— Закрывайте ворота! — приказал он, и решетка рухнула за нами, Танас не успел добраться до башни.
— Проклятье! — закричал Танас, его глаза глядели в брешь на нас.
Он разглядывал врата, укрепленные железом, а потом посмотрел на неприступные каменные стены башни, его злобная усмешка вернулась.
— Ха! Что не пускает меня, не дает вам выйти!
Он засмеялся, резко и гулко. Уильям захлопнул дверь перед лицом Танаса, и мы ушли во дворик башни. Я посмотрела на высокие стены, которые стали нашей темницей.
— Что теперь? — спросила я.
— Мы останемся тут, — Уильям скривился от боли, осматривая свою рану, — продержимся, сколько сможем.
— Но толку, капитан? — спросил страж, вздохнул и обмяк на земле с другими солдатами, убежавшими в башню. — Белый флаг поднят. Бой проигран.
Я со страхом переглянулась с Уильямом. Мы оба знали, что, если врата поднять, бой за мою душу будет проигран.
21
— Уверен, что это тот замок? — спросила я, мы шли по широкой тропе из гравия в саду к главному входу в замок Арундел. — Я ничего этого не узнаю.
Впереди строение из серого камня с бойницами и башенками возвышалось на холме, покрытом зеленой травой. Ряды скругленных окон тянулись на стене, и бойницы казались украшением, а не защитой. На юго-западном углу большая круглая башня с узкими окнами напоминала укрепления замка, но остальное прямоугольное здание больше напоминало поместье восемнадцатого века.
Феникс изумленно нахмурился.
— Думаю, многое отстроили после гражданской войны.
Оставив мотоцикл на парковке для туристов, мы пошли вверх по склону, гравий хрустел под ногами. Старая стена у основания холма выглядела смутно знакомо, но больше я ничего в этом месте не помнила.
— Проблески могут быть неправильными? — спросила я.
— Они надежные, как воспоминания, — ответил он и приподнял бровь. — Хотя порой и воспоминания могут быть неправильными.
Я начинала думать, что мы тратили время, и стоило сразу поехать к Габриэлу, но тут мы завернули за угол, и вдруг стало видно пару квадратных каменных башен. Я тут же ощутила сильное дежавю. Словно две фотографии наложили одну на другую, я видела прошлое и настоящее. Старое и новое. Я видела, где башни восстановили, где врата починили, где раньше были бойницы замка. Только башня с колодцем осталась целой за века, хотя ее потрепали погода и осада.
— Вот он! — тихо выдохнула я. — Мой старый дом.
Феникс кивнул.
— Один из многих за твоих жизни… хотя, наверное, один из роскошнейших!
Мы зашагали быстрее от волнения. У входа для туристов нас встретила работница с мышиными волосами.
— Замок закрывается через полчаса, — предупредила она.
— Спасибо, — Феникс показал женщине наши билеты. — Времени хватит.
Она взглянула на билеты, но ее бледно-зеленые глаза куда дольше смотрели на меня, и это мне не нравилось. Я нервно улыбнулась ей. Она не улыбнулась в ответ, плотно поджала тонкие губы, словно попробовала кислый лимон, но пропустила нас. Мы миновали арку ворот и прошли в маленький двор. Я шепнула:
— Думаю, она узнала меня.
Феникс оглянулся, женщина наблюдала за нами на расстоянии.
— Думаешь, она — Дозорный? — спросил он.
— Не знаю… она могла видеть мое лицо в новостях.
— Тогда лучше поспешить, пока она не вызвала полицию, — ответил Феникс. — Помнишь путь в свою старую спальню?