Путь к Истоку: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет, конечно, нет. Просто я не вхожа во дворец и не привыкла так плотно общаться с правителем.

— И из-за этого вы так странно смотрите на меня? Что ж, это многое объясняет. А то я начал думать, что у меня появилась вторая голова…

Яснина фыркнула, не сдержав улыбку. Пока он не совершал никаких смущающих поступков, ставящих ее в тупик, она готова была сколько угодно находиться в его обществе, тем более, что он оказался очень интересным и умным собеседником. Она не заметила, как расслабилась, с удовольствием слушая его увлекательные рассказы о странных обычаях, принятых в Моравве.

И была удивлена тому, с каким трудом сдерживала зевки вернувшаяся за ней и терпеливо дожидающаяся у входа в зал служанка. Пока они шли обратно, Яснина выглянула в окно и была неприятно поражена занимающимся на небе рассветом, указывающим на то, что она всю ночь провела наедине с князем, который без труда увлек ее, заставив позабыть о времени и обо всем остальном. Вернулась она в комнату в отвратительном расположении духа, обвиняя себя в беспечности и легкости, с которой забыла о цели своего прибытия в княжество. Неважно, что пообещал ей князь, она должна была продолжить поиски Велиславы, а не разделять продолжительные трапезы с мужчиной.

Глава 3

Весь следующий день до полудня она нетерпеливо ожидала ответа на свое письмо, ходя из угла в угол, не в силах усидеть на месте. Маг уже давно числился в ее должниках, в свое время она оказала ему очень большую помощь в спасении умирающего ребенка: теперь он просто не мог проигнорировать ее просьбу разузнать как можно больше о происходящем. Солнце стояло в зените, а ответа так и не последовало, вызывая у нее все большее раздражение, плавно переходящее в праведный гнев. Прождав еще какое-то время, Яснина была вынуждена самой себе признаться, что больше не может оставаться в четырех стенах, пусть и таких роскошных и манящих уютом. Она без труда нашла дорогу в укромный, укрытый строениями со всех сторон, дворик, куда накануне их перенес маг. Солнце расстаралось вовсю, нещадно припекая и прогоняя даже самых рьяных своих почитателей в благодатный тенек, поэтому под жарко палящими прямыми лучами она оказалась в гордом одиночестве. Пройдясь по играющей всеми цветами радуги мозаике, по которой резво бегали шустрые солнечные зайчики, Яснина присела на мраморный край причудливо вырезанного из камня и изукрашенного изразцами фонтана, наблюдая за попеременно выстреливающими в горячий воздух и опадающими на дно чаши высокими и прохладными струями.

Тихий шум крыльев и негромкое воркование заставило ее резко вскочить на ноги, вынимая руки их кристально прозрачной, словно чистый горный хрусталь, воды… На нагретые солнцем плиты двора тяжело опустилась волнистая белая голубка с хохолком и отливающими серебром крыльями, поглядывая на нее круглым любопытным глазом и воркованием привлекая к себе внимание. Яснина торопливо подошла к ней, опустившись на одно колено и поднимая ее на руки. К мохнатой лапке тонкой бечёвкой был привязан небольшой пергамент, упакованный в серебряную капсулу.

Она поспешно развязала узелок, высвобождая письмо из упаковки. Почерк Роя нисколько не изменился, оставшись таким же кривым и неровным, как и в годы его ученичества у мага, жившего по соседству с Ясниной в Литоре. Только благодаря этому близкому знакомству она узнала о недуге, подкосившем десятилетнюю дочь одного из подающих большие надежды учеников колдуна. Никто из них не сумел помочь страдающей прелестной златокудрой малышке, медленно угасающей, словно стремительно сгорающая на сильном ветру красивая свеча.

