В полдень Аввакум отправился в Русский клуб обедать. Потом зашел в Академию наук и два часа просидел в библиотеке. Ровно в пять часов десять минут он встретился у входа в Зоологический сад с лейтенантом Петровым.
Пожав друг другу руки, они шли некоторое время молча. Падал густой пушистый снег.
— Лейтенант, — тихо сказал Аввакум, — возьмите пять машин с радиопередатчиками и поставьте их у входа в Городской музыкальный театр через десять минут после начала спектакля. А сейчас ступайте в кассу театра и возьмите два билета — их заказал для меня секретарь академии. Один билет оставьте себе, а другой передадите мне за две минуты до начала представления. Запомнили?
Лейтенант кивнул.
— И еще, — продолжал Аввакум. — Возьмите пятерых сотрудников. Они должны будут находиться в машинах. Снабдите их фотоаппаратами и журналистскими удостоверениями. После начала второго действия они должны войти в зрительный зал… Все.
Аввакум помахал ему рукой и неторопливо пошел в парк.
Нежный Дезире пал на колени перед Спящей красавицей и смиренно, с благоговением и беспредельной любовью коснулся губами ее уст.
В этот миг музыка возвестила приход весны.
Спящая красавица пробудилась. Пробудилось от долгого сна и сонное царство короля Флорестана.
В антракте Аввакум предупредил лейтенанта:
— Пусть ваши люди зорко следят за первым рядом. Там трое сидят с букетами. Надо запомнить, у кого какие цветы. По окончании спектакля пусть машины едут следом за ними и поддерживают непрерывную связь с вами. Вы же до особого распоряжения будете двигаться следом за мною.
Затем он передал записку Прекрасной фее:
После этого он поспешил в зал.
Спящая красавица и нежный Дезире исполняют солнечный гимн всепобеждающей любви. Крылатые цветы, добрые феи, очарованные зрелищем, радостно приветствуют их. Все счастливы. Спящая красавица и Дезире темпераментно танцуют свадебный танец.
Такси подъехало очень кстати — они как раз выходили из театра. Аввакум махнул рукой, и машина остановилась.
По дороге Аввакум говорил о том, как замечательно она сегодня танцевала и что он возненавидел этого Дезире, а когда тот поцеловал ее, у него было непреодолимое желание свернуть ему шею.
Эти слова рассмешили Прекрасную фею, и, положив на его руку свою, она слегка пожала ее. Когда машина подъехала к дому, она попросила его взять цветы и донести их до двери ее квартиры — у нее озябли руки и сама она не в состоянии нести три букета. Аввакум поспешил ответить, что он с удовольствием выполнит ее просьбу. При этом он рассчитался с шофером и отпустил такси. Хотя она просила Аввакума только донести цветы до двери, ее нисколько не удивило, что он отпустил шофера.
Может быть, она не обратила на это внимания?
В то время когда она, роясь в своей сумочке, искала ключ от квартиры, Аввакум воскликнул:
— Какую же я сделал глупость! Отпустил такси! Но у меня было такое чувство, будто я приехал домой.
— Да, досадно, — сказала Прекрасная фея. — Но это дело поправимое, у меня есть телефон. Позвоним на стоянку и вызовем другое.
— Благодарю, — кивнул Аввакум.
В доме было тепло, уютно, пахло духами. Кровать была застлана золотистым покрывалом.
— Давайте цветы сюда. — Мария распахнула дверь ванной комнаты.
Аввакум положил букеты на умывальник и спросил!
— Что вы с ними делаете, с этими цветами?
— Ничего, — ответила Прекрасная фея, снимая пальто. — Ничего, — повторила она. — Я к ним равнодушна и берегу их для Хари — он их потом складывает по-своему и рисует натюрморты. Однажды я выбросила один букет, и Хари был очень огорчен.
Она подошла к зеркалу и стала поправлять прическу.
— Так по какому номеру вызывать такси? — озабоченно спросил Аввакум.
— Погодите, — улыбнулась Прекрасная фея. — Сейчас я вам скажу. Присядьте.