— Нет, виновником стал открывшийся драконий курган, что обнаружили мужики и показали мне, — ответил я и увидел удивление в глазах мида.
— Вы имеете в виду, что видели дракона?! В наше время? Не могу поверить своим ушам! Это замечательно! Хоть смогу увидеть дракона в живую! — закричал от радости мид, но при этом не потерял всей своей строгости.
— Увы, это очень печальная новость, Либрий. И не было никакого дракона. Курган был пуст. А вот что это может означать, я и пришел выяснить. Все это может принести нам беды.
— Книг про драконов очень много, но это всего лишь сказания, — с досадой ответил Либрий и выскочил из-за своей стойки.
Он подошел к одному из стеллажей и стал тонким пальцем водить по книгам. На пятом или шестом трактате в красной кожаной обложке он остановился и вытянул ее с полки.
— Вот! — сказал он и протянул книгу мне.
Книга эта была довольно красива. На обложке золотыми буквами было выбито название. Красная обложка сверкала в свете люстры, висящей над нами. Она была довольно большая и тяжелая.
— Как-то давно выторговал ее у одного перекупщика, которого привез в Колдрамм наш достопочтенный купец. Вы же знаете, архимаг, что я никогда не пропущу хорошую книгу.
— Сказаний о драконах я тебе и сам рассказать могу. Мне нужны пророчества или наблюдения ученых. А впрочем, ладно, приноси что есть, — ответил я и направился к столу, чтобы начать читать.
Спустя час на моем столе лежала кипа книг, трактатов и свитков про драконов, которые можно было только найти в библиотеке, скопившиеся за столько лет ее существования.
Я вчитывался в каждую строку написанную порой уже размытыми от времени чернилами. Книга за книгой, трактат за трактатом: я читал все в поисках ответов на вопросы: что могло вызвать открытие кургана? Что сие может означать? То, что драконы пробудились, и грядет их возвращение?
С самой поздней ночи и до раннего утра второго дня после катастрофы я провел в библиотеке, сомкнув глаза лишь на несколько часов. Мы с Либрием перевернули все имевшиеся книги в поисках ответов. Но в сказаниях и легендах мы не нашли ничего путного. Тем не менее, мы обнаружили летописи северного Сивиля — «Житие северян и варваров за землями освоенными». Листая погодовую перепись событий, мой взгляд остановился на строке, где говорилось о сражении с драконом за кряжем Северных гор. «А я и не знал этого!» — пробежала у меня в голове мысль при прочтении описания битвы, — «Вот и история кургана, что дал о себе знать!» — подметил я позже.
И вот я начал перелистывать страницы последней лежащий у меня на столе книги: текст просто сливался в глазах. И когда я пролистнул название главы, которое занимало, целую страницу, я наткнулся на упоминания древних пророчеств о драконьих повелителях. Рукопись говорила, что на Стене пророчеств в Храме драконьего слова есть предсказание о появлении повелителя и новом приходе драконов.
— Вот оно! — вскрикнул я и привстал со стула.
— Вы что-то нашли, архимаг? — с интересом спросил подбежавший ко мне Либрий.
— Да, но это лишь подсказка. Ничего конкретного… Зато я знаю с чего начать! — сказал я и спешно пошел к выходу.
Либрий стоял в недоумении.
— Прости, Либрий. Я хотел бы помочь тебе, но надо спешить! — ответил я, заметив это. — Я пришлю к тебе нескольких человек на помощь.
Я вышел из библиотеки и немедленно направился в свои покои собирать вещи.
«Драконий повелитель вернется!» — говорил я себе постоянно, в то время как собирал необходимые вещи в дорогу. Со стола я взял кошелек с несколькими золотыми даркониями и положил его в висящую на поясе дорожную сумку. Еще положил в сумку писцовые принадлежности, фиалы с рубиновой пылью, полотно плотной ткани и несколько свежих фруктов, которые нашел в своих покоях. Затем снял с накренившегося стеллажа завернутый в ткань предмет. У стола я развернул его. В ткани лежала маска, из пожелтевшей драконьей кости. Ее украшала мастерская резьба, края которой были украшены красной краской; узкие прорези для глаз, позволяющие защищать их от снега и соринок, переносимых ветром; прорезь для рта напоминала прутья решетки, а носовая была выделана в виде носовой кости черепа. Я часто носил эту маску, с ней было связанно множество воспоминаний. Завернув ее обратно в ткань, я убрал ее в сумку.
После я снова бросился к столу. На нем все еще был лист, на котором я что-то писал, когда произошло землетрясение. Что там было написано, разобрать не представлялось возможным, так как на него опрокинулась чернильница. С помощью магии вытянул все чернила из листа бумаги и поместил их обратно в чернильницу. Затем мокнул в нее перо и написал записку Эолине, где рассказал о поводе моего спешного отъезда, на случай если я ее не встречу по пути к конюшне. Когда записка была готова, я накинул на голову капюшон своей меховой накидки и покинул покои.
Спешно спустился вниз. И быстро пройдя через пустой Круг обучения, вышел во двор. Небо полностью заслонили тучи. У статуи я свернул с дорожки и пошел напрямик по сугробам к небольшой конюшне, которая находилась подле ворот. Она была деревянная, но достаточно хорошо удерживала тепло для того чтобы там могли жить лошади.
Сейчас в конюшне, предназначенной для пяти лошадей, стояло только две. Один вороной жеребец принадлежал мне. В конюшне я наткнулся на троих учеников. Они кормили вторую лошадь яблоками.
— Архимаг! — робко проговорил один из них, заметив меня. Остальные резко развернулись и поздоровались со мной.
— Вы снова покидаете нас? — спросил второй ученик. Он был еще мальчишкой и одним из самых молодых моих учеников.
— Того требуют дела, — ответил я и погладил его по голове. — Я вернусь скоро. А я вижу вы тут кобылку кормите, — сказал я остальным.
— Да, нас Эолина попросила, — ответил третий ученик.
— Дайте-ка мне одно яблочко, — попросил я их.
И они протянули мне красное спелое яблоко.
Я откусил кусочек, а остальное предложил своей лошади. Яблоко было сочным и сладким. Странно было видеть его в городе, где круглый год снег валит с неба. Но моего коня это ничуть не смутило, и он с радостью съел его.