Яснина так никогда и не рассказала безмерно счастливому и глубоко благодарному Рою о том, кто стал истинной причиной загадочного недуга. Слишком хорошо знавшая темную сторону силы, ведьма не поверила заверениям, что это какая-то заморская болезнь. Найти бывшую возлюбленную отца девочки не составило большого труда, так же, как и выбить из трусливой и малодушной женщины правду. Дочь состоятельного купца, она была чересчур самоуверенной и себялюбивой, не допускавшей даже мысли о том, что кто-то может ответить ей отказом. А обучающийся колдовскому делу молодой мужчина не согласился идти простым батраком к богатому торговцу, прекрасно понимая, какими унижениями для него обернется такой неравный брак, на который со снисходительными улыбками уже согласились родители ради своей любимой доченьки. Не простила и не забыла свое унижение не состоявшаяся невеста, долго и упорно выискивала способ отомстить, с годами лишь разжигая огромное пламя ненависти в своей груди из тлеющего уголька обиды.

А спустя почти тринадцать лет случайно встретила колдуна, промышляющего темными делами, не брезгующего и не отказывающегося даже от наемного и банального убийства, пусть и совершенного во имя мести. В ту ночь Яснина оставила в заброшенном доме, где проводился темный ритуал, два остывающих тела. Дочь купца не собиралась останавливаться, отняв жизнь маленького и невинного ребенка: со смехом она поведала, что сживет со свету и беременную жену мага, находящуюся на последних сроках, а потом займется и родными обманувшего ее подлеца, пока у него не останется в этой жизни ни одного дорогого человека. Он отнял у нее счастье, так она считала в своем ослеплении, даже не принимая в расчет то, что Рой никогда не лгал ей и не состоял с девушкой в близких отношениях, всячески пытаясь ее образумить. А теперь пришло ее время отплатить ему тем же. А колдуну было все равно, какую работу делать, если за нее платили такие огромные деньги. Яснина не делала ничего особенного, просто повернула вспять заклятье, тщательно сплетенное маленьким и темным человечком, закутанным в пестрые одеяния. Они сами подписали себе приговор, установив конечной целью смертельный исход.

Для родителей же спасенной малютки она просто приготовила особое, восстанавливающее снадобье, которое позволило ей уже через пару минут со смехом вскочить с измятой постели и весело унестись с большим сачком на улицу, чтобы продолжить любимое занятие — ловлю красивых и ярких бабочек.

«Опущу долгие приветствия и заверения в том, как я рад, что ты еще жива. Ты и так это прекрасно знаешь. Насчет Велиславы — глухо, как в самом далеком и глубоком болоте. Слух ходит, но никто ничего доподлинно не знает. Я перетряс всех знакомых магов, как состоящих на должностях, так и одиночек. Заглянул и в пару темных местечек с сомнительной репутацией, но сейчас там слишком заняты обсуждением твоей персоны, не пожелавшей появиться тихо и мирно, как все остальные. Кстати, не будь я магом, валялся бы прирезанный в укромном переулке за одно знакомство с тобой. Кому это ты так успела насолить? Ходят какие-то неясные разговоре о новом маге, появившемся в городе вместе со своими подручными. Как я не пытался разыскать хотя бы кого-нибудь из них, мои происки не увенчались успехом. Зато подпоенный владелец одной таверны, укрывающей беглых магов из Талвинии, которые скрываются от закона, поведал захватывающую дух историю. Не знаю, что из этого рассказа правда, но он клялся и божился, что все это произошло на самом деле в его таверне. Суть проста: пару незнакомых ему и очень молодых юношей разыскивали спрятанного у него в погребе мага. Он, естественно, ушел в несознанку, за что и поплатился сломанными ребрами и ногой, но это не главное. Он уверяет, что они словно нюхом почуяли мага, вырвали крышку погреба и вытащили того, без труда скрутив сопротивляющегося матерого мужчину. Мало того, магия на них не подействовала: впиталась, даже огненная, не причинив никакого вреда. Не уверен, что ему можно доверять, но перепуган он до смерти, и колдуна того на самом деле так и не нашли, как в воду канул. Если удастся узнать что-нибудь стоящее, отпишусь…»

