Чак уже довольно долго не встречался с друзьями. Он должен был сидеть дома и делать уроки. Но что-то заставляло его вернуться…
…вернуться в пиццерию «У Фредди Фазбера». Вернуться и встретиться с Фокси.
Он так никому больше и не рассказал, что́ они с Питом считали истинной причиной всех странных несчастных случаев. С чего всё началось, почему они с Питом собирались встретиться в пиццерии «У Фредди Фазбера», чтобы раз и навсегда разобраться с Фокси.
Уже несколько недель у Чака лежал камень на душе, словно он должен был сделать что-то, чего так и не сделал, словно не сложил какой-то пазл до конца.
После похорон он не раз прослушивал последнее сообщение Пита.
– Чак! Ты был прав! Это всё Фокси. Я должен вернуться и встретиться с ним лицом к лицу! Странные вещи опять происходят, но Фокси не победить меня, Чак. Ну уж нет! Прости, что не верил тебе, братишка! Встречаемся там как можно скорее! Мы покончим с этим вместе!
Смерть Пита тёмным облаком висела вокруг Чака. Иногда, когда он сидел в классе, звонил звонок, и он понимал, что урок закончился, хотя даже не замечал, когда он начался. Он завалил все предметы. Учителя странно смотрели на него, но никто ничего не говорил. Они все знали, что у него погиб брат. Все знали, что он изменился. На обеде Чак сидел один и писал в блокноте, заполняя его записками, идеями, сценариями того, что могло произойти с Питом и как они могли остановить всё это до того, как Пит… ушёл.
Всё, хватит «если бы». Чаку надоело раздумывать.
Он пристегнул велосипед к стойке возле пиццерии «У Фредди Фазбера». Открыв дверь, он почувствовал знакомый аромат пепперони. Повсюду вокруг звучали писк и музыка игровых автоматов. Он увидел кучку ребят, собравшихся вокруг одной из игр. Вот он и сам был таким. Чак обожал это место – вплоть до того злосчастного дня, когда Пит затащил его на склад и всё изменилось.
Он прошёл через игровую зону, к столам для дней рождения; прямо перед сценой за столами сидели две семьи. Все выглядели такими счастливыми. Дети ели пиццу, восхищённо смотря выступление аниматроников. Кто-то даже пел с набитым ртом. Когда песня закончилась, детишки зааплодировали и радостно закричали.
Чак прошёл к коридору, который вёл на склад. Он оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что за ним никто не следит, потом проскользнул внутрь. Он медленно шёл по тёмному коридору мимо старых плакатов и в конце концов добрался до нужной двери. Когда он потянулся к ручке, у него задрожали руки. Чак глубоко вдохнул, открыл тяжёлую дверь и шагнул в темноту.
Дверь захлопнулась за ним, и звук эхом разнёсся по комнате.
Чак часто задышал; достав из кармана ингалятор, он прыснул немного себе в рот. А потом убрал ингалятор в карман и включил фонарик на телефоне. Он прошёл прямо к маленькой сцене, прямо к открытой панели управления. Хватит тратить время.
По его спине пробежал холодок, но Чак проигнорировал его. Если он не сделает этого сейчас, то не сделает вообще, а этот момент Чак прокручивал в голове снова и снова. Он должен это сделать. Должен узнать, что случилось с Питом.
– Это для тебя, Пит, – сказал он, обращаясь в темноту. – Я встречусь со злодеем. Я выиграю эту игру.
Приготовившись к худшему, он нажал кнопку «старт».
Он ждал, что сейчас откроется занавес… что Фокси начнёт петь.
Но ничего не произошло.
Вокруг царила полная тишина.
Потанцуй со мной
Звёзды напоминали маленькие светящиеся дырочки, проколотые тонкой иголкой в листе чёрной бархатной бумаги. Кейси лежала на спине на низкой каменной стенке, вглядываясь в небо, изумляясь тому, что стала частью такой прекрасной вселенной. Она вспомнила детскую песенку, которую видела в книжке-раскраске в детском садике, – там ещё были нарисованные улыбающиеся звёздочки. «Сияй, сияй, маленькая звезда, – подумала она. – Интересно, кто же… я».
– Кейси! – голос Джека вывел её из транса. – Смотри!
Кейси села и повернулась к ярко освещённому детскому ресторану на другой стороне улицы – «Мир пиццы Цирковой Бэби». У большой красной двери стояла женщина с двумя детьми и копалась в сумочке.
– Давай, – шепнул Джек.
Кейси встала и как ни в чём не бывало перешла улицу вместе с Джеком. Они спрятались в переулке возле «Мира пиццы» – достаточно близко ко входу, чтобы услышать, как девочка болтает с мамой.
– Цирковая Бэби красивая! – сказала маленькая русоволосая девочка. На ней была футболка с жутковатыми фигурами, талисманами «Мира пиццы Цирковой Бэби».
– Да, красивая, – ответила мама. Она выглядела немного обалдевшей – судя по всему, из-за того, что слишком много времени провела в шумной, яркой детской пиццерии.
– А можно мне носить хвостики, как Цирковая Бэби? – спросила девочка и схватила кулачками две пряди волос. Должно быть, ей года три, подумала Кейси. Максимум четыре.
– Конечно, можно, – ответила мама. – Подержи за руку брата, а я пока найду ключи от машины.
– У неё руки все липкие от конфет, – пожаловался мальчик лет семи.