— Нет, я не посмела носить его с собой, — сказала Лидочка.
Они стояли в дверях, сблизив головы, и громко шептались. Как будто их объединяли какие-то невинные девичьи секреты. Видно, так и подумал старший из братьев Вавиловых, выходивший из своей комнаты в одежде крестьянина-бедняка: в онучах, лаптях, ватных полосатых штанах и поддевке.
— Спускайтесь, — сказал он им, улыбаясь, — скоро гонг — праздничный ужин.
Лидочка взглянула на часы. Половина седьмого.
— А где он? — зашептала вновь Альбина, как только Вавилов отошел.
— Я его спрятала.
— Он мне нужен.
— Я его положу в условленное место, и вы его возьмете.
— Мне он сейчас нужен.
— Я смогу это сделать только после ужина.
— Честное слово? А может, вы не хотите мне его дать? Вы боитесь, что я выстрелю?
— Да, я боюсь.
— Но я выстрелю в себя, вы не бойтесь, я выстрелю в себя.
— Еще чего не хватало!
— Потому что он меня обманывает, я все поняла, он меня обманывает… Знаете что?… Ближе, ближе… Мой дорогой муж, мое сокровище, мое солнышко, мой ненаглядный — он его убил, его уже нет, я знаю, он его убил и теперь смеется надо мной. Но я убью себя, и он не сможет смеяться надо мной. И ему станет стыдно.
— Альбина, успокойтесь. Может, ваш муж жив.
— Нет, я знаю, я знаю! Я по глазам его знаю — он врет, а глаза его врать не могут. Они смеются. Я убью себя, и он перестанет смеяться.
— Подумайте — у него же нет совести, ему будет все равно. Лучше, если вы будете жить…
— Ему станет стыдно, я знаю, ему станет стыдно. На одну секунду, на одну минуту — пускай хоть на минуту… вам не понять… Лида, я вижу, что вы не хотите возвратить револьвер. Только посмейте! Я вас уничтожу!
— Я не хочу, чтобы вы умирали.
— Я уже мертвая. А вы должны мне вернуть револьвер после ужина. Сразу после ужина вы подойдете и скажете мне, где вы его спрятали. Если вы не подойдете, то я скажу Яну, что револьвер у вас. И он вас посадит в тюрьму. Я вас не буду жалеть, потому что меня никто не жалеет.
Альбина закашлялась.
— Все! — крикнула она. — И не стучите, и не зовите! — Она нырнула внутрь комнаты, и слышно было, как повернулся ключ в замке.
— Альбина!
Никакого ответа.
Лида поняла, что и в самом деле глупо стоять перед этой дверью.
Она пошла обратно. И вовремя — у лестницы ей встретился Алмазов.
— Что вы в наших краях делаете? — спросил он весело. Он весь лучился радостью — что-то ему удалось добыть.
— Я заходила к Глазенапу, — сказала Лида. — Мне надо было взять у него венок.
— Какой венок?