Обратно, любила поесть.
Она не ходила босая,
Спасая фамильную честь.
Из этого в ихнем семействе
Был вечный и тяжкий разлад:
Его упрекали в злодействе —
Он не был ни в чем виноват.
Ростик сразу же схватил гитару, начал аккомпанировать Егору, проснувшиеся граждане засмеялись, обрадовались неожиданному концерту, и, естественно, тут же появился милиционер: тулуп, валенки, шапка, завязанная под подбородком, ремень с кобурой нагана. Разыгралась следующая сценка:
МИЛИЦИОНЕР: Та-ак, что это у нас тут?
ЕГОР: Да ничего такого, товарищ милиционер! Просто дурачимся.
МИЛИЦИОНЕР: Просто дурачимся, значит. Поня-я-я-тно. Документики ваши, будьте любезны.
На сцене появляется руководитель группы.
СОРОКИН: Товарищ милиционер, ну зачем? Мы — просто туристы из Свердловска, студенты УПИ, идем в поход на север…
МИЛИЦОНЕР (рассматривая паспорт Онищенко): Разберемся.
СОРОКИН: Ну вот, смотрите — вот маршрутная книжка, вот справка из вуза…
МИЛИЦИОНЕР: Разберемся. Вы, товарищ… Как вы сказали ваша фамилия?
СОРОКИН представляется.
МИЛИЦИОНЕР:… товарищ руководитель группы! Вы говорите, мол, мы студенты, а гражданин — уже давно можно сказать не студент. Как вы это объясняете?
СОРОКИН: А что тут объяснять? Он — наш выпускник, член нашего туристического клуба.
МИЛИЦИОНЕР: Непонятно. То ли студенты, то ли не студенты. В общем, вы, товарищи туристы, тут постойте, подождите, а мы с гражданином Онищенко прогуляемся до отделения и разберемся, кто он такой и кто вы такие.
СОРОКИН: Я с вами!
МИЛИЦИОНЕР: Нет, товарищ Сорокин, вы не с нами. Вы стоите со своими туристами здесь и ждете, пока я выясню, что здесь делает гражданин И. Е. Онищенко и почему занимается попрошайничеством.
СОРОКИН: Да какое попрошайничество?! Мы же шутили, это же все шутка!
МИЛИЦИОНЕР: Вот я и хочу, чтобы мы в отделении тоже посмеялись, понятно? В общем, стоять, ждать. Я что, не по-русски говорю? Что-то неясно?
Милиционер и Егор отправляются в линейный отдел милиции. Ребята растерянно переглядываются, а Гуся, разозлившись, бросает Любе:
— Все из-за тебя, между прочим!
— Из-за меня? Это я тут спектакль устроила?
— Не тряслась бы над деньгами — ничего бы этого не было.
Люся обиженно фыркает.
— Если я не буду над деньгами трястись, вы через неделю от голода сдохнете! Все сразу прожрете!