В темноте вчера она не заметила, что к левой ручке очков приклеен маленький свёрнутый листочек бумаги. Кейси аккуратно отклеила и развернула листок и прочитала:
Надень очки, и Баллора станцует для тебя.
Кейси надела очки, и у неё, как и вчера, закружилась голова. Она посмотрела вдоль тротуара на «Мир пиццы Цирковой Бэби» и увидела вдали изображение балерины, которая подняла руки и кружилась, стоя на пуантах. Изображение было не слишком резким, синим и слегка размытым. Голограмма. Вот как называются эти штуки, вдруг вспомнила она. Но, пусть даже изображение далёкое и размытое, было в этой странной кружащейся кукле-балерине что-то занимательное.
Пируэт. Вот как называется такое кружение. Когда Кейси была маленькой, она хотела стать балериной, как и многие другие девочки. Но у них не было денег, и мама сказала, что даже если бы они и были, то она не стала бы тратить их на что-то бесполезное вроде уроков танцев.
Кейси стояла на тротуаре и смотрела на балерину, словно загипнотизированная. Она была прекрасна, а в повседневной жизни Кейси было так мало красоты. Кейси чувствовала, как её охватывают печаль, тоска и ещё какое-то чувство… сожаление? Она сожалела, что живёт вот так? В жизни ведь должна быть красота, верно? Жизнь – это не только выживание.
Вскоре у Кейси закружилась голова, словно это она сама накручивала пируэты. Боясь, что её может стошнить, она сняла очки и опёрлась о стену, чтобы прийти в себя.
Она внимательнее посмотрела на очки, лежавшие на ладони. Балерина – это крутой спецэффект для такой дешёвой на вид игрушки. Неудивительно, что маленькая девочка так расстроилась, когда Кейси стащила её пакет. Ребёнку такие очки покажутся просто волшебными.
Кейси убрала очки в карман. Она решила не ходить в парк – лучше сразу вернуться на склад и показать ребятам эту безумную игрушку.
Джек и Эй Джей как раз просыпались, когда она вернулась.
– Ребят, вы когда вчера вернулись? – спросила Кейси, присаживаясь на ящик.
– Не знаю. В два? В три? – зевнул Джек и опёрся на локоть в спальном мешке. – Неважно. Я не обязан отмечать нигде время прихода.
Эй Джей расстегнул свой спальник и сел по-турецки на пол.
– Эй, мы тут как раз думали взять карточку с заправки «Газ-энд-Гоу», которую ты вчера стащила, и купить как можно больше еды.
– Конечно, – ответила Кейси. Когда дома есть еда, это всегда хорошо. – Но сначала я хочу вам кое-что показать.
Они вышли со склада, встали возле большого мусорного контейнера, и Кейси достала из кармана очки.
– Они лежали в пакетике из пиццерии. Попробуй их надеть.
Кейси протянула очки Джеку.
Джек надел их, встал в «крутую» позу, потом засмеялся.
– Посмотри вперёд, – сказала Кейси. – Видишь её?
– Кого «её»? – спросил Джек.
– Танцующую балерину.
– Никого я не вижу, – ответил Джек. – Они просто делают всё вокруг синим, вот и всё.
– Дай-ка я посмотрю, – сказал Эй Джей. Он забрал очки у Джека, надел их и огляделся. – Тоже ничего не вижу.
– Не видите балерину? – удивилась Кейси.
Глупость какая-то. Почему они её не видят?
– Не-а. Всё просто кажется синим, как сказал Джек.
Эй Джей отдал очки обратно Кейси.
Кейси ничего не понимала. Может быть, очки работают, только если ты стоишь возле «Мира пиццы Цирковой Бэби»? Но это тоже глупость. Зачем кому-то делать игрушку, которая работает только в одном месте?
Она надела очки и посмотрела прямо вперёд, на другую сторону улицы. Балерина – если верить инструкции, её звали Баллора – танцевала в заваленном мусором проулке между двумя складами. Но вскоре у Кейси закружилась голова, и её охватила непонятная тревога.
– А вот я её вижу, – ответила Кейси, поспешно снимая очки, чтобы не упасть и не опорожнить желудок. – Может быть, у вас плохо с глазами.