Избранные произведения. III том: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Чей?

— Директора вашего института, например.

— Слуга Якова Ильича? Да вы с ума сошли! Для него такая мысль была бы оскорбительной.

— Вы слуга нашего государства, нашей партии и в конечном счете вы мой слуга, — сказал Алмазов, затягиваясь. Он был одет странно, но никто этой странности не замечал, — на нем был широкий модный пиджак, но брюки галифе и блестящие сапоги.

— Давайте не будем спорить, каждый все равно останется при своем мнении. Мне кажется, что скорее вы мой слуга, Ян Янович, — сказал Матя. — Я вам нужнее, чем вы мне.

— Вы нужны не мне, а нашей родине, — сказал Алмазов.

— Мы договорились обходиться с вами без громких слов.

— Куда от них денешься, Шавло. Кстати, доктор Шавло, сбрейте фашистские усы. Предупреждаю, это для вас плохо кончится.

— Потому и не сбриваю.

— Вы любите Гитлера?

— Не выношу. Но лучше Гитлер, чем некоторые другие.

— Не рискуйте, Шавло.

— Гитлер — борец за права рабочего класса. Вы не читали его работ, комиссар. Не сегодня-завтра мы найдем с ним общий язык!

— Немецкие рабочие во главе с товарищем Тельманом не покладая рук борются с призраком фашистской диктатуры. Фашизм не пройдет!

Лидочка вдруг поняла, что Алмазов не такой умный, как кажется сначала. Что она и другие люди награждают его умом, потому что видят в нем не человека, а представителя страшной организации, а значит, и частицу ума этой организации. И вот когда Алмазов говорит как часть организации, его надо слушать и бояться, но если он вдруг начинает говорить от себя, значит, говорит еще один человек, который боится. И значит, уже не очень умный.

— Все, — сказал Матя, разводя руками, — вы меня убедили, Ян Янович, я готов занять место в одном ряду с товарищем Тельманом и Розой Люксембург.

— Ее убили, — сказал Алмазов.

— Ай-ай-ай, — сказал Матя. — Вы?

— Нет, фашисты… — Алмазов улыбнулся по-мальчишески, взял себя в руки. — Ладно, вы меня поймали, Шавло. Но это случайность, которая только подтверждает общую закономерность. Все равно вы сдадитесь.

— Ни в коем случае. А на что вы претендуете?

Алмазов рассмеялся. Подмигнул Лиде и сказал:

— Вы уступите мне девушку.

— Никогда!

— Не зарекайтесь, Шавло.

— А меня кто-нибудь спросил? — вмешалась в разговор Лидочка.

— А тебя, голубушка, и не спрашивают. Ты комсомолка и должна подчиняться дисциплине.

— Я такая же комсомолка, как вы ветеран Бородинского сражения!

— Грубо, Иваницкая, — сказал Алмазов. — Но я вас прощаю.

— Даже если бы вы не были таким противным, — сказала Лидочка, отважная в тот момент отвагой кролика, который прижался к человеку и потому может скалиться на волка, — я бы все равно на вас не поглядела, потому что вы предатель.

— Я?