До противоположного конца Галактики, например, до Дамограна, он идет дольше: пятьсот тысяч лет. Рекордное время, за которое можно проехать это расстояние автостопом — чуть меньше пяти лет, но при этом вы мало что увидите в пути.
«Путеводитель для путешествующих автостопом по Галактике» говорит, что если вы наберете полные легкие воздуха, то сможете прожить в полном космическом вакууме около тридцати секунд. Однако, — продолжает он, — при том, что космос имеет умопомрачительные размеры, есть вероятность, что за эти тридцать секунд вас подберет другой космический корабль. Эта вероятность равна двум в степени двести шестьдесят семь тысяч семьсот девять к одному.
По совершенно сногсшибательному совпадению, таким же был номер телефона квартиры в Айлингтоне, где Артур был на очень веселой вечеринке и познакомился с очень милой девушкой, с которой у него ровным счетом ничего не вышло, — она ушла с человеком, который пришел без приглашения.
И хотя планета Земля, квартира в Айлингтоне и телефон были уже уничтожены, очень утешительно осознавать, что они хоть как-то увековечены в том факте, что через двадцать девять секунд Форд и Артур были спасены.
9
Компьютер обеспокоенно заверещал что-то сам себе, заметив, что шлюзовая камера открылась и закрылась без видимой на то причины.
Это случилось потому, что Здравый Смысл ушел на обед.
В Галактике только что образовалась дыра, просуществовавшая ничтожную долю секунды. Она была шириной в ничтожную долю дюйма и длиной во многие миллионы световых лет.
Когда она закрылась, из нее выпало множество бумажных колпаков и надувных шаров, и они уплыли в даль Вселенной. Также из нее выпали семь трехфутовых рыночных аналитиков и умерли отчасти от удушья, отчасти от удивления. Еще из нее выпали двести тридцать девять тысяч поджаренных яиц и материализовались большой кучей на пораженной голодом планете Погхрил в системе Пансел.
Все население Погхрила незадолго до этого погибло от голода, кроме одного человека. Этот человек умер через несколько недель от холестеринового отравления.
За ничтожную долю секунды своего существования дыра реверберировала во времени взад и вперед самым невероятным образом. Где-то в глубоком прошлом она серьезно травмировала небольшую случайную группу атомов, плывших в стерильной космической пустоте, и столкнула их вместе, заставив принять причудливые и необычные конфигурации. Эти конфигурации быстро научились воспроизводить себя (этим они и были необычны) и доставили огромные проблемы всем планетам, до которых они добрались. Так зародилась жизнь во Вселенной.
Пять бешеных событийных водоворотов завертелись в диком вихре хаоса и разбились о мостовую.
На мостовой лежали Форд Префект и Артур Дент, раскрывая рты, как выброшенные из воды рыбы.
— Ну, вот, — просипел Форд, пытаясь вцепиться в мостовую, несшуюся сквозь третий уровень непостижимости. — Я же говорил, что придумаю что-нибудь.
— Ну да, конечно, — сказал Артур.
— Это была отличная идея — остановить пролетающий мимо корабль, который нас спасет.
Реальная вселенная выгнулась под ними, оставив ощущение тошноты, а различные иллюзорные вселенные беззвучно помчались мимо, как горные козы. Вспыхнул первичный свет, расплескав пространство-время, как сметану. Время расцвело пышным цветом, а материя сжалась в ничто. Величайшее простое число свернулось тихонько в углу и исчезло навсегда.
— Брось, — сказал Артур. — Шансы были микроскопичны.
— Но ведь получилось!
— Что это за корабль? — спросил Артур, когда бездна вечности разверзлась под ними.
— Не знаю, — ответил Форд, — я еще не открыл глаза.
— Я тоже, — сказал Артур.
Вселенная подскочила, застыла, задрожала и разлетелась на куски в самых неожиданных направлениях.
Артур и Форд открыли глаза и удивленно осмотрелись вокруг.
— Боже, — сказал Артур, — это, похоже, побережье в Саутенде.
— Рад слышать это от тебя, — сказал Форд.
— Почему?
— Потому что я подумал, что сошел с ума.
— Вполне возможно. Может быть, тебе только кажется, что я это сказал.