— Андре — такое дерьмо, — шипит Тесса. — Заставить тебя возить его повсюду, не предупредив, что эти поездки съедят несколько часов твоего времени.
— Я имею в виду, если честно, Чарли действительно ударила его машину и попросила не сообщать об этом, — бормочет Сидни. Мы с Тессой поворачиваемся, чтобы посмотреть на нее, когда с передней части комнаты раздается голос.
— Дамы, — говорит Дженис Миллман, ее седые волосы убраны назад в цветную повязку, мышцы ее рук в завидном тонусе для шестидесятилетней. — Вы знаете, что нам нравится, когда вы присоединяетесь к нам, но, пожалуйста, будьте уважительны к другим.
Я оглядываю комнату и встречаю раздраженные взгляды двенадцати септуагенариев в трениках. Около года назад Тесса, Сидни и я отправились с нашими мамами в путешествие в Вермонт, где мы посетили наш первый класс йоги. Нам очень понравилось, и мы договорились заниматься регулярно, когда вернемся в Честер Фоллс, но единственный класс, который мы смогли найти по моему бюджету, был в центре для пожилых людей. Тесса потянула за ниточки и предложила принести свежие цветы, и теперь мы ходим туда каждую субботу утром. Это не самая строгая тренировка в моей жизни, скорее легкая растяжка, но все равно здорово проводить время с моими подругами.
— А теперь наклонитесь вперед и опустите тело на коврик, — говорит Дженис успокаивающим голосом, и мы следуем ее указаниям под звуки легкой тибетской музыки ветра и, возможно, под звук выпускаемого кем — то газа.
— Признание. Я всегда считала Андре Минасяна очень симпатичным, — шепчет Тесса.
— Я так и сказала!!! — шепчет Сидни, и по комнате разносится серия шиканий.
Я отказываюсь участвовать.
— Чарли Оуэнс, каменное сердце, — бормочет Тесса.
— Просто смотри, — говорит Сидни. — Может быть, Андре Минасян наконец — то станет тем, кто расколет ее твердую конфетную оболочку.
Теперь и Тесса, и я делаем лицо Сидни.
— Простите, я слишком много читала маминых романтических романов. — Голос Сидни приглушенная ковриком.
— Ну, учитывая тот факт, что у Андре есть девушка, я думаю, это может изменить нашу историю любви.
— Не может быть, — говорит Тесса. — Вот почему ты везешь его в Уилсон? Он все еще встречается с Джесс Миллер? Ничего себе. Я думала, что они точно расстались, когда она уехала в колледж.
— Я тоже так думала. Он буквально никогда не говорит о ней. — Я случайно замечаю лицо Сидни. Она ухмыляется.
— Он тебе нравится, — говорит она.
— Что? — спрашиваю я.
— Ты не просто злишься из — за поездки. Ты злишься, что он не упомянул Джесс. И тот факт, что он не упомянул Джесс, на сто процентов подозрителен. Может быть, все не так серьезно, как раньше. Ты знаешь, что это как раз то время, когда такая пара расходится.
Я смотрю назад, размышляя. Сидни права?
Тесса застонала, потягиваясь.
— Ты в порядке? — спрашивает Сидни. — Ты говоришь так, будто умираешь.
— Я работала сверхурочно на ферме. Моим родителям сейчас не хватает денег, — говорит она.
— С каких пор? — говорю я. — Ферма всегда в такой хорошей форме.
Тесса смотрит на меня, как на милого, но невежественного ребенка. — Чарли. Единственные фермеры, которые гребут бабки, это те, кто заработал миллионы на Уолл — стрит и занимается этим ради удовольствия. Если я хочу сохранить эту ферму для следующего поколения, мне придется проявить изобретательность или умереть, пытаясь это сделать.
— Я понятия не имела, — шепчу я. — Мне жаль.
— Дамы! — Дженис Миллман говорит, превозмогая себя. — Если вы хотите, чтобы вам разрешили вернуться, вам придется — прошу прощения за мою враждебность — заткнуться к черту.
Сидни поворачивается ко мне, глаза расширены. — Я думала, йога должна быть расслабляющей.
После душа и переодевания я сижу в машине возле дома Андре уже добрых пятнадцать минут, прежде чем решаю постучать в дверь. Он не отвечает на свои сообщения, и я умру, прежде чем стану одним из тех людей, которые сигналят, чтобы сообщить кому — то о своем приезде. Даже если этот кто — то — такая же заноза, как Андре Минасян.
Но когда я подхожу к входной двери, боясь потревожить домочадцев субботним утром, я понимаю, что дом уже точно проснулся. Я понимаю это по громким звукам бразильской джазовой музыки, которая грозит вырваться из окон.
Высокая, загорелая, молодая и прекрасная, девушка из Ипанемы идет…