Они вышли на улицу. Солнце уже скрылось, на город опускались синие летние сумерки. Над входом в театр горели ажурные разноцветные фонарики. Эльта ещё раз посмотрела на афишу, вспоминая спектакль.
– Ну что, нам пора на «Альбатрос», – сказал Олле Верус – и вдруг в его руке возникла записка.
Он подошёл ближе к фонарной гирлянде и развернул листок, сложенный вчетверо. Там значилось:
Капитан показал записку Эльте и Янику и заметил:
– Странно. Хотя это действительно почерк Эймера.
– Наверное, он узнал что-то! – обрадовалась Эльта. – Как быстро!
Возле них остановилась коляска.
– Не желаете ли прокатиться? – услужливо спросил возница. – Отвезу куда прикажете!
– Нет, спасибо, – ответил капитан. – Мы лучше пройдёмся пешком. Тут недалеко.
Они направились налево, в сторону, противоположную дворцу. Эльта сразу догадалась: капитан выбрал самый короткий путь, чтобы выйти к дому Эймера со стороны переулка.
Сначала они шли по широкой улице, на которой было несколько театров и два концертных зала. В этот час она вся сверкала огнями, и в обе стороны тёк бесконечный поток гуляющих, то и дело проезжали коляски и кареты. Из какого-то окна доносились звуки скрипки.
Но через три квартала капитан свернул налево, на узкую улицу. Верхние этажи её домов нависали над нижними, отчего внизу было сумрачно. Впрочем, фонарщики уже зажигали фонари.
Здесь было мало прохожих. Миновав несколько закрытых лавок, капитан, Эльта и Яник повернули направо, потом – налево, прошли мимо ограды, за которой молчали спящие деревья небольшого садика, обогнули её и очутились в узком переулке, где не было ни души. Сюда не доносился шум с центральных улиц, а почти все жители, похоже, уже легли спать. Только в одном окне, почти скрытом густыми ветвями деревьев, Эльта заметила свет.
Вдруг она услышала сзади какой-то шорох, словно бы осторожные шаги, и обернулась – но переулок был пуст. Яник поглядел на неё и тоже обернулся.
– Кто там? – спросил он.
– Да так, показалось, – тихо ответила она.
– Мы уже совсем близко, – сообщил капитан, и от звука его голоса тревога сразу исчезла.
Некоторое время они шли молча. Наконец заметили, что впереди слева белеет дом волшебника. Но в нём почему-то не горело ни одного окна.
Оставалось пройти всего несколько домов. Через пару шагов влево отходил короткий проулок. Там горел фонарь; сам он не был виден, но его свет широкой жёлтой полосой лежал поперёк мостовой, выделяя все её неровности. Вдруг на мостовую легла тень и замерла: судя по всему, кто-то притаился прямо за углом.
Тут шорох сзади повторился, раздались осторожные шаги. Яник быстро обернулся и заметил, что какая-то тёмная фигура быстро скрылась в чёрной тени за углом высокого дома.
– Там кто-то есть, – шепнула Эльта капитану.
– И сзади, – прибавил Яник.
– Я знаю, – кивнул Олле Верус. – Не бойтесь. Главное – спокойствие.
Он остановился и посмотрел под ноги в поисках камня или палки, но поблизости ничего такого не было. Яник проследил за взглядом капитана и шепнул:
– Сейчас… У меня есть камень, – и полез в карман. Но достать ничего не смог – мешала смятая вертушка с так и не съеденной конфетой, про которую он совершенно забыл. Яник с досадой вытащил её из кармана – и тут хлопушка взорвалась с оглушительным грохотом.
Когда Эльта оправилась от неожиданности, первым делом обнаружила, что зловещая тень в проулке исчезла. Капитан быстро прошёл вперёд и заглянул в проулок – но увидел только спину убегающего человека.
– Кажется, ты их спугнул, – сказал он Янику. – Идёмте скорей!
– Как хорошо, что я её не выбросил! – отозвался Яник с удовлетворением и посмотрел на свою вертушку.
Их никто не преследовал, всё было спокойно. Эльта подняла голову, надеясь увидеть звёзды – их вид всегда ободрял её, – но увидела такое, от чего потеряла дар речи: впереди над домами, на высоте птичьего полёта, в воздухе протянулась неровная светлая линия, которая прямо на глазах становилась ярче, как-то странно растягиваясь в высоту, словно невидимый художник растушёвывал её кистью.
– Ой, что это? – только и вымолвила Эльта.