Она привстала на коленях, не прерывая поцелуя. Нуар притянул её ещё ближе, положив когтистые руки на ягодицы — словно они и должны там лежать, словно там специальное место для его ладоней и пальцев. Затем Кот медленно потянул её вниз; Маринетт обхватила его член, направляя орган рукой, и послушно опустилась.
Проникновение было быстрым и абсолютно безболезненным. Маринетт ощущала, что её распирает, что в ней никогда не было ничего постороннего, и это странно; что было бы всё-таки неплохо сначала хотя бы пальцами, но у Кота были когти, а она сама даже не подумала об этом… но это было круто, как она и думала. И очень горячо.
Кот ткнулся носом в её скулу и сильнее сжал пальцы. Тихонько рыкнув, он подхватил Маринетт под бёдра и осторожно приподнял. Опустил. Совершил небольшое движение тазом, минимально толкнувшись в неё. Каждый из его жестов срывал с губ Маринетт восхищённый вдох, сам же Кот стонал во весь голос. Громко и чертовски сексуально.
Маринетт закинула руки ему на плечи и привстала сама. Кот заскулил, когда его член чуть не выскользнул из неё и жалобно мявкнул, когда девушка опустилась обратно. Он повторял эти звуки каждый раз, когда Маринетт качалась вверх-вниз, и звучал откровенно жалко — в хорошем, возбуждающем смысле. У Маринетт буквально срывало крышу от осознания того, что сильный, сексуальный Кот издаёт такие просящие звуки только из-за неё и её движений.
Спустя какое-то время она попривыкла к ощущениям и стала опускаться более резко. Её задница шлёпала о его ноги, и эти звуки внезапно стали номером два для Маринетт по возбуждающему эффекту. На первом месте всё ещё был Нуар и его стоны.
Кот обнимал её так, будто боялся, что она исчезнет прямиком с его члена. В конце концов он опрокинул её на кровать и взял дело в свои руки.
Маринетт ощущала себя маленькой и очень слабой по сравнению с Котом; при этом она чувствовала себя всесильной, чудесной, желанной — как когда она была Ледибаг, только в собственной шкуре, без волшебного костюма. Было хорошо, жарко, потрясающе, так приятно, что она могла бы сойти с ума. Кот закинул её ноги себе на бёдра и вколачивался в неё, уже не осторожничая.
Шлепки, тяжёлое дыхание, его стоны и её тихое, практически неслышное скуление. Маринетт обнимала Кота и слепо тыкалась губами ему в лицо, пытаясь втянуть в поцелуй. Облизывала то скулу, то губы, то подбородок — и всё никак не могла начать потрясающий, глубокий и влажный поцелуй, который так хотела.
Она была близка к оргазму. Не хватало самой малости…
Одной рукой отпустив Кота, она потянулась к себе. Нуар одобрительно рыкнул, когда она стала стимулировать свой клитор пальцами — от этого её влагалище начало сокращаться в ритме движений. Стало так хорошо и правильно, что Маринетт распахнула глаза и выгнулась, не прекращая быстро перебирать подушечками пальцев.
Оргазм смёл её сознание и превратил его в жалкие ошмётки, когда-то называющие себя Маринетт. Она практически не услышала, как застонал Кот, но зато ощутила горячую струю его спермы в себе. Этого не должно было ощущаться, у людей сперма той же температуры, что и тело, но ведь Кот был волшебным, и сперма у него была волшебно-горячей, необычной…
Кот обнял её и прижал к себе, нежно закусив изгиб шеи. Маринетт обняла его в ответ и замерла, пытаясь успокоить тяжёлое дыхание и вернуть мир на место. От силы переживаемого удовольствия у неё кружилась голова и слабело тело.
Проморгавшись после оргазма, Маринетт наконец заметила пришедшую в себя Тикки. Квами висела под самым потолком крошечным красным комочком и с беспокойством смотрела на подопечную и её напарника. Заметив, что Маринетт пришла в себя, Тикки кивнула — и девушка, естественно, поняла, что от неё требуется.
— Синхронизация, — приказала она одними губами.
Розовой вспышке волшебства вторили зелёные искры влияния акумы на костюме Кота. Член внутри Маринетт, обмякший было, снова стал твёрдым, будто ничего не было. Нуар зарычал и толкнулся в Ледибаг, сорвав с её губ восхищённый вдох.
Было приятно. Так приятно, что Маринетт, говоря откровенно, занималась бы сексом с Котом всю оставшуюся жизнь. Но она не могла себе этого позволить, хотя и очень хотела.
Кот начал двигаться, выбивая у Ледибаг из головы любые мысли. Его шипики стали ощущаться ещё сильнее после её трансформации, словно именно такая форма члена была идеальна для неё. Ледибаг дрожащими пальцами открепила йо-йо от пояса и слабо подкинула игрушку вверх с приказом:
— Чудесное Исцеление.
Божьих коровок было мало, но они заметались по комнате, особое внимание уделяя разорванным вещам на полу и Нуару. Когда насекомые исчезли, всё встало на свои места — кроме Кота, член которого всё ещё был внутри Ледибаг.
Нуар ошалело моргал зеленющими глазами и растерянно оглядывался по сторонам. Как всегда после того, как он попадал под атаку акумы.
На их интересное положение он обратил внимание только в тот момент, когда захотел отстраниться. Ледибаг захныкала и вцепилась руками в плечи напарника, не давая ему сделать этого. Она была не готова отпускать его, только не сейчас, когда она снова завелась…
— Ми-миледи? — икнул Кот, смотря на напарницу абсолютно круглыми глазами. — Что за… почему мы в комнате Маринетт? Почему мы…
Она изо всех сил сжала внутренние мышцы влагалища, и Кот поперхнулся собственным вопросом. То, что он не помнит о совмещении личностей его леди и принцессы не было для Маринетт откровением: Кот почти всегда забывал обо всём, что происходило для него под влиянием акумы.
Грустно, но не так чтобы очень уж страшно. Они всё равно смогут открыться друг другу, рано или поздно.
— Миле-еди, — простонал он, когда Ледибаг стала ритмично сокращать внутренние мышцы.
Она обняла его и притянула к себе. Закинула ноги на бёдра и скрестила лодыжки. Укусила за кошачье ухо, — она помнила, что они были очень чувствительными, — и приказала:
— Двигайся, котёнок.
Комментарий к Глава 23 - NC
1. Знаете, что?
Отзывы и донаты мотивируют. Так что вот вам глава. 6 200 слов - больше, чем обычно. И снова NC.