Грани миров (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Если получится, — эхом отозвалась Ледибаг.

Она ощущала, как её сознание медленно, но верно переключается в то, что Тикки называла «боевым режимом». Где малышка-квами услышала такое определение, Маринетт не спрашивала. Скорее всего из какого-то фильма: Тикки частенько зависала перед телевизором по ночам, пока все спали.

Сабин потом, правда, ругалась на Томаса — мать Маринетт считала, что месье Дюпэн просто забывает выключить телевизор в гостиной вечером.

— Ладно, — Ледибаг хлопнула в ладоши, окончательно фокусируясь на акуме и предстоящем бое. — Как нам найти акуму? Разделяться я не хочу, неизвестно, какие у одержимого способности. Мало ли, может он способен не только повышать гормональный фон, чтобы провоцировать желание.

— Как ты это красиво вывернула, миледи, — Кот растрепал волосы. — Гормональный фон…

— А ты как интерпретируешь происходящее?

— Ну, типа злое волшебство и всё такое. Может у акумы вообще волшебная палочка. Насмотрелся хентайных аниме и вообразил себя злой мадокой.

Маринетт замерла. Воображение у неё было живое, натренированное созданием эскизов и дизайнерством, так что предложенный Котом вариант акуманизированного тотчас появился у Ледибаг перед глазами. Маленькая девочка-волшебница в пышном розовом платьице, может быть даже с крошечными крылышками за спиной, такими прозрачными, блестящими и магическими… и волшебная палочка. Хотя, учитывая специфику проявления акумы, вместо палочки будет дилдо или вибратор. Тоже волшебный.

Ледибаг встряхнула головой, чтобы избавиться от странного видения. Девочка-подросток в розовом с членом в руке никак не хотела уходить. Растерянно посмотрев на Кота, Ледибаг тяжело вздохнула: вот вечно Нуар что-то брякает, а она потом не может разобраться с собственным воображением. За это Кот, кстати, не раз получал по ушастой голове её йо-йо.

Но при матери бить его как-то… неправильно, что ли. Особенно если мать у него то ли пропала, то ли умерла. Скорее умерла, если считать, что акумы — это души из-за Граней, по словам Плагга. Но мать Нуара жива. Но она говорила, что она не акума и не человек.

Как всё сложно-то, боги. Иногда Маринетт хотела быть просто тупой девчушкой, думающей только о блёстках, мальчиках и макияже. Никаких тебе акум, никакого спасения мира, никаких Граней и боли после сражений. Знай себе вздыхай по Адриану и выбирай новую помадку.

Она снова встряхнулась и всё-таки взяла себя в руки.

— Обход города, — сказала Ледибаг. — Традиционный маршрут, ладно? Он как раз проходит через все высокие точки Парижа, так что мы в любом случае найдём акуманизированного, хотя бы издалека увидим.

— Хороший план, — одобрила Таролог. — Но я не участвую. После использования карт мне надо восстановиться, хотя бы недолго. Поэтому вынуждена вас покинуть.

Она растрепала волосы Кота и кивнула Ледибаг на прощание, прежде чем кинуть себе за спину карту Шута. Уход Таролога был таким же, как и ранее: она просто вошла в раскрывшийся портал к шагающему мужчине и мелкой тявкающей собачке. Едва Таролог оказалась по ту сторону, как разлом реальности схлопнулся с едва различимым шипением.

Кот задумчиво потёр подбородок.

— Интересно, это и есть те Грани, о которых говорил Плагг?

— Всё может быть, — Ледибаг пожала плечами. — Во всей литературе по Таро, которую я листала с друзьями, говорилось, что старшие арканы представляют мироустройство или что-то вроде того. Может, карты и есть те самые Грани, между которыми всё натянуто?

— Это уже нечто вроде философии.

— И у нас нет на неё времени. За мной.

Они добежали до привычных по ночным обходам крыш и встали на свой традиционный маршрут. Прыгать по знакомым черепицам было приятно, Ледибаг даже успокоила сильно бьющееся сердце. Кот тоже вошёл в ритм: Маринетт заметила, что напарник прекратил мельтешить и теперь каждый его прыжок и взмах шестом стали скупыми и точными.

Внизу творилась вакханалия, по-другому Маринетт происходящее не могла назвать. Акуме было всё равно, на кого влиять, так что сексом занимались буквально все подряд, вне зависимости от пола или возраста. Ей оставалось только отводить взгляд от особо нелицеприглядных картин, потому что единственное, что могла сделать в этой ситуации Ледибаг — это победить акуму и использовать Чудесное Исцеление. Всё.

Как-то пытаться вмешиваться в происходящее внизу было не просто бессмысленно, но и опасно. Если акума воздействовала на мозг человека, то последствия вмешательства Чудесных могли быть самыми разными, от помешательства до смерти. А на Чудесное Исцеление Маринетт всё же старалась особо не полагаться, сама не зная почему.

Просто иногда ей казалось, что Исцеление — это какой-то ограниченный ресурс, и что энергию он черпает не из бесконечного источника. Тикки её мысли не подтверждала, но и не опровергала, потому что не знала сама: в прошлом города были не такими большими, как нынешний Париж, и акумы не успевали так уж сильно набедокурить.

— Чудесное Исцеление всегда справлялось, — говорила квами. — Но ты можешь быть права в своих суждениях, я тебя обманывать не буду. Даже я сама не всё знаю о способностях и ограничениях Ледибаг.

Такие слова непременно расстраивали Маринетт, сколько бы Тикки не напоминала о том, что не является всезнающей.

— Как же так?

Тикки обычно смотрела на подопечную старыми мудрыми глазами и улыбалась, так, как могла бы улыбаться языческая Праматерь.

— Творец создаёт человека и выпускает его в жизнь, чтобы тот познал себя и свои возможности. Почему ты считаешь, что с квами ситуация обстоит иначе?

Единственное, что Тикки знала о Чудесном Исцелении — это что оно всегда срабатывало, вне зависимости от сложности разрушений. Внутреннее ощущение Маринетт квами немного беспокоило, но не слишком сильно.