Рой, может и писал в беззаботной и ироничной манере, но и сам прекрасно знал, что дыма без огня не бывает. Не стал бы он пересказывать пустые сплетни, значит, в городе действительно происходит что-то странное, раз даже обитатели темного дна боятся новых, пришлых магов. Вот только кто они такие и что им могло понадобиться в прекрасно охраняемом городе, Яснина не представляла. Да и история про сильных, не опасающихся магии людей ей казалась слишком неправдоподобной. Перепуганный мужчина мог просто не заметить, что к нему вломились оборотни в человеческом обличии, оттуда и острый нюх, и невиданная сила, а магию также запросто могли отразить выкованные на заказ доспехи. Только кому, обладающему такими человеческими и денежными ресурсами, могло в срочном порядке понадобиться избавляться от неугодных магов?

Колдунья отпустила птицу без ответа, задумчиво подбросила оторванный клочок пергамента, на котором было написано послание, на ладони, а затем сжала ее, вызывая пламя. Глядя на алые язычки, жадно и с наслаждением облизывающие бумагу, она перебирала в уме всех более или менее значимых магов, которые состояли в ссоре с Орденом, имели зуб на остальное магическое население Талвинии или помышляли захватить власть. Таких набиралось не меньше двух десятков, вот только половина их них была слишком честолюбивой и жадной, чтобы пойти на сговор с оборотнями, а другая — излишне самовлюбленной, обожающей петь себе хвалебные песни, они и дня бы не утерпели без того, чтобы не пустить по тавернам и постоялым дворам слух о собственном величии и могуществе. Нет, здесь действовал какой-то терпеливый, умный и знающий свое дело колдун, который любыми способами стремился добиться поставленной цели. И ни одного подходящего на эту роль Яснина не знала.

Велислава всегда умудрялась встревать во всевозможные истории, отыскивая на одну очень привлекательную часть своего тела постоянные приключения, но на этот раз просто превзошла саму себя, сумев узнать что-то о затеваемом заговоре и канув без вести на просторах чужого государства.

«Найду, — отрешено подумала колдунья, стирая с руки тонкий слой пепла, оставшийся от письма, — оторву уши, а вместо них прикреплю сигнальные маячки».

Устав от ненавязчивого присутствия за своей спиной, она раздраженно обернулась с далеко не самым добрым выражение на хмуром лице. Видимо, совсем не добрым, так как переминающаяся с ноги на ногу в паре метров от нее Азария вскрикнула, прижимая к груди задрожавшую руку. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, Яснина приподняла брови, вопросительно глядя на покрасневшую от смущения сестру князя, которой было явно неловко от того, за каким занятием ее застали.

— Я не хотела вам мешать, — покаялась она с самым виноватым видом, — просто увидела из окна, как вы спустились во двор, и решила присоединиться. Я хотела пригласить вас прогуляться со мной позади дворца, там очень красивый парк, но если я не вовремя…

Колдунья удивленно хмыкнула, в который раз поражаясь тому, насколько отличается воспитание молодой княжны от дочерей короля, которых она пару раз имела неудовольствие видеть во время рыцарских турниров и праздников урожая. Кроме высокомерия, там еще были спесь, заносчивость и избыток самовлюбленности и излишней гордости. Все это подчеркивалось природной красотой, но без следа растворяло ее, выдвигаясь на первый план. Насколько знала колдунья, король до сих пор не отыскал ни одного претендента на сердце и руку хотя бы одной из своих драгоценных дочурок. Высокопоставленные дворяне бегали от них, как демон от могущественного мага, прибегая не только к хитрости, но и подкупу, убеждая звонкими золотыми монетами мамок и нянек принцесс, в том, какие они негожие женихи. Даже Рогд был вынужден однажды отмахиваться фантомами от излишне настойчивой дочери непосредственного работодателя, торопливо сбегая из дворца.

Азария же словно не сознавала, насколько прекрасна была. За такую невесту у них в Талвинии уже давно шло бы настоящее ожесточенное сражение между знатными вельможами. Яснине оставалось лишь мысленно поаплодировать тому неизвестному, кто так достойно воспитал девушку, позволив ей не терять голову от многочисленных похвал и остаться собой.

