– Вертушки-хлопушки! – зазывал торговец. – Громкие, как пушки, вкусные, как плюшки!
– Они съедобные, что ли? – удивился Яник.
– Покрутишь вертушку – взорвётся хлопушка! – привычно отозвался торговец. – Внутри конфета, всего за монету! Подходите, друзья и подружки, покупайте вертушки-хлопушки!
Рядом раздался оглушительный взрыв и послышался довольный смех какого-то мальчишки. Он вытащил конфету, сунул её в рот и пошёл по улице, то и дело взмахивая своей вертушкой, чтобы она быстрее крутилась.
– Ну-у, это совсем для малышей, – протянул Яник.
– Пожалуй, да, – усмехнулся капитан. – Хотя наши матросы говорили, что конфеты вкусные.
Яник и Эльта переглянулись и купили по вертушке.
Пёстрая хлопушка Эльты взорвалась, стоило лишь тронуть вертушку. Эльта даже вздрогнула от неожиданности. Внутри, в круглой коробочке, лежала большая конфета.
– Леденец? – спросил Яник.
– Нет, шоколадная, а в ней мармелад и ещё какая-то начинка. И правда вкусная!
Они пошли дальше. Яник крутил свою синюю вертушку так и этак, но хлопушка не взрывалась.
– Иди поменяй её! – посоветовала Эльта.
– Да что я, маленький, что ли, – возразил он, тут же бросил свои попытки, смял вертушку и сунул её в карман.
Они дошли до театра, где Эльта много раз была с королевой. Возле кассы висела огромная афиша сегодняшнего спектакля «Таинственный замок».
– Говорят, красивая постановка, – заметил капитан. – Хотите посмотреть?
– Я очень хочу! – оживилась Эльта. – Я не видела этот спектакль. Яник, идём, это отличный театр! Потом будешь жалеть, что не побывал здесь!
Яник никогда не интересовался театром и в гайстунском был всего пару раз, но сейчас пожал плечами.
– Идём, почему бы нет. Я же не отказываюсь.
Через несколько минут капитан держал в руках три нарядных билета.
– Нам достались хорошие места, даже удивительно, – сказал он и убрал билеты в карман. – Ну что, пока вернёмся на «Альбатрос» или ещё погуляем до спектакля?
– Ещё погуляем! – одновременно попросили Эльта и Яник.
Капитан с улыбкой кивнул.
Они пообедали в трактире недалеко от порта, и Олле Верус предложил пойти в дворцовый парк.
День был жаркий, а там стояла прохлада. Они свернули на одну из боковых дорожек, и живая зелёная тишина окутала их, сразу заставив забыть о городской суете. Пели птицы, ленивый ветерок трогал листья. В парадной части парка цвело множество великолепных цветов, и Эльта даже пожалела, что у неё нет карандашей и красок, чтобы запечатлеть эту красоту, тем более что некоторые растения были ей незнакомы – они росли только на Файолеане.
А в дикой части парка царил влажный полумрак. Они сами не заметили, как дошли до речки, почти невидимой за густыми зарослями папоротника. Эльте вдруг стало интересно, где заканчивается дикая часть парка, и Яник предложил пройти вдоль берега. Так они и поступили, но до парковой ограды не добрались: почти заросшая тропа совсем исчезла, и путь преградили кусты орешника и жимолости. Можно было вернуться, дойти до мостика и попробовать пробраться по другому берегу, но капитан покачал головой.
– Там даже тропы нет. – Он достал из кармана складные часы. – Да и времени у нас остаётся не так уж много.
Спектакль оказался фантастическим. Эльта и Яник так и не смогли понять, как его создателям удалось добиться впечатления, что на сцене действительно происходят чудеса. Актёр, игравший принца, прямо на глазах изумлённых зрителей обернулся соколом, который плавно пролетел над сценой, а потом и над залом, заставив всех ахнуть, – а злой колдун превратил лето в зиму. В гайстунском театре такое превращение показали бы падающим снегом и меркнущим светом, а здесь всё было иначе: деревья, окружавшие замок, стали желтеть и облетать, цветы пожухли, со сцены повеяло холодом, и, когда полетели белые снежинки, у зрителей захватило дух и от красоты, и от удивления: снег за несколько мгновений покрыл не только сцену, но и каждую архитектурную деталь замка, который частью был выстроен в глубине сцены, а частью – просто нарисован на заднике. Эльта и Яник ломали голову, как рисунок мог измениться на глазах зрителей – но так ничего придумать и не смогли. Когда спектакль закончился, они засыпали вопросами капитана. Тот рассмеялся.
– Я прекрасно понимаю ваше удивление, но и сам не знаю, как это объяснить. Вообще-то королева не одобряет настоящего волшебства в спектаклях, но нет никакой гарантии, что его всё-таки не используют тайком.
– Её величество водила меня в этот театр, но я не видела ничего подобного, – сказала Эльта.
– Я тоже ещё такого не видел, – признался капитан.