Эльта хотела было согласиться, но промолчала. Яник повернулся к ней:
– Ага, а если бы он начал тебя дразнить, тебе было бы приятно?
Этот вопрос остался без ответа: они дошли до «Пудры Подера». Эльта попрощалась и поспешила домой, боясь, что уже опоздала к чаю. Только сейчас она почувствовала, что и в самом деле очень устала.
– Милая, ты как раз вовремя, – улыбнулась Северина. – Поднимайся, мой руки и садись за стол. Попробуем кофейное печенье – новый рецепт Людвика. Сейчас я принесу сливки.
Северина поспешила наверх, а Эльта, не снимая пальто, подошла к прилавку – мать разложила там карточки с адресами новых заказов. Эльта внимательно просмотрела их, не обнаружила ничего интересного и побежала раздеваться.
С тех пор как Эймер исчез, родители перестали закрывать дверь столовой на время обедов и чаепитий, чтобы услышать звон дверного колокольчика и спуститься, если придёт покупатель.
– Ну, как вы погуляли? – спросила Северина.
– Хорошо, – зевая, ответила Эльта. В домашнем тепле сразу захотелось спать – а нужно было ещё делать уроки.
– Сегодня пришло письмо от тёти Валессины, – сообщил ей Фредек. – Она приглашает тебя погостить у неё в зимние каникулы.
Тётей Валессина приходилась не Эльте, а Фредеку и по возрасту годилась Эльте в бабушки. Она жила в Текле – деревушке у подножия гор в дне пути от Гайстуна, такой же тихой, размеренной и аккуратной, как и сама жизнь в тётушкином доме, где только коту дозволялось иногда отступать от расписания и делать что ему вздумается.
– Хочешь к ней поехать? – спросил Фредек, прервав воспоминания Эльты о последнем визите к тётушке три года назад: тогда Эльта отлично провела время, исследуя содержимое тётушкиного чердака, – впрочем, тётушка даже не подозревала об этом, уверенная, что Эльта увлечена исключительно приличными для юной особы занятиями: сматыванием шерсти, чтением или играми с котом.
– Конечно, папа! – ответила она.
– Тётя обещает научить тебя вышивать, – добавила Северина. – Я очень рада, в будущем тебе это пригодится.
– Ты ведь и сама прекрасно вышиваешь, дорогая, – сказал Фредек.
– Каждая женщина должна уметь вышивать, но в сравнении с твоей тётей я почти ничего не умею. Она настоящая мастерица.
Вдруг Эльта почувствовала, что сзади потянуло холодом. Она сидела спиной к двери, обернулась и прислушалась – но внизу была полная тишина, в лавку никто не входил. Эльта вспомнила, как позапрошлой зимой к ним в лавку пришёл Беласко и открыл дверь бесшумно, и обычно звонкий дверной колокольчик тогда не издал ни звука. Ей представилось, что Беласко и сейчас там, внизу. Она невольно поёжилась, а чтобы родители не заметили её тревоги, взяла печенье.
– Ну всё, я иду вниз, – сказала Северина. – А ты, Эльта, можешь делать уроки.
– Сейчас, мама. Только посмотрю новые заказы.
– Да, конечно, взгляни.
Звякнул дверной колокольчик. Пока мать отвечала на вопросы двух посетительниц, Эльта решила просмотреть заказы ещё раз, чтобы успокоить свою разыгравшуюся фантазию, – и замерла: среди них в самом деле появился новый. В списке товаров стояло несколько дорогих наименований, а карточка с адресом была розовая, напечатанная на лучшей бумаге. На ней было вытиснено тёмным золотом: «Терновая улица, 14. М. К. Аэд». Эльта могла бы поклясться, что ещё полчаса назад этой карточки здесь не было, – значит, пока они пили чай, в лавку действительно кто-то заходил. Кто-то, умеющий заставить молчать дверной колокольчик… Эльта понюхала карточку – на ней остался едва уловимый аромат превосходных духов.
– Нет, это не Беласко, это кто-то другой, – пробормотала Эльта себе под нос.
– Что, дорогая? – Северина повернулась к ней. – Я не расслышала.
– Ничего, мама. Заказ из Верхнего города. – Она кивнула на розовую карточку.
Северина посмотрела.
– И правда. Это сегодняшний? А почему же я его не помню? – задумалась она. – Ну, как бы там ни было, это прекрасный заказ!
– А можно я его отнесу? Я люблю ходить в Верхний город.
– Конечно! Ты хорошо справляешься, и туда я совсем не боюсь тебя отпускать. Но он будет готов только через несколько дней. Пожалуй, попрошу Фредека приготовить его побыстрее – покажем, как мы умеем работать. Если новым покупателям понравится, они вернутся и посоветуют нас знакомым.
Усталость, как и предсказывал Яник, оказалась действенным средством от дурных снов – в эту ночь Эльте не снилось ничего, если не считать смутного утреннего видения о контрольной работе по математике. Но после летних занятий с Тимушем математики она не боялась.
В этот день они с Яником собирались после уроков пойти к скале, о которой говорил молодой художник, и посмотреть, как там рисуют этюды, – Эльта специально захватила из дома пару бутербродов, – но, едва уроки закончились, пошёл дождь.
– Похоже, это надолго, – критически заметил Яник, оглядев небо.