Грани миров (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но нет, Алья отпадала хотя бы по той причине, что Кот постоянно видел Сезер на местах сражения с бесконечными акумами. А Ледибаг, при всех её достоинствах, раздваиваться пока не умела.

Так что героиня внезапно стала подругой для самой себя. Неожиданно и бессмысленно, на взгляд Маринетт, но Кот объяснил их занятие любовью в комнате Дюпен-Чен именно хорошими отношениями между девушками.

Естественно, сказать, что девушка-то на самом деле одна, Маринетт просто не могла. Чёртова магия.

Так и сейчас: увидев знакомый интерьер, Кот решил, что Ледибаг и Маринетт проводили время вместе. Конечно, котёнок, почему бы и нет? Ведь совершенно невозможно, чтобы твоя дорогая напарница оказалась обычной студенткой Франсуа-Дюпон!

Подавив совершенно неуместный приступ раздражения, Ледибаг кивнула Коту и захлопнула йо-йо. Выбравшись на балкон, она некоторое время просто смотрела по сторонам, отмечая непривычно-оживлённые для нападения акум улицы и обычную, мирную жизнь большого города.

Всё было слишком… нормально. И это напрягало.

Ледибаг забралась на крышу и добежала до ближайшего рекламного баннера — тот был самой высокой точкой поблизости, и, если забраться на него, можно было осмотреть почти весь район. К тому же, Маринетт его любила просто из-за того, что этот баннер был давно выкуплен компанией Габриэля Агреста. А это значило, что на нём практически всегда были разные фотографии Адриана, рекламирующего что-то.

Предмет рекламы Маринетт не так волновал, как предмет воздыхания.

Жизнь Парижа даже с высоты баннера казалась слишком нормальной. Ни криков, ни стонов, ни оглушающей тишины — ни-че-го. Внизу люди по-муравьиному суетились и фотографировали героиню, решившую прогуляться в такой мирный день; наверху летали самолёты и ползли по молочно-голубому небу редкие лёгкие облака, тащившие солнце к горизонту; посреди застряла нервничающая Ледибаг, источая красную нервозность с чёрными точками страха. Пасторальная картина.

Так ничего и не заметив, Ледибаг потёрла глаза и побежала в сторону Эйфелевой башни. Раз уж акумы так любили разрушать Железную Леди, то, может быть, ей не повезёт и в этот раз? А уж герои разберутся.

Появление двух акум сразу напрягало. Нет, они и раньше пытались как-то действовать совместно, — из-за чего Нуар вывел предположение, что акумы всё-таки разумны, кстати, — но ещё никогда они не появлялись в одно время. То есть, обычно выходило так: появлялась одна бабочка, она затихала на неопределённое время, дожидаясь вторую бабочку, и потом они вместе начинали громить город и всячески вредить.

Но ещё никогда акумы не приходили сразу вдвоём, как это, видимо, произошло в этот раз. И ещё никогда Бражник не присылал тревожные сообщения. В общем, у Ледибаг были причины, чтобы нервничать. Хотя она впервые нервничала настолько сильно, говоря откровенно. Несмотря на все её срывы и общее состояние психики.

Дорога до Эйфелевой башни заняла непривычно много времени. Возможно, дело было в том, что Ледибаг постоянно оглядывалась по сторонам, силясь увидеть хоть какое-то проявление акум; также дело могло быть в том, что Маринетт просто не могла идти быстрее, охваченная подступающей панической атакой. У девушки никак не получалось собраться и взять себя в руки: её «режим Ледибаг» сильно сбоил после того, как Чудесное Исцеление не сработало в полной мере.

Несмотря на то, что в итоге Париж и Кот были исцелены чудесной силой как обычно, Маринетт потеряла веру в волшебство. Это можно было сравнить с историей о Питере Пэне: она как ребёнок, не верящий в фей, буквально убивала эту самую фею в самой себе. Для Маринетт образ Ледибаг больше не был всесильным талисманом удачи, превратившись в потенциально опасную картинку, на которую ни в коем случае нельзя полагаться. И какая тут уверенность?

Масла в огонь подливало и то, что Тикки, несмотря на всю её долгую жизнь, впервые столкнулась с такой поломкой собственного Талисмана. Слова квами о том, что подобного никогда не происходило, совсем не подбадривали и тем более не успокаивали.

Кот сидел в их эйфелевом убежище, играясь на коммуникаторе в тетрис — тоже нервничал, очевидно. Услышав Ледибаг, парень встал, убрал шест и галантно поклонился.

— Миледи.

— Рада видеть, котёнок.

Нуар ухмыльнулся уголком рта, когда она подошла ближе и прижалась к напарнику. Кот сцепил руки у неё за спиной, заключая девушку в свободные, но очень тёплые объятия. Захоти Ледибаг отстраниться — отпустил бы без капли сомнений и обиды.

Но она прижалась теснее, утыкаясь лицом в чёрный костюм. И Кот обнял её крепче.

— У меня нервы скоро из ушей полезут, — пожаловалась Ледибаг напарнику. — Никак не могу собраться.

— По пути сюда я не видел никаких пур-роявлений акумы, город живёт как обычно. Но при этом тоже нервничаю, мурашки до кончика хвоста.

— Может, это и есть проявление? — невесело фыркнула Ледибаг. — Не можем же мы вдвоём переживать.

— Ну, вообще-то, можем. Бражник не похож на безалаберного кота, который просто так пугает детишек.

— Это ты нас детишками назвал?

Ледибаг настолько удивилась подобному сравнению, что даже отстранился от тёплого плеча. На недоумённый взгляд напарницы Кот пожал плечами и смущённо кашлянул.

— Мне нравится думать, что я ещё могу называть себя ребёнком. Ну там, шуточки, конфетки, прогулки с друзьями и безнаказанные объятия от других людей — чем не рай? Для полного счастья нужна только мисочка молока и много-много вкусной выпечки из одной замечательной пекарни.

— А я наоборот люблю думать, что до взрослой жизни рукой подать.

— Взрослая жизнь — это скучно! — замотал головой Кот. — И обязывает! Вся эта ответственность, бе, подумать только!

Ледибаг закатила глаза и окончательно выпуталась из объятий Кота.