Сокол поджал губы, а потом с трудом улыбнулся. На подколки отца никогда не обижался. Просто сейчас они пришлись на сложную ситуацию вокруг Марко Ведари и лёгкое недоумение, почему его не посвятили в план по переброске Магнуса на новое место работы. Я думала, что банально не успели. Двух дней не прошло с того момента, как я жаловалась отцу на нехватку учителей. Сымпровизировали старые друзья-инструкторы.
– Итак, – заговорчески понизил голос Магнус, уводя меня в сторону. – Ты не поверишь, но больше всего Витта волнует не слаженная работа двух учебных заведений, а то, не докучает ли тебе здесь Сокол. Говори честно. Пристаёт?
Я покраснела. Вспомнила сцену в кабинете и подумала, что тут ещё стоит разобраться, кто к кому пристаёт.
– Я уже объяснила отцу, что у него нет причин для беспокойства, – пробормотала, смотря куда угодно только не на Магуса. – Лин Сокол всегда вежлив и сдержан. Не позволяет себе даже непристойных намëков. Вы зря думаете о нём плохо.
– Я его двадцать лет знаю, – напомнил главный инструктор. – Ладно, девятнадцать. У Сокола к тебе самые серьёзные намерения. Я устал объяснять это Витту. Он упёрся рогом: “Свадьбы не будет и всё!” Вот я и решил выяснить, что ты сама думаешь по поводу ухаживаний. Мне смириться или продолжать уламывать твоего отца?
Я не знала, что ответить. Мучительно подбирала слова и продолжала краснеть.
– Я приняла букет ромашек от лина Сокола, – осторожно призналась я. – Хотела бы узнать его лучше. Но говорить о свадьбе… Вы очень спешите. Я понимаю опасения отца, но и вы меня поймите…
Магнус вздохнул как-то уж совсем тяжело и горестно.
– Амелия, душа моя, тут ведь всё просто. Нравится он тебе или нет? Отвечай сейчас, пожалуйста, иначе седых волос добавится не только у Витта.
Я нашла взглядом Сокола. Он увлеченно беседовал с Бесо, но стоял так, чтобы мы с Магнусом оставались в поле зрения.
Сложно было говорить прямо то, о чём я даже себе старалась лгать. Руки дрожали, а сердце билось так же громко, как рядом с лучшим убийцей клана.
– Да, – ответила я тихо. – Нравится.
– Уф-ф-ф-ф, – выдохнул Магнус. – Хвала богам, полдела сделано! Не забудь при случае повторить это Соколу, и можно готовиться к свадьбе. Подожди, я вижу, как ты собираешься громко возразить. Я ещё не договорился с Виттом. Помолвочный браслет мой сын наденет тебе на руку, как положено. При всех родственниках и близких друзьях.
– Это он сказал, что собирается придерживаться традиций? – уточнила я, не особенно веря, что такое возможно. Лицо горело, голос дрожал, но поток слов уже было не остановить. – Если так, то он должен не только получить благословение от моего отца, долго ухаживать, забыть о многочисленных любовницах, но даже и не думать о близости до свадьбы! Целых полгода после того, как наденет на меня помолвочный браслет! Он справится?
Не вязалась готовность пойти на такие жертвы с тем, каким я видела Сокола. Нет, я уже понимала, что столько женщин в его жизни было неспроста. Причин не знала, только чувствовала, что они есть. И представить, что первый бабник Фитоллии забудет о своей привычке прыгать из койки в койку… Боги, да я чувствовала его похоть ежедневно!
– Конечно, он справится, – рассмеялся Магнус и тут же снова понизил голос. – Уже справляется. С момента его возвращения из Трезда и второй попытки получить благословение Витта я не видел его ни с одной женщиной. Поверь, уж если Сокол чего-то искренне хочет, он способен свернуть горы.
Я опустила взгляд и нервно теребила кружевной край рукава платья. Магнус тоже не перед чем не остановится, если намерен твёрдо идти к цели. В этом их с Соколом характеры совпадали. Меня уже вовсю сватали. Вот так, стоя во дворе посольской школы и не забыв поговорить сначала о делах, чтобы усыпить бдительность будущего жениха.
