Читать книгу «Летопись электричества» онлайн.

Только что введенные единицы были еще непривычны для слуха многих делегатов. Некоторые из них близко знали многих великих ученых, в честь которых конгресс принял названия единиц. Еще будучи молодыми людьми, многие из сидевших на скамьях делегатов видели и слышали обессмертивших себя своими трудами ученых. Слишком еще привычны были, хотя и вносившие много путаницы, старые неточные единицы.

Всем было ясно, что «кулон», «вольт», «ампер», «ом», «фарада» — это не только электрические сантиметры, граммы и секунды, это не просто мертвые и безмолвные единицы. Всем было ясно, что эти имена запечатлены в электрических единицах в знак высшего почета, уважения и благодарности, которые сохранят потомки в веках, как память о прекрасных людях, своими самоотверженными и выдающимися трудами осветивших путь развития замечательной науки об электричестве.

С этими мыслями и чувствами делегаты и гости покидали зал после исторического второго заседания конгресса.

Глава 35.

БЕСПЛАТНЫЙ ПАЦИЕНТ

МАРСЕЛЯ ДЕПРЕ томило вынужденное из-за болезни пребывание дома в дни, когда весь ученый Париж находился в Елисейских Полях, во Дворце промышленности, участвуя в работах Международного конгресса электриков.

Депре нетерпеливо ждал этого конгресса, давно готовясь выступить на нем с важным сообщением о передаче электрической энергии по проводам.

По непонятным для Депре причинам его доклад не был включен в порядок дня конгресса.

Депре напряженно ожидал возвращения своего друга талантливого физиолога, врача и физика Жака Д’Арсонваля. Депре поручил передать конгрессу письмо, в котором он вторично просил предоставить ему возможность выступить с докладом о передаче электрической энергии. Он хотел поскорее узнать, согласны ли величайшие ученые выслушать его предложение. Тогда уже никакие болезни не удержали бы его дома, и он немедленно отправился бы во Дворец промышленности!

Стук в дверь вывел Депре из забытья. Он кинулся в переднюю.

— Жак, это ты? — спросил возбужденный Депре, открывая дверь.

— Да, это я, Марсель!

— Мне предоставлено слово?

— Будет предоставлено, Марсель, и, по всей вероятности, на ближайшем же заседании. Перед началом сегодняшнего заседания я вручил твое письмо непосредственно Гельмгольцу. Ознакомившись с ним, он сказал мне: «Ведь это вы вместе с господином Депре усовершенствовали гальванометр? Я хорошо знаком с вашим прибором». Признаюсь, очень приятно было услышать это из уст самого Гельмгольца. Я не знаю, что он дальше сделал с твоим письмом, но, открывая заседание, председательствующий предложил конгрессу присоединить твой доклад к порядку дня. С этим удивительно быстро согласились все.

— Очень тебе благодарен, Жак! — сказал Депре, горячо пожимая руку Д’Арсонваля.

— Меня, собственно говоря, не за что благодарить. Поблагодари свою собственную голову за то, что она рождает такие замечательные идеи… А теперь давай-ка я тебя послушаю.

Депре безропотно приготовился к медицинскому осмотру. Д’Арсонваль выслушал сердце и легкие своего бесплатного пациента.

— Ну что, Жак, скоро ли я буду здоров?

— Постараюсь тебя вылечить. Я посажу тебя в мою электрическую клетку высокого напряжения, а потом сделаю тебе электрический «воротник». Нужно успокоить нервы — от них все твои болезни:

— А если не вылечишь, я, кажется, из могилы прибегу во Дворец и прочитаю доклад!

— Посиди спокойно. Я расскажу тебе, что происходило на последних заседаниях конгресса. 24 сентября на третьем заседании Международного конгресса электриков был утвержден текст приветственной телеграммы, отправленной в Гёттинген замечательному физику Вильгельму Веберу по случаю пятидесятилетия его профессорской и научной деятельности.

Далее конгресс перешел к обсуждению важного вопроса, поднятого директором компании телефонов господином Лартигом, о безопасности зданий, несущих на себе провода телеграфной и телефонной сети. Господин Лартиг заявил, что домовладельцы не разрешают укреплять на их зданиях столбы, поддерживающие телеграфные и телефонные провода. Они опасаются пожаров, которые могут возникнуть «от молний, притягиваемых проводами». По мнению Лартига, этот предрассудок должен быть разоблачен именем конгресса. По этому вопросу высказались еще семь делегатов. Гельмгольц сказал, что домовладельцы отчасти правы, потому что применяемые меры защиты от атмосферного электричества еще не совершенны. По его мнению, нужно прочно соединить с землей те металлические стойки, на которых укрепляются изоляторы телефонных и телеграфных проводов.

— Мне кажется, Жак, что вопрос, поднятый Лартигом, очень важен. Он касается и меня. Если будут строить линии для передачи электроэнергии, нужно будет предусмотреть также и защиту от разрядов молнии.

— Верно, Марсель! Слушай дальше. На четвертом заседании конгресса — впрочем, это больше по моей специальности — выступал физиолог Дюбуа-Реймон и излагал некоторые важные мысли об использовании электричества при исследованиях животных и лечении людей. Затем говорил Фан-Риссельберг[33] от имени Брюссельской обсерватории по поводу устройства особой международной телеграфной сети для передачи сведений о погоде. Далее следовал доклад Сименса, поднявшего вопрос о праве собственности на подводные телеграфные кабели. Он рассказал конгрессу, как один американский капитан порвал якорем корабля трансатлантический кабель, стоящий миллионы…

Однако я забыл сообщить тебе о самом главном. На территории выставки и в залах заседаний конгресса появилось необычайное объявление такого содержания:

Как тебе это нравится, Марсель? Может быть, и ты можешь претендовать на этот «легкий» заработок?

— Заработок этот не легкий! Я думаю, что господин Джонстон еще много лет будет оставаться со своими деньгами… В сущности, мы ведь еще не имеем никакого понятия об электричестве.

Глава 36.

НАПРАСНЫЙ РОПОТ

С ТЕХ ПОР как конгрессу была сообщена просьба Депре, прошло всего несколько дней. Но многие не находили себе места в ожидании того часа и минуты, когда, наконец, они увидят и услышат Депре.

И вот этот желанный момент настал. На трибуну поднялся человек, мысли которого были выражением чаяний передовых техников, и приступил к своему докладу:

[33] Франсуа Ван Риссельберге (1846–1893) — бельгийский ученый, который был предшественником или изобретателем множества устройств в области метеорологии и телефонии. — прим. Гриня