Мы продолжали спускаться по лестнице, пока не достигли вестибюля. Сейчас он был пуст. Только завывание сильного ветра и говор толпы нарушал спокойствие и тишину зала. Из больших высоких окон, тянувшихся вдоль вестибюля, было видно, как ученики и учителя собрались подле главных ворот коллегии.
Спешно пройдя по длинному вестибюлю, мы подошли к дверям во двор коллегии. Эолина открыла двери, и тут позади меня послышался молодой голос.
— Архимаг! Архимаг! Подождите!
Я повернулся. Это был Силезирен — учитель алхимии, который пришел на замену покинувшему коллегию старому алхимику. Он был одет в черный меховой балахон, на поясе которого болтались разные мешочки и склянки, которые звенели, когда тот шел. Его козлиная бородка черного цвета прикрывала блестящий медальон.
— Что за ужас там произошел? Вы не знаете, архимаг? — спросил он, подойдя к нам.
— Катастрофа, Силезирен. Скорее, надо помочь людям! — ответил я и отвернулся от него побыстрее, пока он в силу своей привычки не стал болтать.
Эолина вышла на улицу. Я и Силезирен выбежали за ней.
По обеим сторонам от булыжной дороги, которая соединяла разные постройки двора, стояли горящие огни. Прямо перед нами выросла высокая статуя Тарсану Залдеру, на деньги которого и была выстроенная основная часть коллегии, обращенная к нам спиной. Мы ринулись к статуе. Сильный ветер и снег, валящий крупными хлопьями, мешали идти. Очертания высокой стены, окружающей коллегию от города, едва были видны.
— Сопроводи учеников во внутренний зал, — обратился я к Эолине пока мы бежали.
— Архимаг, смотрите! — крикнула она и указала в сторону стены, что выходила на море. Сквозь метель там просматривалась дыра: стена, похоже, обвалилась в море.
— О, боги! — ахнул Силезирен. — Там же никого не могло быть?
— Надеюсь, — ответил я. — Там, к счастью, нет жилых корпусов.
Понимая, чего могут стоить минуты промедления, я изо всех сил бросился к воротам. Эолина двинулась за мной, а Силезирен, видимо, остался подле статуи.
Толпа, собравшаяся у ворот, расступилась, когда мы с Эолиной приблизились. Гомон утих. Огибая взглядом столпившихся преподавателей и учеников, я пытался найти Альборна — моего верного соратника и старейшего учителя в коллегии. Он был управителем всех дел коллегии, пока меня не бывало на месте, что происходило очень часто.
Но в толпе я не смог его найти: мешал валящий снег. Пока я тщетно пытался отыскать Альборна кто-то взял меня за руку. Я вздрогнул и моментально взглянул на того, кто это сделал. Это была Каролина — преподаватель иллюзии, она как раз выбралась из толпы. Ее выражение лица было мрачным, впрочем, как и у всех, кто стоял тут.
— Вы вовремя! — сказала она. — Альборн уже собрал нескольких старших учеников и отправился на подмогу. Нам он сказал оставаться тут.
— Хорошо! — ответил я и обратился к учителям и ученикам. — Кадир, Кармиллион, Алора, Мира, Анэрол, Кальнор и Менестерион! Берите старших учеников и за мной! Надо помочь расчистить завалы, попытаться найти уцелевших и помочь раненым. Остальные, следуйте за Эолиной и старайтесь не приближаться к стенам со стороны моря, там все еще может быть опасно.
Все стали собираться, толпа зашевелилась. Я же пока направился к воротам.
С ужасом я взглянул на место, где когда-то стояло целых пятнадцать домов, среди которых были и простенькие деревянные избы, и приличный особняк купца торговой гильдии и почитаемого горожанина — Балдрсона. Стояла ночь. И горожане сидели по домам в тепле очага, когда произошла катастрофа. От осознания произошедшего бросало в дрожь.
— Архимаг! — окликнул меня грубый на слух голос Кадира с остатками южного акцента. Смуглая его кожа казалась чем-то удивительным тут, на далеком севере. — Мы готовы, но…
— Мы не нашли Миру, — взволнованно продолжил Менестерион.
— Она могла пойти с Альборном? — поинтересовался я и уже стал переживать. Мне вспомнилась обвалившаяся стена.
— Нет, — ответила Алора. — Мне кажется, она уходила в город после вечерней трапезы.
— Тогда вперед! — скомандовал я. — Будем надеяться, что она не пострадала.
Я отворил кованые ворота, и мы ринулись по главной и единственной улице Колдрамма к тому месту, где произошла катастрофа.
В городе стояла суматоха и паника. Старушонки и женщины с детишками, стоя на коленях и смотря в сторону обвала, рыдали навзрыд и стонали. Мужики и стражи собирались подле спуска в низину, видимо для того, чтобы разгребать завалы. Я оставил нескольких учеников подле детей, женщин и старушек, а остальных повел к спуску, где собирались отряды. Но на половине пути, прямо возле княжьего чертога, нам повстречалась группа дружинников, окруживших кого-то или что-то. Рядом же стояло еще трое дружинников, и держали троих моих учеников, заломив им руки. Я отдал командование Менестериону, а сам бросился к схваченным ученикам.
— По какому праву вы держите этих юношей? — грубо закричал я на дружинников. — Все они под моей протекцией!
— Архимаг, — стал лепетать один из чародеев, — скорее, Альборн и Мира… — он не смог договорить. Дружинник, видимо сильнее заломил ему руки и поэтому тот издал вопль боли.
— Молчать! — добавил вояка после. — Эй! Тут архимаг заявился!
Дружинники, стоявшие до этого ко мне спиной, повернулись и немного расступились так, что, наконец, стало видно, происходящее тут.