина орков и их союзников хлынула вперед.
-К бою! - Зычно отдал команду тысячник, и звонкие рога защитников Форноста в свою очередь возвестили о том, что вызов принят.
Атаковавшие стены орки несли с собой легкие приставные лестницы, которые деловито пытались закрепить на земле, упирая их одним концом в стены, а другой крепко держали сразу по трое-четверо гоблинов. Со стен в них в изобилии летели стрелы как арбалетные, так и лучные, коих к счастью было в изобилие, сказалась работа не знающих усталости кузнецов и прочих мастеров оружейников, с ног сбившихся ради того, чтобы у жителей города было чем обороняться.
Среди орков начали падать первые убитые. Прицельно выбивая воинов, державших внизу лестницы, защитники лишали их должной опоры и легко сбрасывали вниз вместе с визжащими от ужаса гоблинами из числа тех, кто уже успел взобраться по ним достаточно высоко. Эведр сперва даже подивился на то, что орки не воспользовались преимуществом внезапного ночного нападения, предпочтя выступить в открытую и даже с неким бахвальством, когда запыхавшийся гонец принес ему весть о том, что враги тайно атаковали и иные участки стены сразу в нескольких местах.
Впрочем, тысячник загодя предвидел подобную возможность и посему расставил дружинников на всех участках крепостной стены, так что хитрость орды не удалась. Арнорские витязи крепко знали свое дело и сумели отбить наступление неприятеля по всем направлениям, благо теневые отряды противника не были особенно многочисленными, да и шли меж них в основном эриадорские орки и ангмарцы, которые в рукопашной были весьма посредственными бойцами.
А тем временем главный штурм и не думал стихать. Врагов сегодня было очень много, и посему кое-где оркам худо-бедно удалось закрепить свои осадные снасти и вскарабкаться на самый верх. Впрочем, там их уже встречали ополченцы вооруженные тяжелыми топорами и дубинами. Могучими ударами они сбрасывали гоблинов вниз прямо на головы их товарищам, что еще больше добавляло неразберихи среди атакующих.
Особенно среди ополченцев выделялся один. Могучий молотобоец Тверд, громадный светловолосый детина с добрым открытым лицом и чистыми синими глазами орудовал гигантской деревянной колотушкой, коей ухитрялся сшибать по нескольку противников за раз. Он один держал целый участок стены, и враги ничего не могли поделать против его могучей природной силы. Увидев неподалеку от себя лестницу и деловито карабкающихся по ней орков с зажатыми в зубах кинжалами и ятаганами, он с яростным кличем устремился туда.
Сшибив двумя богатырскими ударами своей исполинской кувалды всех успевших подняться наверх гоблинов, он, крякнув от натуги, всей своей силой навалился на тяжелую лестницу и в одиночку сумел сбросить ее вниз. Массивная осадная снасть с грохотом рухнула на землю, давя не успевших убраться с ее пути ордынцев. В стане арнорцев подвиг богатыря встретили ликующими криками, но до окончательной победы защитникам города, тем не менее, было еще очень далеко.
Ливень из стрел бьющий со стен не прекращался ни на миг. Ордынцы пытались огрызаться ответными залпами, но они были мало эффективны, так как арнорцев скрывали мощные крепостные зубцы, в изобилии расположенные на стенах, и в итоге орде все же пришлось отступить, оставив внизу на земле множество тел своих соратников.
Поняв, что первая попытка штурма провалилась, люди на стенах издали ликующий крик. Сегодня они сумели отстоять свою жизнь и свободу. И лишь сам Эведр отнюдь не разделял восторг своих людей. Он прекрасно понимал, что это был лишь слабый отголос, малое предвестие предстоящего штурма, когда орда обрушится на них всеми своими немалыми силами. И вот тогда и решится, за кем именно из противников останется конечная победа.
***
Вторую попытку штурма орда предприняла на следующий день ближе к вечеру, когда было еще достаточно светло, и ее воины сумели более-менее оправиться от первого досадного поражения. Даже по самым скромным прикидкам число пришедших под стены Форноста ордынцев было не менее пятидесяти тысяч.
Несмотря на два жесточайших поражения, несмотря на кровавую битву при Эвендриме, в которой орки и ангмарцы, несмотря на одержанную победу, потеряли громадное количество бойцов, орда все равно намного превосходила числом своих противников. И с этим ничего нельзя было поделать.
У Эведра тоже были немалые потери, особенно острые оттого, что их негде было восполнить, но, несмотря на тяжелый ночной бой, его люди даже раненые так и не покинули стены, позволив себе лишь краткий отдых. Ныне беспечность была смерти подобна, и это понимали все воины без исключения, и посему никто из них не роптал, не жаловался на усталость и раны и не клял судьбу злодейку, непонятно за каким лихом забросившую его в это гиблое, забытое Валар место.