На пару минут в воздухе воцарилась тяжёлая мглистая тишина, тревожимая лишь звонкими переливами ветра и шелестом листвы; практически догорели бумажные фонарики, а бесконечный сад понемногу накрывала предрассветная золотистая вуаль, разбавляя аспидовые мрачные пятна сияющей охрой, — ранее утро медленно и неотвратимо заступало на территорию Безночного Города, и воздух наполнялся запахом жжёной карамели и благоуханием раскрывающихся розовых бутонов.
Так и не дождавшись ответа, Варвара бесшумно поднялась со скамейки и склонилась в глубоком вежливом поклоне, как никогда соответствующем ситуации, — туманная беспечная ночь прошла, уступая место традициям и церемониям, и теперь она была всего лишь неразумным мальчишкой, стоящим с низко опущенной головой перед великим заклинателем и главой ордена.
— Светлого дня главе Вэнь, — едва слышно сказала Варвара и поспешила раствориться в переплетении узких садовых дорожек — последние несколько минут она забывала даже дышать, а потому сейчас грудина, словно сдавленная железными тисками, ныла и ломала рёбра изнутри острой пылающей болью; прислонившись горячим лбом к ближайшей ледяной колонне, Варвара кое-как перевела дух и обхватила безликий камень руками, сжимая в исступлённом объятии и словно пытаясь врасти — вплавиться всем телом в равнодушный гранит.
В голове протяжно звенела тусклая пустота.
Забытая ленточка осталась в глубине сада, обвивая кроваво-алый бутон пурпурной змеёй.
***
Обратно в Пристань Лотоса их провожала гроза.
Варвара вообще не думала когда-либо лицезреть данное погодное явление в пределах Безночного Города, но погода преподнесла ей своеобразный сюрприз — ясное с самого утра небо буквально за час превратилось в лохматую серую бабушкину шаль, а потом обрушилось на грешную землю потоками холодной воды.
Варвара, кутаясь в сиреневую мантию, стояла на круглой каменной площадке, откуда адепты и ученики отбывали в свои родные кланы, и дожидалась отмашки отца — Цзян Фэнмянь не торопился, обсуждая что-то вполголоса с главой ордена Цзинь.
Самыми первыми сорвались с места заклинатели из Цинхэ Не — даже не дождались утра: похоже, главе клана Не было физически и морально тяжело находиться во владениях ордена Цишань Вэнь. Варвара видела Не Минцзюэ лишь мельком — Хуайсан шепнул что-то брату на ухо, ловко проскользнул под его внушительной рукой и пробрался к Варваре, вручив ей красивую и изящную лакированную шкатулку из светлого песчаного дерева.
— Как и обещал, Цзян-сюн, — заговорщицки подмигнул он и молнией понёсся обратно к своим адептам, а Варвара ещё долго пялилась на тончайшей работы резной веер, украшенный крупными жемчужинами и сиреневым кружевом и расписанный по всей поверхности пенно-розовыми цветками лотоса.
Орден Гусу Лань отправился в Облачные Глубины рано утром, неукоснительно придерживаясь своего режима, — Варвара, измученная бессонной ночью, проводила взглядом вспорхнувшую в небо стаю заклинателей в белых одеждах и с поэтичной рассеянностью подумала, что они напоминают клин журавлей, улетающих в тёплые края, — в её воспалённом сознании порой рождались максимально странные ассоциации.
Теперь же Варвара терпеливо ждала, пока отец и Цзинь Гуаншань обсудят все насущные вопросы, виртуозно игнорировала мешком повисшего на ней Вэй Усяня и очень многозначительно переглядывалась с Цзинь Цзысюанем — как оказалось, в те моменты, когда юноша из золотого ордена не корчил надменные рожи и не пел серенады о любви к самому себе, он становился очень даже похож характером на саму Варвару из её предыдущей жизни, и между ними установилось негласное товарищеское сотрудничество на уровне ментальной связи.
— Как думаешь, нам сильно достанется от госпожи Юй? — дёрнул её за распущенные волосы брат — он, как и прочие адепты Юньмэн Цзян, удивился, когда Варвара вышла к завтраку без привычной причёски, но задавать вопросы не рискнул — уж слишком сонное и злое лицо у неё было.
— Не сильнее, чем обычно, — «утешила» мальчишку Варвара и растянула губы в ласковой улыбке, от которой Вэй Усянь ощутимо вздрогнул всем телом и даже соизволил отпустить из медвежьих объятий её многострадальную тушку.
— Ну тебя!
Варвара равнодушно хмыкнула и вперила тусклый взгляд в линию горизонта, где насыщенная графитовая серость постепенно уступала место прозрачному эфирному серебру, расступаясь перед преломлённым солнечным светом. Краем уха она прислушивалась к беседе старших адептов, из которой узнала, что главы великих орденов попрощались друг с другом ещё с вечера, — тем интереснее было бы узнать, какие же очередные сплетни сливал прямо в ухо её отцу батюшка Цзинь Цзысюаня.
Но Варвара никогда не позволяла себе излишнего любопытства к чужим разговорам, потому предпочла переключить внимание на брата, которому явно не терпелось запрыгнуть на меч и сорваться с места.
— Если матушка и будет ругаться, то только на меня, — она одобрительно похлопала Вэй Усяня по плечу и подмигнула ему. — Ты проспал половину состязания и всё равно оказался в списке самых результативных лучников, — Варвара с какой-то щемящей сердце тоской подумала, что оригинальный Цзян Чэн, наверное, очень расстроился бы данному факту, но сама Варвара не чувствовала ничего особенного, кроме лёгкого удовлетворения успехами своего спутника.
— Ты тоже мог бы там оказаться, А-Чэн, если бы отвлёкся хоть на секунду от своей драгоценной книжки, — беззлобно поддел Вэй Усянь и сдул с её лица волнистую прядь, обдав кожу ароматом мятного чая и сладких булочек с начинкой из варёной локвы.
— Было бы, на что отвлекаться, — театрально презрительно закатила глаза Варвара под громкое хихиканье брата.
Кажется, Цзян Фэнмянь посмотрел на неё неодобрительно, и вспомнил, наконец, что пора бы отправляться в путь, торопливо раскланявшись с главой клана Цзинь.
«Неужели!» — шепнул одними губами промокший до нитки под дождём Цзинь Цзысюань — Варвара послала ему сочувственный взгляд и похлопала по рукояти собственного духовного клинка, что давно уже пронзительно дребезжал, вплетаясь незатейливой мелодией в перезвон шуршащих по каменной кладке капель, — мечу тоже не терпелось вернуться домой и погрузиться в родное тепло края лотосовых озёр.
Всей душой стремилась в Пристань Лотоса и Варвара — подальше от яркого и горячего Безночного Города, подальше от странных и будоражащих сознание ночных разговоров и насыщенного пеплом горького воздуха.
Подальше от выворачивающего внутренности наизнанку рубинового взгляда главы ордена Цишань Вэнь.
Комментарий к Глава 19
Я вот тоже люблю прогуляться ночью. Плохая, очень плохая привычка.
https://sun9-84.userapi.com/s/v1/if2/I7AD_Rr2a1QCVdOmzAxw2v2SVOAoMghFhrt4yKu_zYW9aQW9I1qp-ETHIGaM8UngRo-uJjAsUufbghQY3ZHuf–.jpg?size=1800x1800&quality=95&type=album