— Понимаю. То есть вы его оттолкнули?
— Да, попросила не переходить границы…
— Он вас услышал? Остановился?
— Да.
— Вы продолжили целоваться?
— Да.
— Как вы думаете, он бы остановился, если бы вы зашли дальше?
— Кхм…
— Вы ведь именно этого боитесь, да, Жень?
— Насколько я вижу, он достаточно жесткий и властный человек…
— Но ведь это не делает его жестоким?
— …
— Жень, послушайте. Вам необходимо научиться слышать свои желания, а не свой страх. Страх всем нам необходим, очень полезен. Это защитный механизм, придуманный природой, чтобы включать инстинкт самосохранения. Чувствовать страх — это нормально, естественно. Но невозможно жить полноценной жизнью, руководствуясь только им. Если вам определенно нравится этот человек, то почему бы не попытаться подпустить его немного ближе, следуя другим своим желаниям. В конце концов за почти год нашего общения с вами, я в первый раз слышу, чтобы вы первая кого-то поцеловали, пусть и в такой нестандартной ситуации.
— Думаете, мне стоит согласиться?
— Нет, это решать только вам. Но это решение не должно быть основано на страхе, необходимо попытаться услышать именно себя. Постарайтесь отречься от страха, убрать. Если в лифте вы почувствовали себя защищенной с этим человеком, то почему бы не попытаться воскресить это ощущение? Сделать на нем крючок? Давайте попробуем с вами одну практику…
— Он все равно не кажется мне безопасным.
— Что именно кажется вам опасным? Сам человек или те эмоции, которые он в вас вызывает?
На следующее утро на работу я снова опаздываю. И снова потому, что собираюсь не в пример дольше обычного. Слишком тщательно.
Сегодня я всё-таки надеваю юбку.
Простой шерстяной карандаш с завышенной талией длиной до середины икры. Сверху укороченная рубашка, доходящая лишь до конца ребер. Поэтому, если поднять руки или наклонится, то между высоким поясом юбки и краем рубашки светится тонкая полоска оголенной кожи. Ничего особенного, но ощущаю себя практически нагой…
Не потому, что я не ношу юбки, нет. Именно эту я достаю из шкафа довольно регулярно, наряжаясь для походов в театр или на выставки. Я знаю, что она мне идет и красиво облегает ягодицы и бедра. Знаю, что на меня неизменно обращают внимание мужчины, когда я выгляжу так. И их даже не смущает короткая мальчишеская стрижка и удобные ботинки без каблука. Всё знаю…
Но я ни разу еще не надевала эту юбку в ожидании реакции совершенно определённого человека…Тем более, что я не совсем понимаю, зачем мне эта реакция вообще нужна. Ведь я почти всю ночь думала над тем, что предложил мне Дамир, и что потом говорила на приеме Елена Леонидовна, и решила, что Керефову я откажу. И все же…
Его реакция на юбку, если она, конечно последует, мне будет чертовски приятна.
Пока я паркуюсь у бетонной коробки здания ОАО" РЗК", мне звонит Тим и сообщает, что через час он тоже подъедет, потому у него назначена встреча с начальником склада и Керефовым для получения "отборных люлей"… Оказывается, вчера, при заливке обновления, программа начала сбоить на добавлении новых данных, а обнаружили на складе это только ночью. Тимофея подняли в три, и все это время он дистанционно исправлял баг. Исправить — исправил, но все в ярости. И звонит он мне не просто так, а предупредить, что, пока его нет, эта ярость может обрушиться на меня.
— Почему ты меня не разбудил? — раздраженно шиплю в трубку, захлопывая дверь машины и пикая сигнализацией, — Я бы помогла!
— Не помогла бы. Ты лучше сейчас проверь — я тебе там на почту выслал…Всё, Жек, пока. Я собираюсь.
— Ок. Пока…
В трубке раздаются гудки. Задумчиво смотрю на гаснущий экран мобильника. Внутри разливается смутное тоскливое разочарование, и я не сразу нащупываю его причину. А когда понимаю, начинаю злиться на себя…Всю ночь они не спали, получается, злые, у них проблемы. И явно будет не до меня…Одергиваю юбку, пошедшую складками на бедрах, и направляюсь ко входу в ОАО "РЗК". Солнце над головой скрывается за тучу, и небо серой многотонной массой неожиданно давит на плечи.
Не до меня…
Ну, и ладно! Так даже лучше, да?