Кстати, я промолчала в ответ на утверждение, что любвеобильный воин взял обет воздержания. И верила его приёмному отцу, и нет. С одной стороны, вспышки гнева у Сокола не на пустом месте взялись. Вряд ли какие-то чисто рабочие неприятности могли настолько выбить его из колеи. Слишком давно был командиром, ко всему привык. Действительно очень похоже на эффект от длительного воздержания. А с другой стороны, Магнус за ним по пятам не ходил и о каждой любовнице знать не мог.
Ладно, не буду заострять внимание. У самой хватало нюансов, влияющих на решение Сокола позвать меня замуж. Работа в другом королевстве, воспитанники, чьи проблемы я принимала ближе к сердцу, чем свои. Мой дар, в конце-концов. Вот как объяснить Магнусу, почему лин Витт на самом деле был против свадьбы его дочери? От приёмного отца Сокола тянуло ароматом жасмина. Тонким и изысканным символом надежды. У меня язык не поворачивался снова врать, когда я уже почти согласилась выйти за Сокола. Придётся говорить правду. Я вдохнула глубоко, зажмурилась и выпалила:
– Лин Магнус, вы должны кое-что знать о будущей невестке. Я родилась с даром чувствовать эмоции других людей. Различать их по запахам.
– Нюхач? – с восторгом спросил мой почти-свёкор. Его обветренное и потемневшее на солнце лицо озарилось радостью. По дворцу школы клубами сладкого дыма пополз аромат яблока в карамели. – Я знал, я чувствовал! Видел же несколько раз, как ты маленькая принюхивалась. Долго не мог разгадать загадку. Считал, что всего лишь обоняние острое, а тут вон как. Сколько лет в клане не было нюхачей? Сто или двести?
– Сто тридцать семь, – взглянула я на него исподлобья. – И с предыдущим носителем дара моя семья никак не связана. Чистая случайность.
– Разведчикам не говори, пожалуйста, – совсем тихо попросил Магнус, склонившись к моему уху. – Они таких как ты с руками отрывают. Плевать, что невинная девушка, тут же к главе клана побегут выпрашивать отпустить тебя на службу. Это ж какой простор для незаметной работы! Хоть в свиту к королю тебя внедряй, хоть к вожаку мародёров. Все их истинные эмоции как на ладони будут. Любой заговор можно раскрыть.
– Знаю, – кивнула я. – В том числе поэтому мы с отцом молчали. Даже вам ничего не говорили.
– И правильно делали, – он по-отечески обнял меня. – Чем меньше людей посвящены в тайну, тем лучше. Если ты не хочешь в разведку, то незачем давать повод Прусту настоять на своём, а соклановцам сторониться необычной, по их мнению, девушки. Обойдутся. Живи так, как тебе комфортно.
У меня слёзы на глаза навернулись от глубокой признательности к мудрому наставнику. Страх, долгие годы заставлявший молчать о своём даре, понемногу отступал. Я снова чувствовала себя в безопасности. Так, наверное, и должно быть, раз уж мы собирались стать одной семьёй.
– И вас не смущает, – на всякий случай уточнила я, – что приёмный сын приведёт в дом настолько неудобную жену?
– Нет, – искренне расхохотался он. – Наоборот. Соколу радикальная честность в отношениях с супругой пойдёт на пользу. Хотел тихой семейной жизни? Будь готов делить пополам если не всё, то очень многое. А то привык он переживать молча.
Меня кольнуло воспоминаниями о странностях моего дара и “пустых” эмоциях будущего жениха. Ещё одна загадка, не дающая покоя. Препятствие, которое лучше устранить до того, как мы наденем помолвочные браслеты.
– Ты ему не рассказывала? – спросил Магнус и тут же себя оборвал. – Ладно, это ваше дело. Сугубо личное. Чем тебе помочь, кроме того, что я буду хранить тайну?