— Мне все равно не остается ничего другого, кроме как ждать. Будет лучше, если это время что-нибудь скрасит.

Девушка счастливо просияла, одаряя ее восхитительной улыбкой. Подойдя ближе, она озабоченно оглядела ее и покачала головой.

— Вам будет жарко без зонта, — она покрутила изящную позолоченную ручку кружевного зонтика, который держала за спиной, демонстрируя его ей, — я попрошу служанку принести и вам такой…

Яснина удержала ее, представляя, как ее недоброжелатели с гомерическим хохотом катаются по полу в истерическом приступе, когда кто-нибудь поведает им увлекательную историю о гуляющей под ручку с княжной колдунье, мало того, что одетую в шелковые тряпочки, так еще и прячущуюся под ажурным зонтиком. Нет, такого позора ее репутация и так далекой от правильности ведьмы точно не выдержит.

Азария вывела ее на узкую тропинку, сбегающую с холма, на котором раскинулся дворец, тонкой змейкой вниз, и исчезающую среди пышных, цветущих алыми, желтыми и фиолетовыми цветами невысоких деревьев, между которыми в нарочито неправильном порядке были разбиты роскошные клумбы с такими редкими для Талвинии и Мораввы золотисто-лиловыми и огненно-красными розами с большими тугими бутонами, завезенными из Иллирского княжества. То тут, то там были установлены высокие изящные фонтанчики и фигурные композиции из цветного мрамора.

Девушка без устали непосредственно и весело щебетала, то восхищаясь цветами, то выспрашивая, какие больше всего любит колдунья. От ее манеры постоянно перескакивать в разговоре от одной темы к другой, Яснина никак не могла отвлечься, вынужденная прислушиваться к ее рассказам, щедро разбавленным многочисленными вопросами, чтобы осмысленно отвечать на них. Не то, чтобы Азария была ей неприятна, наоборот, она вызывала у нее неясное чувство теплой симпатии, которое она старательно подавляла, просто она втягивала ее в долгие разговоры с такой искренней непринужденностью, что приходилось отвечать, чтобы не обидеть девушку, горящими глазами смотрящую на нее в ожидании ответа. Княжне, похоже, было действительно интересно, что она скажет, а вот Яснина с трудом сдерживалась от желания промолчать. Она и так за короткие полчаса успела наговорить столько, что уже превысила свой недельный словарный запас с лихвой, залезая в долг на следующую.

Колдунья разрешила девушке рассматривать кольца на своих руках, правда, не позволяя их снимать. Азария робко заикнулась о том, что ей еще вчера бросились в глаза массивные и тяжелые персти с необычайно насыщенными цветом большими камнями, но она не решилась попросить у нее разрешения посмотреть на них поближе. Яснина вовремя прикусила язык, удержавшись от откровенного рассказа о том, что действительно означают украшения, являющиеся на самом деле символом ее могущества, отделавшись простым и двусмысленным определением накопителей силы. Девушка, так же, как и ее старший брат, слишком быстро взяла ее за руку, не дав предупредить о последствиях. И тоже ничего не почувствовала, заметив только, что у колдуньи такие холодные, не смотря на жару, руки.

Яснина напряглась, затылком чувствуя надвигающуюся угрозу, делая шаг к удивленно вскинувшей голову княжне, закрывая ее собой и медленно поворачиваясь. В нескольких шагах от них неподвижно застыли, словно появившиеся из воздуха, темные и высокие фигуры. Она только в последний момент смогла почувствовать надвигающуюся угрозу, заставляя их остановиться под ее пронзительным взглядом. Ни одно из чувств не забило тревоги, лишь прекрасно развитая интуиция услужливо подсказала, что она так близко подпустила врага.

— Ты надоела нам, ведьма.

— Все так говорят, — равнодушно пожала плечами Яснина, холодно усмехаясь, — только меня это мало трогает.