— Подожди, — прошептала ей. — Не сейчас.
И вышла к брату.
Звезды освещали фиолетово-черное, как шкура Чароита, небо. Чужие звезды, которые я теперь буду считать своей второй родиной, и всю оставшуюся жизнь встречать земляниц, посвящать их в звездные ведьмы и нянчить фиолетовых в изумрудную полоску драконят.
— Ты что, Лисёнок? — изумился Ярослав, когда я всхлипнула, обняла его и разревелась на его плече. — Всё же хорошо! Аррадор тебе привет передает, говорит, на его корабле всегда будет для тебя место.
— Еще чего! — я сразу возмущенно отстранилась, а брат рассмеялся. — Манипулятор! Лесной леший!
— Не ругайся. Принц Феориль официально просил у меня твою руку.
— Надеюсь, ты отказал? Он мерзок, как и вся их семейка.
— Разумеется. Кто такой этот Феориль? И кто ты! Ты знаешь, что драконы тебя нарекли Звёздной владычицей?
— Ух ты! Они такие пафосные и смешные!
— Послушай, Лисёнок. Если ты не собираешься становиться владычицей морскою, тьфу ты, звёздною, то может, возьмёшься выполнить одно важное дело? Точнее, два, но они взаимосвязаны.
— Какое?
Ярослав взял мою ладонь и вложил в нее что-то твердое, ледяное с острыми гранями, на шнурке.
— Вот. Это главное. Надень на себя. Или наклони голову, я надену, а то еще потеряешь, и тогда меня точно убьют.
— Кто посмеет? — улыбаясь, я наклонила голову, и брат надел на меня кулон.
Кожу обожгло холодом, невесомое на вид украшение ощущалось тяжелой, будто могильной, плитой, но мне и в голову не пришло попытаться его снять. Я обхватила кулон ладонью, чувствуя, как острые грани царапают пальцы, удивляясь внезапному страху и щемящей нежности.
— Сестра Гэба, Адель, — с трудом услышала я голос Ярослава. — Она поклялась, что разыщет меня на краю света и даже в преисподней, если я не верну ей брата. Это мини-мемориз, хранилище его души и личности. Гэб умер там, на Земле, чтобы помочь мне спасти тебя и отомстить драконидам.
— Умер? — холодея от ужаса, прошептала я. До моего сознания, наконец, достучалась мысль, которую я всячески от себя гнала. Достучалась и разбила сердце. Я ведь могла понять, догадаться, что Гэб стал чем-то вроде иолра, мертвого телом, но живого душой, в чужеродном вместилище из сплава металлов и уррита.
Ну что, Василиса, убедилась? По крайней мере один синеглазый репти умеет любить. Ради того, чтобы вернуть тебя он, не задумываясь, рискнул всем.
А что до меня…
Если он умер, как мне теперь жить?
— Добровольно, — кивнул Яр. — Прабабка Даромила очень разозлилась. Она столько сил и снадобий потратила, чтобы оживить его, а он вон что сотворил. Именно в мини-меморизе он попал на драконидский звездолет, вместе со мной, а потом наш род через меня выстроил путь для его души, чтобы он мог найти тебя на Детинце. Тебе нужно вернуть его на Землю и отдать в руки Адель. Она вернет Гэба к жизни, если его тело еще можно реанимировать. Оно лежит в криокамере. Ну, а если не получится, то Гэб воссоединится со своим родом в Меморизе. Это его воля.
Я до боли сжала артефакт в ладони. Так вот ты где, Гэб. Ты покинул Чароита, когда Ярослав летел на нем, и снова поселился в кусочке из странного ледяного вещества, как джин в лампе? Слезы высохли, а в сердце разгорелся огонек надежды.
— Я готова лететь, Яр, хоть сейчас. А второе дело?
— Нужно отвезти пару тонн уррита на Землю, нашим родичам. Для изучения и… для освобождения нашего рода от зависимости, внедренной в наши гены. Не знаю еще, как действует эта штука, но уррит как-то с этим связан. Без растворенного в этом колодце вещества твоя инициация не достигла бы такой силы, — брат кивнул на черный зев пещеры, и я заметила тонкую белую прядь у самого входа. Снежка караулила, когда Яр освободится. Как снежный барс добычу.
Я хихикнула про себя. Ты еще не знаешь, что пропал, брат. Закогтят и схарчат, мяукнуть не успеешь.
— Если я могу выбирать иолра, то пусть это будет Стрела.
— Хорошо. Это же флагман? Отличный выбор. Сама с ней договорись. Почти все иррийские команды уже перешли на сторону Аррадора. Мне даже немного жаль, что ты так против него настроена. Он — гений!
Я лишь фыркнула. Нам даже друзьями никогда не стать с золотоглазым. Я бы простила ему свое пленение, но попытки убийства безоружного Габриэля никогда не прощу. И я сжала ладонью мини-мемориз. Да, Гэб, ты тоже у меня в кулаке, и я тебя не отпущу. Оживешь как миленький!
Показалось, кто-то над ухом бархатисто рассмеялся, а ладонь щекотнуло электрическими искорками.
— Сейчас отдыхай, сестренка, — Яр приобнял меня и чмокнул в висок. — Сегодня был великий день. А завтра прибудет челнок от Стрелы, и ты отправишься домой, на Землю. Здесь уже и без тебя справимся.