– Гвоздодёр, – сказал Яник. – Самый большой, какой я только смог найти в сарае.
– Я решила, что вы с кем-то сражались! Яник, как твоя рука?
– Лучше.
– Ох, как хорошо, что я не видела этого бандита! Если бы на моих глазах само собой раскрылось окно и кто-то полез в него, я бы, наверно, умерла от страха!
– Вот поэтому мы тебя и не разбудили, – объяснил Тимуш.
– И напрасно! – тут же парировала Бетинка. – Я бы вам помогла!
– Мы и сами отлично справились.
– Доброе утро! – сказала Эльта, входя в гостиную.
– Доброе утро, деточка моя! Как хорошо, что все целы! Как я испугалась! – воскликнула Бетинка и стиснула Эльту в объятиях. – Мы спасены только благодаря тебе! Это ведь ты первая проснулась. Но как? Услышала, что этот разбойник ходит по саду?
– Нет, меня разбудила малиновая птичка.
– Какая птичка? – одновременно переспросили Бетинка и Тимуш.
Эльте пришлось рассказать им обо всём. Накануне за ужином ни она, ни Яник специально не стали заводить разговоров о Файолеане, чтобы не волновать Бетинку на ночь глядя рассказами о динозаврах, пропавшем коте, Меигет, ужасном проклятии и осколке пространства. Но теперь Бетинка узнала обо всём. Если Эльта что-то пропускала, она расспрашивала, пока не оказалась в курсе всех последних новостей Файолеаны. Нельзя сказать, что Бетинка восприняла их спокойно: на всём протяжении рассказа она только и делала, что охала, ахала и качала головой.
– А капитан какой-то странный в последнее время, – наконец пожаловалась Эльта. – Раньше ничего не скрывал от нас с Яником, а теперь молчит и даже спрашивать об Острове не позволяет!
– Это не удивительно, учитывая произошедшее, – заметил Тимуш. – Но сегодня всё-таки необходимо с ним поговорить. Нельзя, чтобы подобное повторилось.
– Сегодня он нам всё расскажет! – заверила Бетинка. – Я тебя понимаю, Эльта! Ужасно оставаться в неведении! Не беспокойся ни о чём, мы все вместе его спросим!
– Хорошо… А где письма?
– В надёжном месте, – заверила Бетинка и похлопала себя по карману.
После завтрака Тимуш принёс тетрадь и стал методично записывать события этой ночи, время от времени уточняя у Эльты и Яника подробности.
– Зачем это? – спросил Яник.
– Ещё никогда в жизни со мной не происходило ничего необычного, – признался Тимуш. – И теперь я хочу всё тщательно записать, чтобы не забыть.
– Я ничего не видела, но никогда такое не забуду! – воскликнула Бетинка.
– Это только кажется, дорогая, – отозвался Тимуш, не прекращая писать. – Не стоит слишком доверять своей памяти. Пройдёт немного времени, и что-то забудется, а что-то домыслится или исказится. Я люблю точность и зафиксировал всё как есть.
Эльта вышла в сад и увидела в море «Альбатрос», от которого двигалась шлюпка к берегу.
– Капитан!
Не успел капитан появиться на пороге, как Бетинка принялась с жаром рассказывать ему о ночных событиях. Он слушал и только хмурился. Потом Бетинка достала письма и протянула ему.
– Возьмите их с собой. Там всё, что помнила мама. А больше ничего нет.
– Спасибо, – сказал Олле Верус и убрал письма во внутренний карман.
– Птичка – не воспоминание. Это она меня разбудила, – сообщила Эльта и вдруг, неожиданно для себя, добавила звенящим голосом: – Мне обязательно нужно рассказать о ней Эймеру! Капитан, пожалуйста, отвезите меня на Остров!
– Что значит «отвезите»?! – ахнула Бетинка. – Разве ты не останешься у нас?!
– Совсем ненадолго, хотя бы на день! Я чувствую, что иначе… иначе что-то очень важное пойдёт не так! Или вообще ничего не получится! Эта птичка – из какой-то сказки! Да, я до сих пор не поняла, из какой сказки я сама, – но точно знаю, что мне обязательно нужно на Остров!