— Видел.
— Если бы ты знал, что он вытворял! Кофточку на мне порвал, еле вырвалась из его лапищ и домой прибежала. К нам-то сюда идти не решается — отец ему задаст. А, уеду я отсюда, все равно Тимка мне житья не даст! — решительно махнула рукой Любаша.
— Куда?
— К тете, на Урал.
— Ты… серьезно?
— Серьезно, Валентин, да и родители настаивают.
— А ты? Ты хочешь?
— Хочешь не хочешь, надо: убьет ведь, это такой зверюга! Ему ничего не стоит.
— Любаша, — неуверенно начал Зацепа, — есть другой выход…
— Какой?
— Давай поженимся!
Она низко наклонила голову и долго молчала. Потом резко выпрямилась, в глазах блестели невыплаканные слезы.
— Мне с тобой хорошо, я привыкла к тебе, но…
— Поедем ко мне! Я добьюсь — мне дадут комнату!
Любаша отрицательно качала головой.
— Не спеши, не спеши с ответом, ты подумай. Обещаешь подумать?
— Ладно, — очень тихо отозвалась Любаша.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Как-то вечером Зацепа влетел в комнату гостиницы радостно-взволнованный и прямо с порога возвестил:
— Эд, поздравляй!
Фричинский лениво оторвался от книги:
— С чем именно?
— Я женюсь!
— Неужели на Любаше?..
— Ты догадлив необычайно.
— А прошлое? Оно у нее с пятнышками.
— Хочешь поссориться со мною?
— Брось саморазгораться, Валек. — Фричинский примирительно обнял его за плечи и слегка встряхнул. — Я просто хочу уберечь тебя от роковой ошибки. Дело-то ведь нешуточное.
— Позволь мне самому распоряжаться собой!
— Чудак! Распоряжайся сколько хочешь, если тебя не интересует мнение друга…