Люди государевы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Дабы он государю отправил:… Дабы от государя опалы не было…

— Ох, падла ты двоеручная! Сейчас пойдешь и заберешь у Осипа свою явку! А коли не заберешь, мы те такую опалу устроим, небо в овчинку покажется!.. Василий, — обратился он к Ергольскому, — отведи его за караулом к князю!..

Да передай князю, что дозволяется ему завтра, на Троицын день, быть на обедне за караулом же…

Щербатый вышел на высокое крыльцо в темно-зеленой однорядке из «аглинского» сукна с серебряными пуговицами. Окинув надменным взглядом стоявших внизу Ергольского и Пичугина с караульными, недовольно спросил:

— Чего приперлись?

— Здравствовать тебе, Осип Иванович, — примиряющим тоном приветствовал его Ергольский. — Передаю от Ильи Микитича и от всего мира, что дозволено тебе быть завтра на обедне в Троицкой церкви…. Однако под присмотром караульных казаков…

— Мне ваше дозволение не надобно!.. Попробовали бы не допустить, перед Богом и государем за то ответили бы!..

— Тут еще одно дело, Осип Иванович! Вот Лучка о том скажет.

Ергольский подтолкнул Пичугина в бок.

— Осип Иванович, возверни мою явку, сделай милость!.. Передумали мы с Петрушей…

— Пошто это вдруг передумали? — с ехидцей в голосе спросил Щербатый.

Пичугин замялся и потупил взор.

За него ответил Ергольский:

— Явка сия писана ложно, насильством никто никому к челобитьям руки прикладывать не веливал!..

— Бредни кому другому рассказывай! Я вижу по разбитой роже, пошто передумали!.. Нет у меня никакой явки!

— Осип Иванович, смилуйся, отдай им явку!.. — взмолился Пичугин. — Пострадаю я из-за бумаги сей!..

— Я тоже страдаю, — ухмыльнулся Щербатый. — Милости проси у воровского воеводы да у его советников!.. Пошли вон!

Щербатый развернулся и вошел в дом.

Глава 2

Благодатным выдался день на Троицу, в 21-й день мая. С утра был недолгий дождь, обещая добрый урожай к осени, а после обедни в Троицкой соборной церкви прихожане в праздничных одеждах не спешили расходиться, держа в руках освященные березовые ветки и пучки слезной травы, радовались ласковому солнцу, уже подсушившему замшелые купола и кровлю собора.

Когда на паперть вышел князь Осип в окружении караульных, к ним подошел подьячий Кирилл Якимов сын Попов и с почтеньем сказал:

— С великим праздником тебя, Осип Иванович, а сына твоего Константина Осиповича с великим праздником и Днем ангела!..

— Благодарствую, благодарствую! — довольный вниманием протянул Щербатый, надевая шапку и сводя полы червчатой ферязи.

Следом к опальному воеводе подошли с поздравлениями подьячие Иван Кинозеров, Василий Бубенной и казак Немир Попов, брат Кирилла. Глядя на них, подтянулись еще десятка два служилых.

Широко улыбаясь, нарочито громко Щербатый провозгласил:

— Спасибо, люди, что вы добры ко мне! Приглашаю всех, кто похочет, в мой дом на праздничный стол, как то прежде бывало! Вина и стряпни довольно! Отметим Духов день, также именины сына моего Константина, хоть и не будет его самого!..

— Мы бы с превеликим удовольствием, Осип Иванович, токмо градским кругом строго не велено ходить к тебе на винную чарку! — сказал Кирилл Попов.

Щербатый нахмурился, погладил русую, еще не тронутую сединой бороду и посоветовал:

— А вы у Илейки Бунакова дозволения спросите! Хотя он и воровской воевода и за то перед государем ответит, однако не бусурманин, Троицу, поди, почитает!

— Сходим к нему, сходим, Осип Иванович! Коли дозволит, тебя известим, сколь гостей придет, дабы провиант тебе попусту не переводить…